Уйти, но вернуться - Ледова

Когда ставит недопитый стакан на стол, я быстро его перехватываю и отодвигаю подальше.

— Хорош бухать. — Показываю на тарелку. — Закусывай хоть иногда.

— А ты чего не пьешь? — Символически откусывает и кладет назад на тарелку.

— Не хочу.

— Понятно. А я хочу. — Снова тянется за стаканом. Я не мешаю. Допивает и, кажется, резко расслабляется. Соскальзывает вниз и кладет затылок на мою все еще вытянутую руку. — Ни хуя не будет, да? — Спрашивает уже пьяным голосом, а я не сразу врубаюсь, о чем он:

— Что?

— Я тебя нормально помню. Вечно вел себя как урод. — Пихает меня локтем в бок.

— Офигел? — А я ведь с самого начала так и подумал, что он ни хрена не забывал.

— Ага. — Усмехается. — Ни хуя ты мне не сделаешь. Поиздеваешься и за дверь выставишь. Угадал?

— Нет, — отвечаю более чем серьезно и поворачиваюсь лицом к нему. — Мы договорились. Забыл?

— Не забыл. — Слегка шатаясь, пытается подняться. Склоняется и руками опирается о край стола. — Ну, тогда мне надо в душ.

— Никуда тебе не надо. Утром сходишь. — Грубо хватаю его за плечо и заставляю сесть, так же облокотившись о спинку дивана.

— И че делать будем? — Послушно расплывается и больше не пытается встать.

— Спать ложись, — отвечаю резко, в попытке оборвать разговор.

Поднимаюсь и оставляю его сидеть одного. Убираю от греха подальше остатки вина.

Вот же его распидорасило, а. Как такое вообще возможно минут за пятнадцать? Интересно, напивался для смелости, а по итогу не рассчитал или все-таки додумался, что трупы живых не возбуждают.

— С тобой. — Не поднимаясь, ловит меня за запястье. Смотрит снизу вверх. Взгляд мутный

Пиздец. Кажется, кто-то перепил, а кто-то напросился. Неожиданно, конечно. Но увы. Ничего не будет. Вырываю руку. Пока он сидя шатается, я кладу возле него подушку.

— Ложись.

Делаю вид, что не обращаю на него внимание, но на самом деле наблюдаю вполглаза, очень тщательно. Пока он копается на месте я приношу бутылку воды и какую-то хрень в пакетике от похмелья. После недавнего происшествия запасся таким добром. И надо же, еще и пригодилось. Ставлю на стол. Рассчитываю, что додумается выпить, если вдруг проснется раньше меня и сбежит.

Он тем временем стягивает футболку. Отвожу взгляд. Не могу это видеть. Как бы мне еще не вздумалось дрочить на него, пока он тут дрыхнет на моем диване. Разворачиваюсь и иду в свою спальню. В который раз обращаю внимание на застеленную кровать с новым матрацем — только вчера забрал. Из шкафа достаю теплый плед и полотенце — на всякий случай ему на утро. Возвращаюсь в гостиную. Он уже улегся на бок, лицом к спинке. Слегка елозит по сиденью голым корпусом. Наверно, пытается удобнее улечься. Бубнит в подушку что-то неразборчивое.

Поднимаю с пола светлую футболку и бросаю ее на спинку стула. Возвращаюсь к нему и на ходу расправляю плед, чтоб укрыть.

И… Промаргиваюсь, а потом зависаю. Слегка склоняюсь над ним, чтоб рассмотреть в полумраке... Нет. Мне не кажется.

— Стас… — Не говорит, а скорее мычит.

— Что?

— Ты такой козел… — По звуку усмехается.

— И ты мне так сильно нравишься… И так давно…

Слабо киваю сам себе и продолжаю смотреть на его голую спину. Взгляд прилип. Не могу поверить в увиденное. Не могу оторвать его от нее. Серая и почти знакомая. Рисунок очень похож на мой. Примерно того же размера и тоже на правой лопатке.

— Вижу, — бурчу себе под нос, накрываю его пледом и поправляю съехавшую подушку.

— Что? — Реагирует ни столько на мой голос, а сколько на мои движения.

— Ничего, — говорю мягко и умиротворенно. — Спи.

9. Больно

Утро кому как. Кому доброе, кому не очень, а кому по хуй. Последнее сегодня не про меня. К черту традиции. Я даже сам не понял, как умудрился вступить в утренние ряды помятых и уставших. Но факт остается фактом, и это так.

Спал то отвратительно, то вовсе не спал и только ворочался. С боку на бок. Со спины на живот. Иногда съезжала подушка, иногда путалось одеяло. Заебись, что его хотя бы не пытались отнять. Да и по классике не мешали и не кололись острые суставы типа коленей и локтей.

Зато стояк был сегодня в ударе. Заебал только от одного смутного представления, что подвыпившее, слабое на алкоголь нечто сопит в соседней комнате, как ни в чем не бывало после корявого признания в любви. Ему то норм. Понарассказывало несуразиц своим пьяным подметалом и завалилось на боковую. А я, блять, всю ночь как на гвоздях. И хрен его знает, что делать теперь с ним и с собой. И что мне вообще теперь делать, не знаю.

Вместо того, чтоб привычно и не спеша принять душ, а затем выпить чашку крепкого кофе, начинаю утро с заботы о комфорте несанкционированных соседей. Наверно, сначала лучше проверить, как спалось шерстяным квартирантам и живые ли они там вообще. Поэтому выхожу из спальни и через гостиную направляюсь в отведенную им комнату. Краем глаза успеваю уловить спящего, замотавшегося в плед представителя подростающей периферии. Этот дрыхнет, хоть бы что. Ему на пары вроде как или да? Он будильник вообще заводит или его по телефону будит староста группы? Вот же я прихуею, если окажется, что этот оболтус старостой группы и есть.

В «кошкином доме» на первый взгляд тихо и пусто. Свет не включаю. Вместо него поднимаю жалюзи, чтоб впустить внутрь побольше солнца. Насколько я знаю, котам это нравится.

Нахожу их в одном из углов комнаты. Она, оказывается, трехцветка, с белыми пушистыми усами. Глаза не рассмотреть, но вроде как обычные зеленые. Зрачки расширенные. Хвост полосатый. Не пушистая, но и не гладкая. Шерсть средней длины. Для взрослой кошки какая-то даже маленькая. То ли мелкая сама по себе, то ли совсем молодая. Интересно, ей-то хоть год есть?

Красивая кошка и, кажется, умная. Свернулась в клубок. Смотрит на меня настороженно. Вроде как и не боится, но похоже, что опасается. Котенка почти не видно. Где-то прячет его под животом. Слышно только, что тихо пищит. Не задохнется он у нее там? Тогда Денис, наверно, точно решит, что я имею к этому прямое отношение.

Ой, ну и хрен с ним. Решатель, блять.

С одной стороны мне по хуй. С другой