Дорога к тебе - Барбара Делински

Джек Макгилл напоминал Кэтрин ее бывшего мужа. Рой был таким же самоуверенным и таким же слепым. Он до сих пор считал, что они развелись из-за того, что Кэтрин не смогла удовлетворить его нужды. А нужды у него были простые — еда, одежда, секс. Любая дура могла бы их удовлетворить.

Не смогла удовлетворить его нужды? Не совсем так. Скорее, не захотела. Просто он отказывался признавать ее нужды. Да, у нее была работа, были подруги, у которых она находила сочувствие и интеллектуальную поддержку. Но когда ей был нужен он, его не оказывалось на месте. Да и роль его личной служанки ей скоро надоела.

Она была его первой женой. Сейчас, через пять лет, он разводился уже с третьей. Кэтрин это не удивляло. Скользкий он тип, этот Рой. Скользкий, пустой, самовлюбленный.

«Не суди о книге по обложке». Ей дорого досталось это знание. Ее обманула яркая упаковка, за которой она не разглядела истинного характера — вернее, его отсутствия. Сначала Рой, потом Байрон. Разные люди, а причина одна.

Сложив руки на груди и опустив глаза, Кэтрин попыталась выбросить эти мысли из головы. Пока ничего не получалось, возможно, потому, что ей не нравились больницы вообще и эта в частности. Тем не менее она знала, как себе помочь. Спустившись на лифте в кафе, Кэтрин сразу направилась к стойке, взяла пакетик «Графа Грея», наполнила кипятком пластмассовую чашку и, расплатившись, села за один из маленьких столиков, размышляя о том, как долго здесь будет околачиваться Джек Макгилл, если все затянется.

Она уже собиралась вытаскивать из чашки чайный пакетик, когда чей-то голос спросил:

— Прошу прощения, мы раньше с вами не встречались?

Она подняла взгляд. На нее с любопытством смотрел мужчина, одетый в спортивную куртку, рубашку с галстуком и джинсы. Влажные волосы уже начинали седеть, но все же оставались густыми и были аккуратно подстрижены — благодаря своей работе Кэтрин привыкла замечать подобные вещи. Заметила она и то, что мужчина был довольно симпатичным. Тем не менее ему не следовало пользоваться такими затасканными приемами.

Выражение ее лица достаточно красноречиво сказало ему об этом.

Мужчина был несколько смущен.

— Кажется, мы виделись вчера утром. Рано-рано утром. — Он протянул руку: — Стив Бауэр.

А, теперь понятно. Это невролог Рэйчел. Сама она ни за что бы его не узнала.

Это тоже было старо как мир, но она все же ответила на рукопожатие.

— Кэтрин Эванс. Я подруга Рэйчел. Вы смотрели ее сегодня?

— Рано утром. Потом я все время был в операционной. — Он взглянул на кофеварку. — Мне нужен кофеин. — Подняв вверх палец, он отошел к стойке.

Кэтрин терпеть не могла, когда ей что-то приказывали. Рой любил это делать. Стив Бауэр вроде бы ничего ей не сказал, но его поднятый палец говорил о многом.

Первым побуждением Кэтрин было встать и уйти, но ради Рэйчел она осталась.

— Вот теперь стало легче, — сделав несколько глотков, улыбнулся вернувшийся Бауэр. — Вы были у Рэйчел?

— Да. Она как будто не изменилась. Неужели нельзя больше ничего сделать?

— Пока нет. Хорошо уже то, что ей не становится хуже.

Кэтрин почувствовала, как ее охватывает раздражение.

— Вы все об этом говорите, но, должна признаться, для меня это ничего не значит. Кому от смерти отделяет всего один шаг, и я не хочу, чтобы она этот шаг сделала.

— Я знаю. — Бауэр откинулся на спинку стула.

Кэтрин ожидала, что он станет ее утешать или начнет рассказывать, какая у него неприятная, тяжелая, нервная работа, но Бауэр молчал.

— Как вы это выдерживаете? — сама спросила она.

— Выдерживаю что? Ожидание? Для травм головы это типично. Вы живете неподалеку?

— Не слишком близко, — ответила она, поняв, что у него на уме.

— Ваше лицо кажется мне знакомым.

— Вы видели меня вчера.

— Вчера мне показалось то же самое. — Он был как будто искренне озадачен. — Может, я и ошибаюсь. Иногда, если чье-то лицо вам особенно запомнилось, начинает казаться, будто вы видели его раньше. Вы никогда здесь не работали?

— Нет. — И чтобы показать ему, что он зашел слишком далеко, а может, даже и шокировать его, как она недавно шокировала Джека Макгилла, Кэтрин сказала: — Я парикмахер.