Рецепт от Парацельса - Кэролайн Барт

Мистер Дагс насупился, видимо, недовольный этим замечанием.

– Подожди, сначала выслушай то, что я расскажу. – Рон сделал останавливающий жест рукой и продолжал мять свою сигарету, время от времени зажимая ее между зубами.

Эрик невольно отметил сильную волю Дагса, бросившего курить и удерживавшего себя от этого соблазна в ситуациях, когда сигарета могла бы помочь расслабиться или собраться с мыслями.

– Мы прожили с Аурелией три года в гражданском браке, и все было хорошо. – Лицо Дагса исказилось гримасой боли, видимо, он до сих пор сожалел о быстро промелькнувшем счастье с этой необыкновенной женщиной. – Иногда она отлучалась куда-нибудь на один-два дня, и возвращалась всегда ласковой, нежной, удивительно любящей, а свой отъезд всегда объясняла поездкой к какой-то подруге или родственнице. А я был так рад ее возвращению, что старался закрывать глаза на явную ложь, которой она объясняла причину своих отъездов.

Но вот в один отнюдь не прекрасный день, вернувшись домой из деловой поездки, я обнаружил записку: «Не ищи меня, я благодарна тебе за счастливую жизнь, но все кончено. Прости».

Для меня это было, как гром среди ясного неба. Я два месяца не находил себе места. Не мог даже работать, перепоручив важные дела на заводе своему помощнику. Я нанял частного детектива, и он, представь себе, отыскал ее.

Мистер Дагс замолчал, погрузившись в воспоминания. На его лбу пролегла глубокая морщина, а в углу губ образовались печальные складки.

– Что было дальше?! – нетерпеливо воскликнул Эрик. – Ее разыскал детектив…

– Выяснилось, что она вышла замуж за талантливого химика Уильяма Ричардса, профессора Гарвардского университета, с факультета биохимии и молекулярной биологии. Он был внуком знаменитого химика, тоже Уильяма Ричардса, лауреата Нобелевской премии, который расшифровал несколько генов из молекулы ДНК. Его внук тоже занимался молекулой ДНК, и особенно геном старения.

Аурелия познакомилась с Ричардсом в Бостоне, куда она поехала, сбежав в очередной раз из дома, специально на конгресс биохимиков, и оказалась на заключительном банкете. Естественно, она произвела фурор своей красотой и дьявольской притягательностью. Многие маститые ученые, увлеченные только своими научными экспериментами, были очарованы ею. Но она ловила в свои сети именно Билли Ричардса, который, конечно же, вскоре пал к ее ногам. Он был богат, но к деньгам абсолютно безразличен. Его интересовала только наука. Он влюбился в первый раз в жизни, но влюбился безоглядно. А ей нужны были его деньги и знания. Она хотела, чтобы он провел анализ ее таблеток и воссоздал то средство, которое досталось ей от Парацельса.

– Как от Парацельса? – Эрик подскочил на своем кресле. – Эти таблетки изобрел ее отец, Тео Джогенхейм, или Гогенхейм, химик и розенкрейцер!

– Это она тебе так сказала, – ухмыльнулся Рон Дагс. – Она наверняка много чего наговорила.

– А что, это не так? – смешался молодой человек. – Разве не отец дал ей, четырнадцатилетней девочке, эти таблетки, которые она начала принимать, достигнув 40 лет. Так она рассказала мне.

– Не было никакого Тео Джогенхейма, – покачал головой мистер Дагс. – А если и был, то не в ХХ веке, и, может быть, даже не в ХIХ…

Эрик вообще перестал что либо понимать.

– Вы уверены? – только и проговорил он.

– Конечно, уверен, – бросил он. – Ты же сам заметил, что у нее старинный почерк, напоминающий готический шрифт. Она училась писать, скорее всего, в те годы, когда жил Парацельс.

Эрик замотал головой, пытаясь избавиться от ощущения, что сходит с ума.

– Она сказала, что годится мне в матери или… в бабушки, – вспоминал Эрик. – Я не понимаю, как это возможно, чтобы ей было… около четырехсот лет. Нет, я отказываюсь верить. Это бредни…

– Это действительно трудно принять, но это так, – вздохнул Рон Дагс.

– Это она вам рассказала? – Эрик недоверчиво смотрел на хозяина. – Может быть, она и здесь все выдумала, как обычно.

– Дело в том, – мистер Дагс старался говорить, как можно более убедительно, – что она помнит события, происходившие в разные века, начиная с XVI века. Например, она рассказывала подробности чумы в Мюнхене, в конце этого века, или о похоронах Парацельса.

– Значит, она обманывала меня, – Эрик все еще не хотел верить, – когда рассказывала об отце, который умер от воспаления легких. Она сказала, что сидела рядом с ним и держала его за руку. Ведь на ее глазах были настоящие слезы!

Эрик замолчал, предпочитая думать, что ее богатая фантазия может простираться и до XVI века, но на самом деле ей все-таки не больше шестидесяти. Сохранение молодости в пределах обычной человеческой жизни – это он еще мог представить. Но больше…

– Послушайте, а зачем вам, деловому человеку, нужна эта шкатулка? – неожиданно спросил он.

Рон Дагс несколько смутился и снова принялся мусолить сигарету, сломав ее наконец.

– Странно, что вы раньше не задали этот вопрос, – иронически произнес Дагс, скомкав сигарету и в сердцах бросив ее в большую чугунную пепельницу в виде головы бизона. – Вы не забыли, полагаю, что я владелец нескольких предприятий. – Он решил раскрыть еще часть своих карт. – В том числе и фармацевтической фабрики в пригороде Денвера.

Он замолчал и хитро посмотрел на Эрика, слегка прищурив глаза, видимо, надеясь, что молодой человек сам догадается, самостоятельно ответив на свой собственный вопрос.

– Вы хотите… – серые глаза Эрика широко распахнулись, и в них искрой мелькнула догадка, – вы хотите получить в свои руки рецепт и наладить производство… средства вечной молодости.

Мистер Дагс удовлетворенно улыбнулся, откинувшись на спинку кресла.

– Вот видишь, догадался, – коротко рассмеялся он. – А теперь попробуй сообразить, зачем мне нужна сама Аурелия? Ведь я мог бы и без нее отыскать шкатулку.

Хозяин с интересом смотрел на Эрика, который уже принялся решать эту головоломку, задумавшись и опустив голову.

– Видимо, в шкатулке есть секретное устройство, о котором знает только Аурелия, – предположил Эрик через несколько секунд.

– Тепло, даже горячо. – Мистер Дагс благосклонно посмотрел на Эрика. – Там есть потайное кодовое устройство, и надо набрать несколько цифр или какое-то слово, я точно не знаю. При этом предоставляется всего три попытки. Если за три раза не будет набрано правильное сочетание цифр, потайное устройство вообще не откроется, а его содержимое будет уничтожено искрой огня. Это значит, что его нельзя открыть простым перебором сочетаний.

– О господи! – Молодой человек схватился за голову. – Какое нагромождение загадок! Сразу возникает следующая куча вопросов!

Эрик встал с кресла и зашагал по кабинету, засунув руки в карманы джинсов. Наконец он остановился и посмотрел на мистера Дагса, который с благожелательным интересом рассматривал своего помощника.