Сладость греха - Саския Бергрен

Боль понемногу утихала.

— Ну как, доктор? — полюбопытствовал Бен.

— Хорошо бы приложить лед. И если в течение часа лучше не станет, надо сделать рентген.

Флорин встала, протянула ему руку.

— Идти можешь?

Бен, прихрамывая, сделал несколько шагов.

Девушка обняла его за плечи, и так, вместе, они побрели к раздевалкам.

— Душ прими холодный, а не горячий. Я подожду тебя в коридоре. — Флорин смущенно потупилась. — И вот еще что… прости меня, пожалуйста.

— Ты тут ни при чем, Флорин. Я глупо играл, что называется, сила есть — ума не надо. Вот и получил по заслугам.

Девушка решила, что сама поведет машину, — до того как выяснится, насколько серьезно повреждение, ногу Бену напрягать не стоит. Только с третьей попытки ей удалось сдвинуть «шевроле» с места. Машина недовольно пыхтела и фырчала, а когда Флорин удалось-таки включить вторую скорость, сердито взревела и едва не встала на дыбы.

Бен тихо рассмеялся. Флорин облегченно вздохнула — значит, не так уж все плохо! И принялась уговаривать его поехать с ней в оздоровительный центр, поскольку обращаться в травмпункт Бен отказался наотрез.

— У меня есть план. Хочешь поиграть во взломщиков?

— Во взломщиков?

— Мы тайком проберемся в медкабинет. В этот час там нет ни души. Приложим к коленке лед и поглядим, не надо ли просветить рентгеном.

— А зачем такая таинственность, если ты там работаешь?

— Если меня застанут на месте преступления, то, чего доброго, уволят. Ты ведь не занимаешься в центре, а оборудованием я могу пользоваться только в мою смену. Но ничего не случится, обещаю.

— А если тебя все-таки поймают?

Флорин улыбнулась краем губ.

— Будешь обязан мне по гроб жизни.

Очень скоро «шевроле» притормозил у служебного входа в оздоровительный центр. Там и впрямь не было ни души. Девушка потянулась было к дверце, но Бен удержал ее за плечо.

— Флорин, прости меня. Я и вправду забылся.

Боже, что за глаза у этого человека — глядеть и не наглядеться!

— Я подумаю, — уклончиво ответила она, выходя из машины.

В помещениях было темно и тихо. Бен остановился в дверях, зорко подмечая каждую подробность. Здесь владения Флорин, и ему хотелось узнать об этом загадочном мире как можно больше.

Медкабинет оказался самым обыкновенным.

— Ложись, — велела девушка, указав на ближайшую кушетку.

Бен покорно растянулся во весь рост, закинув руки за голову. Флорин развязала шнурки и стянула с ноги кроссовку, затем чистый носок, надетый только полчаса назад в раздевалке.

Опытной рукой она помассировала мышцы на сгибе колена.

— А ну расслабься! — приказала она. — Ишь, напрягся. Не бойся, больно не будет.

Бен терпеливо ответил на все вопросы, подробно описывая, что чувствует при каждом прикосновении. Пальцы девушки казались такими ласковыми, ладони — такими мягкими. Флорин осторожно ощупала колено, затем бедро. Бен честно пытался сосредоточиться на болевых ощущениях, но тщетно. Прикосновения этих рук дарили несказанное блаженство.

Наконец, когда Бен уже смирился с опасностью, что таили в себе чудесные ощущения, девушка отняла руки.

— Болит не подколенное сухожилие и не само колено. Наверное, трехглавая мышца.

— Чего-чего?

— Ну, мышца в нижней части ноги. Ты, должно быть, потянул ее при падении.

— Откуда ты знаешь?

— По трем признакам. Боль, жар… Чувствуешь, вот тут горячо. — Флорин легонько дотронулась до нужного места. — И припухлость.

Она извлекла из холодильника плоский мешочек, похожий на надувной матрас в миниатюре, осторожно обернула его вокруг ноги чуть ниже колена и затянула завязки.

— На первые сорок восемь часов лед лучше всего. Потом, при необходимости, мы испробуем теплый компресс.

— Мы? Значит, в ближайшие дни мы еще не раз увидимся?

Флорин тотчас же отдернула руки, словно обжегшись, и присела на край кушетки рядом с пострадавшим, скрестив стройные ноги.

— Если боль не пройдет, я, безусловно, буду только рада полечить тебя и избавить от расходов на больницу. Но если нет…

Бен потянулся к ее руке, сплел ее пальцы со своими.

— А если нет?

Флорин молча вгляделась в его лицо и снова по-детски заморгала.

— Бенедикт, ты очень и очень привлекаешь меня. — Она ласково потерла его ладонь большим пальцем. — Но пристало ли порядочной девушке бросаться на шею первому встречному красавцу? Наверняка и после замужества я не раз и не два окажусь лицом к лицу с мужчиной, при виде которого пульс мой заметно участится. Так бывает со всеми, но вести себя нужно достойно. Я не отрицаю, что меня… тянет к тебе. Ты чертовски обаятелен, и противиться тебе трудно. Но я готовлюсь к свадьбе, причем такого размаха, что даже не возьмусь назвать всех заинтересованных лиц и все баснословные суммы. Моя мать… — Флорин снова провела пальцем по его руке. — Видишь ли, моя мать очень бережлива и хозяйственна, вечно думает о выгодных вкладах, о размещении капиталов, выгадывает, экономит… Но сейчас она словно переродилась: швыряет деньги направо и налево. Для Марка — все самое лучшее, все самое дорогое… — Она смущенно прикусила язычок и поправилась: — Для нас с Марком, я хотела сказать.

Но Бен не пропустил оговорку мимо ушей.

— Смотри, не ошибись, Флорин.

Девушка выпустила его руку, стиснула кулаки, вскочила на ноги.

— Стопроцентной гарантии в таких делах не бывает, но я знаю, что замужеством своим безумно обрадую маму. Марк обеспечит мне безбедное, устроенное будущее. А ведь мама мечтала для меня именно об этом!

— Потому, что сама этого оказалась лишена, да? — решил уточнить Бен.

Флорин задумалась, затем кивнула.

— Да, так. Разгадать ее несложно. Обеспеченность, гарантия в завтрашнем дне — вот ее «пунктик».

— Из-за неудавшейся личной жизни? — Флорин никогда не упоминала об отце в присутствии Бена. — Твой отец ее бросил?

— «Бросил» — не то слово. Так, случайная интрижка. Они только начали встречаться, мать забеременела, а он растворился в воздухе и больше не давал о себе знать. Ей пришлось несладко: надо было и на жизнь зарабатывать, и меня растить, а опереться-то не на кого! Но она справилась. Закончила школу бизнеса, стала первоклассной секретаршей, но на достигнутом не остановилась. Продолжала учиться, расширяла кругозор — ее интересует абсолютно все. Так она и познакомилась с Марком…

Снова воцарилась тишина. На этот раз — тревожная. «Глупышка!» — хотелось воскликнуть Бену. «Не лезь в чужую жизнь!» — мстительно думала Флорин.