Удачная партия - Зоя Гарина

— Ну это понятно. Но у каждого человека когда-нибудь были родители. Куда же твои подевались?

— У меня была только мама. Она сгорела.

— Ох! Вот как! — присвистнул Стриганов. — И давно?

— Давно. Я еще маленькая была.

— Понятно. Мама, значит, сгорела, а тебя пожарные спасли?

— Нет. Пожарных не было. Когда все загорелось, я хотела разбудить маму, но она не просыпалась. Пьяная была. Я побежала за соседкой, чтобы она помогла маму разбудить, но все так быстро сгорело, и мама тоже.

— Очень печальная история, — покачал головой Стриганов. — Ну а дальше?

— А что дальше?

— Где ты потом жила, где ты сейчас живешь?

— Потом жила у соседки Нины в сарае.

— В сарае? Почему в сарае?

— Так Нина говорила, что в доме места нет. А потом мы с Ромкой сбежали.

— А Ромка — это кто?

— Да пацан один. Тоже у Нины на огороде работал.

— И ты работала?

— И я. Только Нина ругалась, говорила, что плохо работаю, зря хлеб ем.

— А Ромка, он тоже сиротка?

— Нет. У Ромки папка есть. Он настоящий летчик. Летает где-то. Просто он пока про Ромку не знает. Но как узнает, обязательно Ромку найдет и с собой заберет.

— Ясно. Ну сбежали вы с Ромкой, а дальше что?

— Сбежали, в город приехали. Стали песни петь на улице, деньги зарабатывать. Косой нас заприметил. В группу взял.

— Косой — это кто?

— Продюсер. Он из нас, уличных талантов, настоящих артистов делает. Мы ему пока все деньги отдаем, на раскрутку.

— А почему вас Косой не кормит?

— Он кормит, но мало. Говорит, что всем артистам поначалу тяжело приходится, зато потом у нас будет все.

— Так вы с Ромкой у Косого сейчас живете?

— Да. Косой нам целую кочегарку в депо снял. Мы все там живем. Но это временно. Потом у нас будет у каждого своя жилплощадь.

— И Косой с вами живет?

— Где?

— Ну в кочегарке.

— Нет! Что ты! Косой ведь продюсер! Ему это, как его… — девочка снова наморщила носик, вспоминая. — А! По статусу не положено.

Стриганов сглотнул комок, внезапно подступивший к горлу:

— Да-а… И много вас, артистов, живет в кочегарке? Ты, Ромка и сколько еще человек?

— Много. Я пока считать не умею. Только Ромка уже в кочегарке не живет.

— Почему?

— Потому что его недавно увезли воротилы шоу-бизнеса, — девочка явно испытывала гордость за друга. — Приехали, посмотрели и выбрали Ромку.

— Они что же, слушали, как он поет?

— Нет. А чего слушать? У нас все хорошо поют. А некоторые и танцуют очень хорошо. Ромка просто внешностью им подошел.

Стриганов на секунду прикрыл лицо, чтобы девочка не заметила навернувшиеся на глаза слезы, а когда отнял ладони, улыбнулся как можно мягче:

— И как же тебя зовут, артистка?

— Агата.

— Бог мой! Какое редкое имя! А меня зовут Даниил. Будем знакомы. Знаешь что, Агата? Я как один из твоих поклонников предлагаю тебе провести вечер со мной, ну и еще с одной тетенькой, она тоже будет твоей поклонницей, мы купим тебе новое платье и сходим в кафе «Мороженое». Идет?

Агата на секунду задумалась:

— Идет, но…

— Что «но»?

— Косой может быть очень недоволен. Это нарушение контракта. Он меня может наказать.

— Знаешь что? — Стриганов лукаво подмигнул девочке. — Я ведь тоже продюсер. Я тебя выкуплю у Косого. Теперь тебя буду раскручивать я. Согласна?

— Я-то согласна, — кивнула Агата. — А Косой согласится?

— Согласится! Куда он денется?

— Значит, ты меня купишь у Косого, как воротилы шоу-бизнеса Ромку?

Стриганов задержал тяжелый вздох и улыбнулся:

— Да. Тебе не стоит об этом беспокоиться. Пойдем?

— Пойдем, — и Агата протянула Стриганову руку.

— Знаешь, — сказал Стриганов, — тетенька нас уже заждалась. Давай-ка я тебя возьму на руки. Так будет быстрее.

Анастасия была удивлена: рабочий день закончился, а Даньки все еще не было.

«Вот ведь! — мысленно одернула она себя. — Уже успела привыкнуть! Не нужно этих глупых иллюзий. С чего бы ему нестись сюда сломя голову?»

По логике вещей она должна была встать и уйти домой, но нашла повод задержаться — стала приводить в порядок истории болезней, пытаясь перехитрить себя: «Когда-нибудь это все равно нужно делать!» Когда же отворилась дверь и рыжая голова Стриганова заглянула в кабинет, Анастасия не смогла сдержаться:

— Наконец-то!

— Прости. Меня задержала одна дама.

— Дама?

— Да. Вот, — и Стриганов завел в кабинет чумазую Агату, которая все еще держала в руках уже немного завявший букет синих маргариток.

Агата, увидев Анастасию в белом врачебном халате, немного смутилась, но постаралась быть предельно вежливой. Она кивнула и пролепетала:

— Здравствуйте. Меня зовут Агата. А это вам, — и протянула вперед руку с цветами.

В первое мгновенье Анастасия опешила, но ее удивление быстро сменилось умилением:

— Боже! Даник! Кто это?

Даниил выразительно посмотрел на Анастасию:

— Это уличная, но очень талантливая артистка. Она — сиротка. И я буду ее продюсером.

— Вот как? — подыграла Анастасия. — Очень приятно. Давай-ка мне твой букет. Надо его поставить в воду. И где же вы познакомились? — спросила она Стриганова.

— На улице. Агата мне спела песню. А я пообещал, что мы купим ей новое платье и сводим в кафе «Мороженое».

— Ну если пообещал, то конечно. Только я предлагаю купить новое платье и, прежде чем его надеть, поехать ко мне домой да хорошенько выкупаться в ванной.

— А можно мне сначала купить молока и печенья? — Агата достала сто рублей и протянула Стриганову.

— Конечно! — ответили Анастасия и Даниил.

В детском магазине Анастасия выбрала шерстяное платье персикового цвета и туфли в тон платью, а еще много разных вещей: детское белье, колготки, пижаму, тапочки, заколки, банты и большую нарядную куклу.

— Нравится? — спросила она Агату.

— Очень, — кивнула та. Когда Анастасия понесла все это богатство на кассу, девочка не могла скрыть радости и тут же поспешила заверить: — Я отработаю!

— Ну уж непременно! Трудяга!

Анастасия задавала себе вопросы и отвечала на них: