После полуночи становится жарче - Синтия Иден

Эмили вцепилась в его спину:

– Тут есть еще кто-то. Кто-то чертовски более сильный, чем эти парни.

Да уж, ночка становилась все интереснее и интереснее.

– Я никого не вижу, – пробормотал Колин, и это было правдой. Ночь была темной, но его острое зрение позволяло прекрасно видеть всю аллею. Он даже разглядел татуировку в виде змеи на левом запястье ублюдка, которому порвал когтями живот. Позже это поможет выяснить личность подонка.

– Он здесь, – тихо повторила девушка. – И…

– Не суй нос в наши дела, коп! – прорычал лидер группировки, парень, которого звали Скоттом. – Это было предупреждение. Другого у тебя и дока не будет.

Наши дела?

– Тусуйся со своими! – теперь кричал парень с татуировкой. – Оставь демонов в покое.

Ага, как будто он собирается слушаться. Да эти идиоты только еще больше уверили его в том, что копать надо именно в этом направлении.

– Кто вас послал? – спросила Эмили, и она явно не была напугана. Она была в бешенстве. – Кто приказал вам на нас напасть?

Скотт напрягся.

– Найл? – продолжала давить девушка. – Это из–за него вы нам угрожаете? Он сказал вам…

Рядом раздался звук полицейской сирены.

Четверка выругалась, развернулась и бросилась прочь, когда аллею залил свет бело-синих огней.

Два полицейских в форме выскочили из машины и подняли оружие:

– Руки вверх! Сейчас же!

– Дерьмо. – Колин поднял руки и с отвращением стал наблюдать, как демоны растворились во мраке ночи. Он еще найдет ублюдков, это уж точно. – Слушайте, я – коп. Детектив Колин Гит, значок номер 2517. – Он не сделал и движения, чтобы достать документы. Слишком явно нервничали полицейские, а Колин не собирался давать им повод нажать на курок.

Эмили тоже подняла руки. Один из патрульных подошел к ней и стал отводить в сторону от Гита.

– Пройдемте со мной, мэм.

Холодная ярость все еще бурлила в теле Колина. Он сделал глубокий вдох, почувствовав зловоние аллеи, запах пота полицейских.

Когти стали уменьшаться. Медленно.

– Покажите документы, детектив, – патрульный все еще держал Колина под прицелом.

Гит аккуратно полез в карман куртки и достал удостоверение. Полицейский взял его, отступая:

– Не двигайтесь, – и направился к машине. Колин услышал, как он по рации передает информацию.

– На нас напали! Парни, которые это сделали, прямо сейчас убегают отсюда! – Эмили все еще была раздражена.

Колин взглянул на дальний конец аллеи. Поправка: уже убежали.

– Хорошо, детектив, ваши данные подтвердили.

Колин опустил руки:

– Надо прочесать местность. На нас только что напали четверо мужчин. – Которые предупредили, чтобы мы не совались в дела демонов.

Ни в коем случае.

– Они были в черном: лыжные маски, рубашки, штаны, – что сделает процесс опознания чертовски тяжелым. – У одного из них была татуировка в виде змеи на левом запястье. Их предводителя зовут Скотт, – не очень много, но это все, что у них было.

– На вас напало четверо мужчин? – вопрос задал коп, который отвел Эмили в сторону.

– Это я и пыталась вам сказать, – отрезала та.

Патрульный передал полученную от Колина информацию.

– Кто-нибудь из вас ранен?

Эмили покачала головой.

Колин вспомнил холодную вспышку боли в руке, куда один из ублюдков пырнул его ножом. Рана уже перестала кровоточить, а ребра вообще почти перестали болеть.

– Нет, – он полностью исцелится еще до приезда скорой помощи.

– Почему они на вас напали? – полицейский, который передал информацию по рации, смерил Колина взглядом.

«Потому что я слишком близко подобрался». Колин пожал плечами. Теперь надо быть осторожным, нельзя же сказать, что демонам не понравилось, что он что-то вынюхивает на их территории.

Да уж, его присутствие явно заставило кого-то занервничать.

Что хорошо. Даже очень.

Эмили прошла мимо, подняла с земли очки и стала блузкой протирать линзы.

– Он все еще здесь? – спросил Колин, понизив голос, чтобы его не услышали полицейские. Она говорила, что это сильный Иной, поэтому Гиту было интересно, остался ли тот, чтобы досмотреть шоу до конца.

Эмили покачала головой:

– Нет, он ушел, как только приехал патруль.

Колин заворчал, пытаясь сложить в уме факты.

– Ну, док, похоже, мы умудрились привлечь к себе внимание, – он сцепил пальцы и почувствовал, что свежезажившие раны начали зудеть.

– Да, думаю так и есть, – она бросила взгляд на аллею. – Ну что, мы последуем их совету?

Он сделала особый акцент на слове «мы».

– А ты как думаешь?

Эмили надела очки:

– Я думаю, что мне совсем не нравится, когда на меня нападают уроды в черных лыжных масках.

Колин пытался сдержать улыбку:

– Да, я тоже от этого не в восторге.

– Еще я думаю, что неплохо, что мы кого-то заставили нервничать, – она вызывающе подняла подбородок, все еще оглядывая тени. – Это значит, что мы на верном пути.

Он сжал губы:

– Это опасный путь, док, – а ему совсем не нравилось, что Эмили может оказаться в опасности. Когда тот подонок сжал руки на ее горле…

– Я не такой нежный цветок, как ты обо мне думаешь, детектив, – она наконец посмотрела на Колина. В ее глазах светилась решимость… решимость и, если он не ошибается, воодушевление.

Гит понял, что док любит опасность. Ей нравилось чувствовать адреналин, текущий по венам, когда смотришь страху в глаза.

Ох, эта женщина может действительно ему понравиться.

– Нет, ты совсем не нежная, – согласился Колин, вспоминая, как она бросилась на парня, пытавшегося подобраться сзади. Ублюдок, наверное, до сих пор чувствовал свои яйца в собственном горле.

Док оказалась намного сильнее, чем он предполагал изначально, но все же оставалась человеком. Поэтому парни, которые на них напали – демоны – могли с легкостью ее убить.

А если вспомнить про оборотня, Ночного Мясника… С ним дело обстояло даже хуже. Против такого ни у одного смертного нет шансов. У Эмили нет шансов.

– Ты меня не выкинешь из этого расследования, – произнесла Эмили, и на мгновение он задумался, не использовала ли она свой дар, чтобы прочесть его мысли. – Дешевые угрозы демонов не заставят меня бежать без оглядки.