Синдер & Элла - Келли Орам

– Черт побери, Элла. Прости меня, ладно?

Теперь извинения казались чуть более искренними, но легче мне от этого не стало.

– Знаешь, почему вы так и не смогли довести меня до слез? – спросила я. – Потому что вы пытаетесь загнобить человека, который и так уже достиг самого дна. Хуже, чем сейчас, мне уже не будет. Ты ничтожество, Джейсон. Ты и все остальные подонки в этой школе, которым больше нечем заняться, кроме как издеваться над инвалидом.

Я подумала, что, пожалуй, зашла слишком далеко, когда мама Джейсона ахнула и разрыдалась. Как ни странно, отец не попытался меня остановить, но когда я взглянула на него, то поняла, почему: он смотрел на Джейсона с такой яростью, что моя грубость его, видимо, вообще не заботила. Он встретился со мной взглядом и ласково положил руку мне на плечо:

– Элламара, пойдем, детка.

Папа направил меня в переговорную, а копы потащили Джейсона к выходу. За столом в кабинете сидели еще несколько полицейских, директор Джонсон и миссис Тиг. Кроме них в комнате присутствовали Коди, доктор Пэриш, Дженнифер и Джульетта.

Вопросы посыпались, как только я села за стол. Все эти люди, по идее, были на моей стороне – «система поддержки», как выражалась доктор Пэриш, – но я чувствовала себя будто на допросе испанской инквизиции. В итоге они вытянули из меня все подробности стычки с Джейсоном. Я не упоминала имя Анастасии в разговоре, но когда отец услышал о конкурсе на самый страшный костюм, он вскочил на ноги и снова начал сыпать угрозами.

– Я думал, что травля в этой школе считается неприемлемой! Что ученики ставят свою подпись под кодексом поведения, когда поступают сюда! Я затаскаю вас по судам и замучаю проверками!

Отец наматывал круги по кабинету, а затем наклонился надо мной, вторгаясь в мое личное пространство, как будто я была одним из виновных.

– Мне нужны имена всех, кто обижал тебя.

У меня вырвался непроизвольный смешок, и отец гневно посмотрел на меня.

– Ничего смешного! – Он подал мне листок бумаги и карандаш. – Мне. Нужны. Имена. Элла. Все до единого!

– Я, наверное, не смогу перечислить всех, кто издевался надо мной с первого учебного дня. Это половина школы. Я даже не знаю большинство из них.

– Половина школы? – Лицо папы приобрело жутковатый багровый оттенок. – Тогда назови имена лидеров. Я добьюсь, чтобы они вылетели из школы.

Я вздохнула:

– Если ты это сделаешь, мне станет только хуже.

– Она права, – подхватила Джульетта, впервые вступив в разговор. – Если ребят накажут за то, что они задирали Эллу, ее возненавидят еще больше за стукачество.

– Эти люди должны понести наказание, иначе они никогда не остановятся! – не унимался отец.

– Значит, ты хочешь услышать имя? – гневно спросила Джульетта. – Анастасия Коулман.

Все застыли в изумлении. Отец медленно распрямился в полный рост и повернулся к Джульетте.

– Что ты сказала?

Она демонстративно пожала плечами:

– Ты спросил, кто главный. Анастасия держит в страхе всю школу.

– Это правда, Элла? – Голос у папы был пугающе спокойным.

Я опустила глаза и не ответила.

– Хочешь знать, зачем Джейсон сделал это сегодня на самом деле? – спросила Джульетта.

– Не надо. Она ведь превратит мою в жизнь в ад не только в школе.

Джульетта уселась обратно и замолчала. Отец метал яростные взгляды то на нее, то на меня, ясно давая понять: мы расскажем ему все, что он захочет узнать, причем немедленно.

– Как твоя сестра связана с тем, что произошло сегодня?

Джульетта нарушила молчание первой:

– Рассказать, как она бросила Джейсона на прошлой неделе? Он спросил, могут ли они помириться и пойти вдвоем на вечеринку по случаю Хеллоуина, а Анастасия ответила, что согласна, только если он заставит Эллу показать всем свои шрамы.

Я судорожно вдохнула воздух. Об этом я не знала.

Казалось, папа считает в уме до десяти, чтобы не взорваться. Через минуту он спросил:

– И давно это продолжается?

Вопрос был адресован мне, но ответила снова Джульетта:

– С тех пор, как она пришла сюда. Только в последние недели стало еще хуже.

В комнате повисло гнетущее молчание, как будто мы ждали, что сейчас раздастся удар топора, но не знали, чья голова полетит первой. Наконец, один из полицейских заговорил.

– Итак. – Он откашлялся и встал со стула. – Я думаю, теперь у нас есть вся необходимая информация.

Его напарник тоже поднялся со своего места и добавил:

– Мы будем держать вас в курсе, мистер Коулман.

– Я не хочу, чтобы Джейсона наказывали, – выпалила я, прежде чем полицейские покинули переговорную.

Они обернулись, ожидая продолжения.

– Как это ты не хочешь, чтобы его наказывали? – спросил отец. – Этот парень напал на тебя. Он посмотрел на полицейских и добавил: – Мы не снимаем обвинения.

– Сэр, вашей дочери больше восемнадцати. Если она решит…

– Я являюсь опекуном Элламары по решению суда, – перебил отец, – и имею полное право принимать подобные решения. Учтите, я хочу, чтобы этого мерзавца наказали.

Оба копа в растерянности посмотрели на меня, и тишина в кабинете стала невыносимой. Более доброжелательный из них с сочувствием улыбнулся и сказал:

– Если он действительно ваш опекун, мы вынуждены согласиться с его решением. Сожалею.

Они собрались уходить, и меня охватила паника. Я потеряла над собой контроль и наорала на отца:

– Какого черта, папа? Отвлекись на секундочку от своей гордыни и, пожалуйста, хотя бы раз в жизни прислушайся ко мне! Прошу тебя!

Гнев отца испарился, и он ошарашенно уставился на меня.

– Джейсон схватил меня за руку – и все, – в отчаянии продолжала я. – Знаю, он поступил мерзко, и ты очень зол на него, но он ведь не предполагал, что так выйдет! Он не хотел мне навредить. Скорее всего его посадят под домашний арест на какое-то время. По-моему, это достаточное наказание. Если ты отправишь его за решетку или подашь в суд на его семью, мне от этого будет только хуже. Прошу тебя, не создавай мне дополнительных трудностей.

Отец оправился от шока и нахмурился. Он строго посмотрел на Джульетту, и она с энтузиазмом закивала:

– Элла права. Будет только хуже.

Меня немного задело, что отец попросил Джульетту подтвердить мои слова, но я была рада ее поддержке.

Папа стиснул зубы и громко вдохнул.

– Хорошо, – буркнул он. – Мы снимаем обвинения. Но если он еще раз хоть пальцем тебя тронет, Элламара, ты должна немедленно мне сообщить. – Он перевел взгляд на Джульетту и добавил: – Тебя это тоже касается.