Ужин за миллион - Триш Мори

Максвелл потерся о ноги хозяйки и жалобно мяукнул, явно давая понять, что ничем особенным не занимался, зато ужасно проголодался и соскучился.

Джейд рассмеялась:

— Хорошо, хорошо, Макс! Я знаю, что уже поздно, и принимаю твои справедливые упреки. Сейчас я тебя накормлю, иди скорей к своей миске.

Когда сытый кот с довольным урчанием разлегся в кресле, Джейд налила себе бокал вина и вышла на террасу. Ночь стояла теплая и по-настоящему весенняя, обещавшая жаркое лето. Воздух был наполнен приятными звуками «живой» гитары, доносившимися из бара неподалеку. Луна отражалась в темных водах сиднейского порта.

Джейд глубоко вздохнула. Как отличается все это от суетливой жизни в Беверли-Хиллз! Никаких роскошных особняков и сверкающих «мерседесов», никаких озабоченных своим внешним видом киношных знаменитостей.

И Джейд искренне радовалась тому, что наконец-то вернулась в Австралию и избавилась от показной мишуры, с которой ей приходилось сталкиваться раньше едва ли не ежедневно.

Она потратила все свои сбережения на эти дом и машину, и ей было этого вполне достаточно. Джейд не скучала по прошлой жизни. Она работала еще больше, чем прежде, пусть и не с фотомоделями и кинозвездами, украшающими обложки глянцевых журналов, а с веселой молодежью и даже порой с бывшими авторитетами уголовного мира, покрытыми татуировками и мечтающими начать новую жизнь.

Сейчас у нее полноценная жизнь, ей всего хватает.

Только иногда…

Она сделал глоток вина.

Нет, она не хочет больше думать о Лукасе, пусть он сам и все, связанное с ним, остается в прошлом. Мысли о нем ни к чему хорошему не приведут.

Безусловно, она сделала правильный выбор, не поддавшись на уговоры Лукаса и уехав домой.

А что, если бы она все-таки осталась тогда?..

Воспоминания о ночах, проведенных с ним, до сих пор преследуют ее. Она постоянно видит его во сне и просыпается в холодном поту, а потом подолгу сидит на террасе и вглядывается в темноту.

Почему же она не может забыть его? Ответ на этот вопрос оказался слишком болезненным. Потому, что она его любила.

И этот огонек, горящий где-то глубоко внутри, до сих пор не потух. Она его любит, несмотря ни на что…

— Доктор Ферраро, к вам пришли.

— Спасибо, Кэтти, — ответила Джейд своей помощнице, нажав кнопку внутренней связи. — Скажи, что я освобожусь через минуту и спущусь.

Джейд быстро закончила обещанный тюремной администрации отчет об операциях, сделанных заключенным за последние несколько месяцев. Еще утром ее предупредили, что за отчетом приедет курьер. Но тот, судя по всему, куда-то торопился и не захотел ждать.

Краем глаза Джейд заметила, что в кабинет кто-то вошел, и стала запечатывать бумаги в конверт.

— Извините, что заставила вас ждать. Отчет готов… — начала она, поворачиваясь к посетителю.

И тут слова замерли у нее на губах. Нет! Этого не может быть. Боже!

— Лукас? — Джейд застыла с конвертом в вытянутой руке. — Что ты здесь делаешь?

Неужели Джейд не рада ему? От этой мысли у Лукаса неприятно кольнуло в груди. Очевидно, ему надо было приехать раньше.

— Я пришел, чтобы повидаться с тобой, — сказал он.

— Но как тебе удалось разыскать меня? — не могла прийти в себя Джейд.

— Это было не так сложно. — Лукас огляделся вокруг. — М-да, это местечко явно проигрывает по сравнению с клиникой в Беверли-Хиллз, — протянул он, подводя итог увиденному.

Джейд гордо вскинула голову.

— По-прежнему судишь о вещах поверхностно.

Лукас с трудом сдержал улыбку и в то же время уже мысленно отругал себя за необдуманные слова. Но, черт побери, ему ужасно нравится, когда она спорит. Значит, и она все та же.

— Да, ты права… Я слышал, у тебя здесь все хорошо.

Джейд кивнула:

— Я счастлива.

Лукас внимательно посмотрел на нее.

— Это правда? Ты и впрямь счастлива?

Джейд нервно теребила одежду.

— В полиции мне говорили, что суд над Грейс будет не раньше, чем через несколько месяцев. Так чего ты хочешь? Зачем ты здесь, Лукас?

— Нам нужно поговорить. Я могу пригласить тебя поужинать со мной?

Джейд взглянула на часы, слегка прикусив нижнюю губу. Как давно он не чувствовал вкус этих губ! По телу Лукаса пробежала дрожь.

— Прости, — быстро проговорила Джейд, — но я спешу домой. Меня ждет Максвелл. Он всегда ужасно огорчается, когда меня долго нет.

Лукас нахмурился, сердце у него упало. Произошло самое страшное! Он слишком медлил…

Джейд уже не одна. Ее ласкает другой мужчина. Лукас почувствовал неизбывную тоску.

— Ты с кем-то живешь?

Что это за выражение у него на лице? Ревность?

— Лукас, тебе надо было предупредить меня о своем приезде заранее.

Лукас стиснул зубы.

— Максвелл тоже может прийти. Мы посидим где-нибудь втроем.

Джейд улыбнулась. Ей уже стало его жалко.

— В этом нет необходимости. Максвеллу будет вполне достаточно, если я накормлю его дома. Это кот, Лукас!

— Как поживает твоя сестра?

Они зашли в небольшой итальянский ресторанчик, но предпочли взять две порции спагетти с собой и спокойно поесть у Джейд, чем разговаривать на виду у всех.

Когда со спагетти было закончено, они удобно расположились на террасе, попивая кофе. Накормленный Максвелл лежал на стуле, свернувшись клубочком и бросая на Лукаса любопытные взгляды.

— С ней все в порядке. Хотя Курт уже не с ней.

— О, мне жаль это слышать.

Лукас пожал плечами:

— Этого и следовало ожидать. Зато Олимпия помирилась с отцом. Он понял наконец, что она взрослая девочка и у нее своя жизнь. Они стали друзьями.

— А как насчет Белого дома?

— А ты не знала? Он снял свою кандидатуру.

— Что?

— Представь себе. Никто не ожидал подобного шага: отец принял это решение внезапно. Через пару недель после возвращения Олимпии домой. Сейчас он собирается в длительный круиз со Стеллой — моей мачехой. Видимо, хочет побыть с ней наедине.

Когда они допили кофе, Джейд поставила чашки на поднос и унесла его на кухню. Затем снова вернулась к Лукасу.

— Ты никогда не рассказывал мне о своей матери. Что с ней случилось?

— Неужели? — Взгляд Лукаса стал печален. — Она умерла, когда мне было четыре года. Я плохо ее помню.

Джейд вздрогнула.

— Я знаю, каково это, — тихо произнесла она.