Не смей - Дарья Данина

Было совершено невозможно сосредоточиться. Мысли путались, сплетаясь в непроходимые лабиринты. Головная боль возвращалась, волнами накатывая на и без того тяжёлую голову.

- Как тебе?

- Что?

- Ты меня слушаешь вообще? – Кирилл разворачивается к девушке всем корпусом. – Ты где летаешь?

- Я здесь… – Камилла указательными пальцами сжимает виски и закрывает глаза. – Просто не выспалась.

- Ясно. – Брюнет двигает ноутбук ближе, указывая на монитор. – Как тебе такой вариант покрытия?

Камилла открывает глаза, всматриваясь в экран. Но изображение будто убегает от неё. Расплывается и дрожит.

- Не очень. – Откидывается на спинку стула.

- Почему? – Парень поднимает тёмные брови и тоже облокачивается на высокую спинку. Складывает руки на груди.

- Потому. – Отмахивается девушка. – Слишком тяжело. – Протягивает руку и сжимает пальцами заднюю часть шеи. И даже сама не понимает о какой тяжести говорит. О напольном покрытии в его гостиной, или же о своём самочувствии.

- Тебе плохо? – Кирилл окидывает девчонку обеспокоенным взглядом.

- Говорю же, не выспалась. – Тупая боль всё сильнее сдавливает голову. Словно сотни маленьких молоточков бьют по затылку, и болевые ощущения незаметно прокрадываются дальше, оседая в висках. Сдавливают глаза и линию роста волос на лбу. – Просто нужно вздремнуть.

И это не ложь. С участившейся мигренью она справлялась с помощью сна. Если не спасали таблетки. Это всё стресс…

Камилла спускает с высокого стула ноги, намереваясь выпить ещё одну таблетку и переместиться на диван. Но её ведёт в сторону после первых двух шагов.

Она даже не успела понять, как оказалась на полу. Просто ноги перестали слушаться. В глазах потемнело, и девушка начала оседать. Грохот падающего стула и крепкие руки, что пытались её поднять.

- Камилла?! Камилла, блять!!

Сколько она была в отключке? Секунд пять от силы. Поднимает тяжёлые веки, чувствуя под собой невесомость.

- Какого хрена с тобой происходит, Карчевская?! – Парень укладывает её на диван, покладывая под голову мягкую подушку. – Не выспалась она… так не выспалась, что решила прилечь на полу?

- Всё нормально. – Она почти шепчет, и облизывает в миг пересохшие губы.

- Ты, видимо, забываешь, что я врач. – Брюнет ворчит, словно старик, пока возвращается на кухню, чтобы поднять стул, который он опрокинул. – Ты своей ложью только усугубишь своё состояние… – Набирает полный стакан тёплой воды из чайника. – Бестолковая.

Возвращается в комнату и подвигает её ноги, чтобы сесть рядом.

-Выпей.

- Там на холодильнике таблетки. Дай пожалуйста.

Брюнет со вздохом поднимается и снова возвращается на кухню. Сгребает с холодильника картонную упаковку.

- Фламакс?

Сжимает пачку в ладони, и широкими шагами снова настигает дивана.

-Да. – Карчевская протягивает слабую руку, чтобы забрать пилюли.

Но Соболев прячет пачку в карман, смерив девчонку строгим взглядом.

- Кирилл. Мне сейчас не до твоих шуточек. Отдай мне таблетки. – Она снова закрывает глаза, пытаясь утихомирить неотступающую боль.

- А я и не шучу. – Садится рядом. – Расскажешь, что с тобой. И как давно.

Он не просит. Он ставит её перед фактом. И это раздражает.

- Это не твоё дело, Кирилл.

- Не согласен… и если ты не расскажешь, то я наступлю себе на глотку, и позвоню Петру Михайловичу. Он, кстати, в курсе, что ты живёшь у подруги?

Усмехается, видя её слегка вытянувшееся лицо. Да, коротышка, догадаться не сложно…

- Я не живу у подруги. – Произносит тихо, и опускает уставшую руку.

- А это ты можешь деду своему рассказать. А меня не лечи… сам залечу… Ну так, я жду.

Соболев усаживается удобнее, перехватывая её ноги и укладывая их на свои бёдра. Сжимает женские лодыжки и удерживает их на себе, чувствуя, что Карчевская хочет их поджать.

Но Ками решительно поджимает губы.

Врач… она и так в курсе, что он врач. Только вот, насколько хороший? И в её планы не входил именно ЭТОТ врач.

- Значит, – Незаметно для самого себя, брюнет проводит большим пальцем по девичьей щиколотке. Но Камилла замечает… и её кожа в этом месте мгновенно покрылась мурашками. Господи.. она скулит про себя и откидывает тяжёлую голову на подушку. – Я звоню Петру Михайловичу…

- У меня адски болит голова…

Шепчет, и прикрывает лоб предплечьем.

- Давно? – Продолжая поглаживать пальцем её ногу.

- Пару недель.

- Как часто?

- Каждый день. – Она убирает от лица руку, и открывает глаза. Встречается с его кристально чистыми, словно родниковая вода. Красивые, зараза…

Парень прикусывает верхнюю губу, и чуть выдвигает вперёд подбородок. Его глаза задумчиво рассматривают её лицо. Словно пытаясь прочитать мысли.