Черный виноград - Сандра Мартон

— … лопну! Кир кашлянул.

— Извини, что ты сказала? Касси повторила:

— Еще один кусочек — и я лопну.

Он улыбнулся, пытаясь возвратиться к своим мыслям.

— Кир?..

— Да, извини, я, хм, задумался о… о заказе для «Розового слона». Это новый ресторанчик в Виллидже.

— А, — с пониманием откликнулась Касси, будто нет ничего важнее, чем заказ на вино, сделанный менеджером из «Розового слона».

Она засыпала Кира вопросами о ресторане. Дельные вопросы, профессиональные, или по крайней мере его усталым мозгам так показалось, хотя он и удивился, какого черта она говорит о бизнесе, когда ему хочется обсудить прошлую ночь? Повторения не будет. Утром он потратил час, доказывая ей обратное, но Касси угадала истину.

Они словно огонь и вода, между ними нет ничего общего, за исключением постели и бизнеса. Он нарушает все свои правила. Секс выбил его из колеи.

— Касси — твое настоящее имя? — спросил Кир.

— Да, — медленно ответила она. — Полное имя — Кассандра, но…

— Я подумал, возможно, ты взяла псевдоним, когда начала танцевать.

Она откинулась назад, ее улыбка потухла. Кир почти физически ощутил выросшую между ними стену. Почему? Ведь он задал очень простой вопрос.

— Как я уже сказала, мое имя Кассандра. Но никто не называл меня так.

— О! — Кир кивнул.

— Ты хочешь узнать что-нибудь еще? — холодно спросила Касси.

Почему она расстраивается? Он же имеет право задавать вопросы?

— Вовсе нет. Итак, что ты говорила о «каберне»?

Касси колебалась, стараясь предугадать дальнейший ход беседы.

— Я посетила семинар. По виноградарству в Нью-Йорке и еще читала о климатах, похожих на…

— Мне всегда было интересно узнать, как женщина начинает танцевать в Лас-Вегасе?

— Ты спрашиваешь в общем или конкретно обо мне?

— В общем. — Кир улыбнулся.

— Занимательно, — томно протянула Касси, — ты управлял «Песней пустыни» много лет и никогда не задавал подобных вопросов танцовщицам?

Задавал, он знал все истории наизусть: кто-то хотел стать звездой балета, кто-то — подцепить шейха-миллиардера. Почему Касси должна отличаться от них?

— Как ты попала в Лас-Вегас?

— Моей первой любовью был балет, но, пожалев свои стертые в кровь пальцы, я решила, что Лас-Вегас может оказаться более перспективным.

Кир не понял, шутит она или нет, а потому решил ограничиться сочувствующей фразой:

— Я понимаю.

— Да черта с два ты понимаешь! — Касси перегнулась через стол, бросая острые, как удар хлыста, слова: — В детстве я любила балет и жила только им, но в мире нет спроса на балерин.

Кир поморщился.

— Касси…

— Реальность банальна. Мне было семнадцать, мать пила, затем завела нового дружка, который заглядывался на меня. И я сбежала.

— Касс. — Он потянулся к ее руке, но она отдернула ее.

— Не все рождаются с серебряной ложкой во рту. Можешь себе представить, что значит искать работу, когда у тебя нет ни диплома, ни опыта? Я разносила еду и вытирала жирные столы.

— Касси. Пожалуйста. Я только хотел узнать…

Она бросила салфетку на стол, негодование кипело в ней, вырывалось наружу, словно лава из вулкана.

— В чем дело, О'Коннелл? Подбираешь себе новую кандидатуру из своего круга? Или стриптизерша будоражит твое воображение?

— Нет, — огрызнулся он, его глаза стали темными, как ночь. — О да. Возможно, я не могу забыть о тех парнях, которые видели то, что я наблюдал прошлой ночью.

Девушка отшатнулась, словно от удара, вскочила и выбежала на улицу.

Кир достал бумажник, бросил несколько банкнот на стол и поспешил за ней.

— Касси!

Она быстро шла по дороге, ведущей к заводу. Снег валил все сильнее и сильнее, температура воздуха была, наверное, минус двадцать, а до дома далеко.

— Касси, черт!

Девушка прибавила шаг. Кир выругался, вскочил в «феррари» и поехал за ней. Поравнявшись с ней, он открыл окно.

— Садись в машину.

— Держись от меня подальше, О'Коннелл.

— Дьявол, ты хочешь замерзнуть? Садись в машину!

— Поищи себе нового менеджера. Новую игрушку. Сегодня же вечером я съеду с квартиры.

Он заглушил мотор и выскочил из машины.

— Черт бы тебя побрал, Кассандра!

Ее имя, древнее имя. В глубине души Касси всегда считала его красивым, но там, где она выросла, не любят красивые имена. Сейчас, в устах Кира, оно звучало волшебной музыкой.

Она остановилась, осознавая, к своему ужасу, что слезы застилают ей глаза. Касси попыталась обойти Кира, но он предугадывал каждое ее движение. Внезапно она разрыдалась, а он схватил и прижал ее к себе так, что она едва могла дышать.

— Я с ума схожу от ревности, — хрипло заговорил Кир, — и сам не знаю, что творю, потому что никогда не испытывал такого.

— Я говорила тебе, разве нет? Мы не подходим друг другу… — продолжала рыдать Касси.

Его губы прижались к ее губам.

— Никогда ни одна женщина не тревожила мои чувства так, как ты. С самого начала, с первой минуты, когда я увидел тебя на свадьбе… — Кир сжал ладонями ее лицо, повернул к себе, ощущая, как его сердце разрывается на части при виде ее слез и тающих снежинок на ресницах. — Мне наплевать на твое прошлое — только бы сейчас быть единственным в твоей жизни.

— Ты говоришь о легионах парней? — Касси издала подобие смешка. — Я была замужем. А список мужчин у меня гораздо короче, чем у большинства знакомых мне женщин. Они быстро исчезали из моей жизни.

— Только не я, — с жаром сказал Кир. — Я не собираюсь никуда исчезать.

— Я знаю, ты так думаешь, но…

— Послушай меня, Касс. Я не исчезну. Я просто… молю тебя простить меня за грубость.

— Хорошо. — Касси всхлипнула.

— О, провалиться мне этом на месте, я никогда… Я не ханжа, Кассандра, и не считаю, что женщины должны блюсти девственность, пока мужчины вовсю предаются плотским утехам. А стриптиз… ты сделала свой выбор, у тебя были на то причины, и кто я такой, чтобы судить тебя?

Касси улыбнулась, вытерла рукавом нос и прижала ладони к его щекам.

— Вот моя история без прикрас. Нет, — возразила она, когда Кир попытался ее остановить, — нет, я хочу, чтобы ты дослушал. Я сбежала из дома в семнадцать лет, добралась автостопом до Денвера, работала в ресторанах, еле сводила концы с концами. Приехав в Вегас, сумела найти лишь работу официантки. Однажды пришел посетитель, посмотрел на меня и спросил, умею ли я танцевать. Вот мой звездный шанс, подумала я.