Бракованные - Лина Манило

Арина

Я пришла домой только под утро, но так и не смогла заснуть. Меня переполняют эмоции, а эйфория искрит в каждой клетке. Электричеством на кончиках пальцев. Мир… он… Черт, я действительно влюбилась. Впервые в жизни. В замке проворачивается ключ, дверь раскрывается и почти сразу захлопывается. Воздух пахнет цветами – Катя пришла. Судя по топоту в прихожей, она торопится, чем-то взволнованная. Сестра врывается в нашу небольшую кухню, так и не скинув при входе пальто. На щеках румянец, а глаза лихорадочно блестят. Это… настораживает.

– Катюша, с тобой все хорошо? Что-то с Аней?

Аня – приболевшая подруга, у которой сестра провела всю ночь.

– Арина, детка, – Катя садится напротив, пока я размешиваю кофе с молоком. Ни капли сахара, лишь сливочная мягкость.

Пытаюсь делать вид, что вся такая серьезная и спокойная, только волнение сестры передается и мне. Кажется, она бежала домой, ломая ноги, и только завидев меня, успокоилась.

– Ты взволнована, – осторожно замечаю и делаю большой глоток кофе, глядя на сестру. – У тебя точно все хорошо? Что-то непохоже.

Катя снимает с плеч пальто, кидает его на стул и, опершись ладонями на кухонный стол, окидывает меня мрачным взглядом.

– Почему ты вчера так поздно поставила бар на сигнализацию?

Естественно, Катя в курсе, что творится в «Ирландии» даже когда она отпаивает парацетамолом больную подругу.

– Эм… просто товар долго принимала.

– Арина, не делай из меня дуру, – просит, почти умоляет. – Ты была там внутри с Мирославом. Вы там долго были. Вдвоем.

Последнее слово звучит как вердикт, а мне вроде как стыдно должно стать, только вот ни черта. Я никакого преступления не совершила. Мы даже кухню убрали! Вычистили любые следы «преступления», не оставили ни единой крошки. Товар приняли, а отчет я посмотрела еще позавчера. Тогда какие могут быть ко мне претензии? Откуда этот встревоженный, слегка осуждающий взгляд? Я же не левого парня в бар притащила. Мирослав работает у нас охранником, а еще грузчиком. С чего Катя так завелась?

– Кать, прекрати, – прошу, немного злясь. Впервые готова поругаться с родной сестрой. – Что у тебя за мысли в голове?

– Ты была там с Мирославом, – повторяет, тяжело вздохнув.

– Я была там с Мирославом, – подтверждаю, потому что, раз она в курсе, отпираться нет смысла.

Да я бы и не стала. Не после того, как мы с Мирославом… официально утвердили статус наших отношений. Мы теперь парень и девушка. Мы встречаемся. Надо же…

– Арина, ты слышишь меня? Да что с тобой? – Катя теребит меня за рукав домашней кофты, выводит из оцепенения.

– Что ты хочешь от меня? – спрашиваю и снова пью кофе, глядя на взволнованную сестру.

А она… она какая-то странная.

– Арина, чем вы там занимались?

– Пекли пирог, – говорю чистую правду, в которую Катя, впрочем, верить отказывается.

– Просто пекли пирог?

– Еще целовались, – заявляю, испытывая какое-то внутреннее удовлетворение. – Кать, мы… мы встречаемся.

– С Мирославом? С Овчинниковым? – Катя округляет глаза и, отпрянув, смотрит на меня с удивлением.

– С ним, – снова киваю, а внутри зарождается беспокойство. – Кать, что-то не так? Ты что-то знаешь, о чем я не догадываюсь? Катя!

Катя смотрит в сторону, барабанит пальцами по столешнице, хмыкает. О чем-то думает, меня пугает, головой качает. Она точно что-то знает. Я подаюсь вперед, хватаю Катю за руку, трясу. Пытаюсь хоть так добиться адекватной реакции.

– Кать, тебя что-то не устраивает? Он тебе не нравится?

– С чего ты взяла? – удивляется сестра, но я вижу, что ее что-то беспокоит.

– Мне так кажется.

– Неправильно кажется, – сестра натянуто улыбается и, поднявшись, тянется за пальто. – Солнце, мне нужно в одно место смотаться. Если что, сама откроешь бар?

– Конечно.

– Ну вот и славно, – Катя будто бы нервничает, но изо всех сил пытается показать, что ей море по колено.

Только я знаю ее слишком хорошо. Моя сестра только что на моих глазах вышла на тропу войны.

Мирослав

– Да чтоб у тебя уже отсохло там все! – сонный и злой, я переворачиваюсь на живот, накрываю голову подушкой, прижимаю ее сильнее к ушам.