Кикимора болотная - Ирина Мясникова

На следующее утро, когда Тася подъехала к офису, маленькой красненькой машинки на парковке не было.

«Неужели гадюка наша заболела? Как Дуськина физичка», — подумала Тася, припарковалась на своем месте и вошла в здание.

Начальник охраны улыбнулся ей своей самой плотоядной улыбкой и радостно сообщил:

— Анастасия Михайловна! А у нашей крысы финансовой машина сломалась! Еще в субботу. Прям как вы говорили. Никак не заводится, и в сервисе поломку вот уже который день все найти не могут. Ищут, ищут, да не находят!

— Тсс! — Тася приложила палец к губам. — Надеюсь, это останется между нами?

— Яволь! — Начальник охраны вытянулся в струнку и щелкнул каблуками.

Тася стала подниматься по лестнице. Когда она была уже на площадке второго этажа, снизу раздался протяжный вздох, и она услышала:

— Эх! Какая женщина!

— Я все слышу! — строго сказала Тася в лестничный пролет и пошла к своему кабинету.

В приемной Ада Львовна сделала большие глаза и просвистела шепотом:

— Тасенька! Вас сам вызывает. С утра ни свет ни заря приехал, очень не в духе, требовал вас, как появитесь.

Тася быстро скинула шубу на кресло и, не снимая сапог, кинулась в кабинет Ленни.

— Чего случилось? — спросила она, открывая дверь.

— А стучаться кто будет? — проворчал Ленни, не поднимая головы.

Он сидел за столом и что-то сосредоточенно изучал в своем компьютере. Наверное, тоже новую игрушку установил интересну-у-у-ю, как давеча Петрушка Сельдереевич.

— Извините, могу выйти и постучаться, я просто подумала, может, чего страшное приключилось. На нашей Аде Львовне аж лица нет, так вы ее напугали. — По тому, как Ленни держался, Тася поняла, что ничего страшного не произошло, а скорее всего, он хочет с ней обсудить какой-то вопрос, и вопрос этот ему самому до жути неприятен.

— Ишь, какие все нежные да пугливые! Садитесь и рассказывайте. — Ленни сделал рукой приглашающий жест.

— Чего рассказывать? — не поняла Тася. Она уселась напротив Ленни за стол для переговоров, закинула ногу на ногу и стала разглядывать свои сапоги. Надо было дать Ленни возможность сформулировать то, что его так беспокоит. Если бы Тася смотрела ему в глаза, Ленни было бы гораздо труднее.

«Ну до чего ж сапоги удачные! И удобные, и красивые, а самое главное — недорогие», — думала Тася, глядя на свои красивые ноги в красивых сапогах.

— Чего, чего?! Чего у вас с финансовым директором? — недовольно проворчал Ленни.

Вот, спрашивается, зачем он это начал? Да еще так неудачно сформулировал.

— У нас с финансовым директором ничего! Абсолютно! А у вас чего? — Тут Тася уже внимательно посмотрела в наглые и красивые глаза Ленни.

Ленни вздрогнул.

— Анастасия! Прекратите сейчас же. Вы прекрасно понимаете, о чем я спрашиваю, — Ленни раздраженно забарабанил пальцами по столу.

— Нет, Леонид Александрович, не понимаю. Абсолютно! Так же как не понимаю, за какие выдающиеся качества вы взяли столь некомпетентного человека на ключевое место.

— Почему это некомпетентного? — Ленни удивленно захлопал глазами. Посмотреть на него — так прямо сама невинность, не иначе.

— Знаете, что она у меня недавно спросила?

— Откуда же я могу знать, что она у вас спросила? — В голосе Ленни сквозила неприкрытая ирония.

— Она спросила меня, где у нас договоры на обналичку! Это финансовый директор!

— И чего такого? Действительно, где? — заулыбался Ленни. Видимо, не смог удержаться. Странно, что не захохотал.

— Ленни, вы серьезно или прикидываетесь?

— Прикидываюсь, конечно. Тася, может, человек просто растерялся? Новое место, новые люди.

— Ага! Я тоже сначала так подумала, вот только на парковке на нашей она почему-то не теряется!

— Вот оно в чем дело! Так вы ей мстите за то, что она на ваше место машину ставит. — Ленни изобразил на лице догадливость, сощурив глаза и внимательно разглядывая Тасю.

— Не поняла только, в чем месть? — удивилась Тася. — Вы, конечно, если хотите, можете ей свое парковочное место уступить, только она от этого квалифицированней не станет. Ошибки арифметические в расчетах делает, пишет с ошибками грамматическими. На ее служебную записку без слез не взглянешь. Если она нечто подобное в Москву отправит, то у вас, Ленни, будут большие неприятности. Насколько мне известно, вы ее взяли под свою ответственность. Персональную.