Как укротить мерзавца - Галина Милоградская

– Пять минут после работы! – Игнат поднял руку вверх. – Обещаю. Буду ждать у входа.

Он едва дождался окончания рабочего дня. Переоделся из костюма в джинсы и майку, накинул кожаную куртку, вздохнул, поймав свой взгляд в зеркале. Потёр трёхдневную щетину на подбородке, раздумывая: стоит ли сбрить в субботу, или отложить поход в барбершоп до понедельника. Подмигнул сам себе и поспешил к выходу.

Когда Таня вышла, Игнат уже ждал, слишком уж небрежно, картинно даже, облокотившись о большой байк, переливавшийся хромом и чёрной краской. В руке Верхоянский держал шлем, и, стоило ей появиться, тут же выпрямился, шагнув навстречу.

– Такая точная. – Он покосился на часы, горевшие под вывеской аптеки через дорогу.

– Такой человек выделил для меня пять минут своего времени. Разве я могла опоздать?

Таня мысленно стукнула себя по лбу, ругая за неуклюжий флирт. К чему он вообще из неё выскочил?! Она нервно поправила сумку на плече, так и оставив ладонь лежать на ручке. Подняла на него глаза и застыла, погружаясь в бездонную чёрную глубину.

– Дело, – напомнила Таня, сглотнув. Её бросило в жар от одного только быстрого взгляда на его губы, изогнувшиеся в улыбке.

– Точно, – чуть хрипловато ответил он, вызвав новую волну мурашек. – Мне очень нужна твоя помощь. Правда. А обратиться больше не к кому.

– Что-то важное? – Таня отступила на шаг, склонив голову набок.

– Очень. Надо спасать друга! – Она молчала, ожидая продолжения, и Игнат глубоко вздохнул, сказав себе, что отступать некуда и позади Москва. – В общем, дело такое. У меня есть друг. И он влюбился. Очень сильно влюбился. – Игнат посмотрел на неё таким проникновенным взглядом, что в груди у Тани невольно вспыхнула надежда: а если он это о себе и о… ней?

– И? – задержала дыхание она.

– И он хочет пригласить девушку на свидание, но стесняется показаться навязчивым. В общем… Тань, надо, чтобы нас было четверо. Если я откажусь, он не пойдёт. А он мой лучший друг, между прочим! А мне идти не с кем. И я подумал…

Таня с трудом сдержала разочарованный вздох. Действительно, это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. Хотя слова Игната о том, что у него нет девушки, не остались без внимания.

– Ты бы хотел, чтобы я сходила с тобой в качестве твоей пары? – на всякий случай уточнила она.

– Да! – облегчённо воскликнул Игнат. – Ты согласна?

– Не знаю даже. Я ведь, кроме тебя, никого не знаю… Да и будет ли им со мной интересно?

– Прежде всего, с тобой интересно будет мне! А они… Думаю, не будут вообще обращать на нас внимания.

– Зачем тогда нам идти? – резонно заметила Таня.

– Потому что просто вдвоём они не пойдут, – вздохнул Игнат. – Знаешь, как два ребёнка, что надулись и бегают друг от друга. Так как? Ты согласна?

– А куда мы пойдём? – спросила она, не обратив внимания на «мы». Игнат широко улыбнулся и достал из кармана билеты. – На Ленинград? Ты уверен, что это лучшее место для свидания?

– Он хочет поразить её спонтанностью, – процитировал Игнат сам себя. Таня улыбнулась:

– Надо же, да твой друг действительно влюблён. Такой жест… Я была бы точно покорена. Это неожиданно. А любит ли она эту музыку?

– А ты любишь? – с беспокойством спросил Игнат, только сейчас подумав, что Тане попросту может быть не интересно слушать весь вечер песни, сдобренные отборным матерком.

– Люблю, – улыбнулась Таня. – Когда идём?

– В субботу. Я заеду за тобой.

– Даже так?

– Мы должны приехать вместе, всё-таки, это почти свидание.

– Почти, ты прав. – Таня окинула Игната взглядом. – Тогда я зайду завтра, оставлю свой адрес. До встречи.

И, не говоря больше ни слова, она развернулась и пошла, не оборачиваясь, зная, что он следит за ней, и стараясь не споткнуться. Пусть даже если это было не свидание, но они проведут вечер вместе, а это уже немало! А Игнат несколько секунд и впрямь смотрел ей вслед. Потом оседлал байк, надел шлем, и вскоре до Тани донеся рёв мотора.

Костя всё не мог поверить, что Алиса так легко согласилась. Неделя почти полного игнора, не считая одной деловой встречи, и теперь она согласна пойти с ним в субботу на двойное свидание на рок-концерт? Да он и сам в последний раз на подобных сборищах был… с ней? Да. Когда в Ростов приезжали Сплин и Чайф. Память вдруг всколыхнулась, вспыхнула перед глазами яркими софитами, вседозволенностью, песнями до сорванного голоса и беззаботным ощущением молодости. И захотелось вернуться в это чувство, хоть на миг, и снова побыть двадцатилетним парнем с мечтами о будущем и пустыми карманами.

В доме Жарова всегда находилось трое телохранителей. Сменяя друг друга, они жили здесь же, в домике для охраны, покидая посёлок только, когда приходила пора отпуска. Строгие условия диктовались характером работы: есть время отвлекаться – никто не держит, ищи новое место. А вот шофёр, обычно, возил босса с понедельника по пятницу, получая сверхурочные, если приходилось задерживаться. В эту пятницу, едва за машиной закрылись ворота, Костя бросил:

– На завтра свободны.

Санёк удивлённо приподнял бровь и покосился на начальство в зеркало заднего вида.

– Внеплановый выходной.

– А я, Константин Андреевич? – спросил Антон.

– И ты, – рассеянно бросил Костя, выходя из машины. Мыслями он был уже в завтрашнем дне. Но, вспомнив об одной немаловажной детали, обернулся: – Проверь Камаро. Я завтра поеду на ней.

И, не оборачиваясь больше, отправился в дом. Телохранитель с водителем переглянулись. Санёк озадаченно покачал головой:

– Я, конечно, всё понимаю, но нахрена охрану отпускать?

– Слушай, а он что, сам поведёт? – спросил Антон. В ответ Санёк посмотрел на него так выразительно, что пришлось быстро прикусить язык.

– Ты так и не скажешь, куда мы поедем? – в очередной раз спросила Алиса, косясь на Костю. Сегодня он был так сильно похож на Кота, что внутри всё тоскливо переворачивалось. В рваных джинсах и простой футболке, взъерошенный, он уверенно вёл тёмно-красный шевроле, лавируя в городском потоке.

– Я же говорил: наберись терпения, – улыбнулся он, покосившись на неё. Алиса, следуя его совету, тоже была в джинсах, обтягивающих каждый изгиб её соблазнительных ног, футболке и длинном кардигане крупной вязки. Волосы были собраны в хвост, на ногах – кеды. Девчонка, сбежавшая из дома погулять, не иначе.

Когда она спустилась к нему, сердце так и зашлось, упало в желудок да так там, кажется, и осталось, колотясь гулко и стремительно. Косте хотелось наплевать на концерт, на Игната и на всё на свете, и просто увезти её за город, остановить