Попаданка в семье драконов 2 - Любовь Свадьбина

Время идет...

Или не идет?

Невозможно понять, потому что я... не дышу, и сердце не бьется. Я будто застыла.

Обладатель глаза молчит, и я опять пытаюсь заговорить:

«Простите, вы не могли бы помочь мне вернуться назад? Очень надо, там у меня жених, сражение в самом разгаре...»

Глаз неподвижен, просвечивает меня золотым лучом падающего из зрачка света.

Кто же это?

Оглядываюсь насколько хватает обзора при полной невозможности шевельнуть чем-то, кроме взгляда... Эти золотые выпуклости вокруг глаза, если подумать... похожи на чешуйки. Да и сама структура глаза как у Арена, когда дар Видящей активен, и мне заметны потоки магии в зрачках и радужках.

Похоже, я вишу перед громадным драконом...

Золотым драконом...

В памяти вспыхивает календарь на стене в здании суда Нарнбурна, во многих других государственных учреждениях. Календарь, в центре которого изображен громадный золотой дракон.

Великий дракон, создатель Эерана!

Ощущение тела возвращается, будто меня выпускают из невидимых тисков. Заплетающимся языком выдавливаю:

— Великий дракон, для меня огромная честь увидеть вас... Э-э... простите, что сразу не узнала. И я не знаю, как приветствовать вас по всем правилам. Простите мое невежество.

— Прощаю, — голос у него рокочет, как прибой.

Разговаривает со мной — уже хорошо. Молитвенно складываю лапы:

— Помогите нам, спасите Арена, спасите Эеран от Безымянного ужаса.

— Беда Эерана — последствия ошибок и грехов его обитателей, мир бы и раньше погиб, если бы я наказал их по всей строгости.

— О чем вы?

— О глупцах, затеявших войну с обратной стороной своей силы, с миром Шааршем. О наглецах, презревших запрет и пожелавших разделения, а потом запечатавших переход между мирами. Об отступниках, почти уничтожавших мое отражение в Эеране — золотых драконов.

— Простите их. Переход запечатали из страха перед Безымянным ужасом, на золотых покусились по глупости, а те, кто живут сейчас в Эеране к этому непричастны, о многом даже легенд не осталось. И мы снова открыли проход между мирами. А если вы поможете нам, то в Эеране будет два рода золотых драконов, а из них могут появиться новые ветви.

— Помочь? Я не могу воздействовать на мир напрямую, я только выдохну рядом, и он испепелится от моей силы.

— Но можно же что-то придумать! Какой-то вариант, вы же бог, вы сильный и умный.

Великий дракон щурит глаз.

— Ладно, упрямая льстивая дева, вы со своим драконом исправили нарушенный отступниками запрет на разъединение Эерана и Нарака, и за одно это достойны похвалы. Ты поднесла дары образу моей супруги Шааршем. Вы приняли угощение ее детей и искренне хотели защитить мир, даже оба мира. Вы достойны благословения. Вы золотые и истинная пара, а значит, можете принять божественную силу, которую я в вас вдохну. Но только на полторы минуты, большего ваши смертные тела не выдержат. Помните: полторы минуты, если справитесь — я прощу Эеран, не справитесь — из-за грехов прежних обитателей Эерана его золотое сияние навеки угаснет.

— Благодарю, Великий дракон, — пытаюсь извернуться в невесомости так, чтобы это выглядело поклоном: как ни малы эти полторы минуты, они лучше, чем ничего. — Мы сделаем все возможное для спасения Эерана... и Нарака.

Великий дракон неопределенно хмыкает, золотой зрачок сужается, концентрируя луч света, в котором я парю.

— Вы достойны благословения, и я даю вам его от всего сердца, а не по необходимости.

Меня окутывает тепло, проникает в каждую клеточку, в каждый уголок сознания, пронизывает все мое существо. Я падаю в водоворот золота и тьмы, меня утягивает прочь, и следом несется голос Великого дракона:

— У вас будет три минуты. Используйте их с умом, истинные...

Целых три! Он дал нам вдвое больше времени своим искренним благословением.

— Спасибо! — кричу я.

Меня вышвыривает на землю, в тело. Сквозь безумный грохот в ушах пробиваются голоса.

— Нет-нет! Только не Арен! — Ланабет.

— Я не могу разрушить шип! Не знаю, не понимаю структуру! — Линарэн.

И рык: чудовищный, полный боли, яростный.

Открываю глаза. Вокруг меня разливается золотой свет. Чешуя лежащего передо мной Арена тоже наливается сиянием.

Грызущие пронзивший его шип Элоранарр и император, не выпустив из зубов оружие Безымянного ужаса, застывают с широко распахнутыми глазами, в которых горит отражение нашего золотого сияния.

Я поднимаюсь на все четыре лапы, и Арен тоже, отступает, освобождая грудь от шипа.

Земля отдаляется, уменьшаются император и Элоранарр, уменьшаются застывший с анализаторами в руках

Линарэн, мертвенно-бледная Ланабет, драконы, демоны.

Пронзенный глава демонов и прятавшаяся за ним девушка источают черный цвет, и они не уменьшаются — они увеличиваются. Так же, как и мы с Ареном.

«Три минуты, Арен, — предупреждаю я, не в силах пошевелиться от ощущения распирающей меня силы. — Великий дракон дал нам только три минуты, за это время мы должны уничтожить Безымянный ужас!»

Глава 11

Мы растем. Мы с Ареном и пара демонов. Время, сколько же времени это занимает? Сколько из отмеренных нам трех минут? Хочу двинуться, но не могу — мышцы будто свинцом налиты, окаменели, даже хвостом не дернуть.

Все меньше фигуры окружающих нас драконов, эльфов, демонов. Почему-то нет Сарана и Витории. Куда они делись?

Под тяжестью наших увеличившихся тел проминается земля. Мы с демонами уже такие огромные, что можем раздавить обычного дракона лапой.

Зато Безымянный ужас теперь почти соразмерен нам.

Ярче вспыхивает наше с Ареном золотое сияние, и сгущается вокруг демонической пары тьма.

А потом словно невидимые оковы спадают, мышцы обретают взрывную мощь.

«Три минуты»,