По-прежнему люблю - Лорин Батлер

Синди почувствовала угрызения совести.

— Извини, что я так долго не приезжала… — начала она, но свекровь знаком остановила ее.

— Мы знаем, как ты загружена. Конечно же, тебе требовалось время, чтобы устроиться на новом месте. Я только хочу, чтобы ты знала, Синди, что мы всегда готовы помочь тебе.

Ясно, что Дороти тревожится о том, что будет, когда племянник снова уедет. Она прекрасно знала, что девушка была влюблена в Мартина до его отъезда в Южную Америку, и, наверное, видела в ее поспешном браке с Теодором отчаянную попытку забыть свою любовь.

Теперь, видя их снова вместе, она, должно быть, задает себе вопрос, не возродилась ли к жизни прежняя страсть. Возможно, у Дороти даже есть сомнения насчет того, кто отец Эдвина… А если они были у нее всегда?

Щеки Синди вспыхнули от этой мысли. Нет, свекровь не должна была ни о чем догадаться… Да и откуда она могла узнать? Теодор не допустил бы даже намека! Единственный, кто знает правду, — это их семейный доктор, но он связан клятвой и не станет разглашать врачебную тайну. Теодор позаботился об этом.

Тем временем Мартин и Квентин затеяли с Эдвином игру в большой резиновый мяч на лужайке позади дома. Синди и Дороти наблюдали за ними. Пожилая женщина с грустью заметила:

— Я вижу, Мартин сумел подружиться с Эдвином. А мальчик, похоже, просто обожает его…

Сердце Синди тревожно вздрогнуло. Видимо, Дороти вспомнила, каким Эдвин был при Теодоре, — тихим, робким, замкнутым… Не было этой бьющей через край энергии, общительности, жизнерадостного смеха.

— Да… Он очень… полюбил своего дядю Мартина. Они нашли общий язык.

— Это заметно. Эдвин раньше был таким робким и застенчивым, боялся рот открыть. От него трудно было добиться улыбки или смеха. Мне кажется… — Она в нерешительности замолчала. — Мне кажется, мрачное настроение Теодора в этот последний год отражалось на бедном малыше. Он такой чувствительный ребенок. Тебе было нелегко с моим сыном, Синди… — Ее голос дрогнул. — Жаль, что я ничем не смогла помочь.

— Да, Тедди в последнее время был сам не свой, — поспешно сказала Синди. Может быть, Дороти надеется, что сейчас, по прошествии некоторого времени после смерти мужа, она станет более откровенной и скажет, почему он так изменился, стал таким мрачным и непохожим на себя?.. — Я думаю, — начала она, сдерживая дрожь в голосе, — что Теодор был разочарован тем, что я не могла родить ему дочь. Или… или еще сына, — с усилием закончила она.

Синди хотела, не раскрывая тайны, дать Дороти разумное объяснение мрачного настроения ее сына в последние месяцы перед его неожиданной гибелью. Свекровь не должна узнать, что Теодор был бесплоден. Хотя именно осознание этого жестокого факта толкнуло его в пучину глубокого и мрачного отчаяния.

Дороти молчала, наблюдая, как Эдвин и Мартин, крепко держась за руки, идут к дому. Мальчик смеялся, заглядывая дяде в лицо. Большие черные глаза светились восторгом от игры и просто от того, что Мартин был рядом. А тот с улыбкой смотрел на растрепанного, разгоряченного игрой малыша, словно добродушный отец на своего любимого сына.

Сердце Синди сжалось. Она повернулась к стоящей рядом свекрови. Дороти, прищурившись, наблюдала за приближающейся парой. Неожиданно ее серые глаза удивленно округлились, и она, резко повернув голову, встретилась взглядом с невесткой.

Дороти догадалась, мгновенно поняла Синди. Ее охватила паника. Увидев Эдвина и Мартина рядом, пожилая женщина заметила что-то общее в их походке, манерах…

Именно этого всегда боялся Теодор… Что однажды кто-нибудь заметит сходство, сопоставит факты и все поймет.

Синди проглотила комок, подступивший к горлу. Теперь Дороти станет ясно, что на самом деле мучило ее сына, сделало его таким угрюмым и раздражительным. Он воспитывал чужого ребенка, выдавая его за своего собственного, и боялся, что когда-нибудь об этом станет известно…

Синди с мольбой посмотрела в глаза свекрови. Дороти, милая, пожалуйста, не надо никому говорить… Мартин ничего не знает, заклинал ее взгляд.

Взгляд пожилой женщины потеплел, и она ласково коснулась руки Синди. Взаимопонимание вспыхнуло между ними.

— Пойдем в дом, дорогая, — мягко сказала Дороти. — Надо помочь Салли накрыть на стол. Я думаю, у наших игроков будет отличный аппетит.

С этого момента узы, связывающие двух женщин, казалось, стали еще крепче.

Дороти не затаила на невестку обиду. Наоборот, она стала относиться к Синди с еще большей теплотой и любовью, и та почувствовала, что тяжкий груз упал с плеч пожилой женщины. Теперь, узнав ответ на мучивший ее вопрос, она поняла, что стояло за тайными страданиями Теодора, и нашла в себе силы не винить Синди.

А для той было огромным облегчением то, что Дороти не отвергла ее, не набросилась с горькими упреками. Синди была рада, что ей больше не надо обманывать эту чудесную женщину, которая отнеслась ко всему с пониманием и сочувствием и по-прежнему считала ее дочерью. Теперь, когда между ними не было тайны, они стали близки, как никогда.

Мартин несколько раз встречал в доме Синди ее немолодую соседку. Они легко нашли общий язык, и все было хорошо до того момента, когда Кортни, совершенно непреднамеренно, проговорилась.

В этот вечер Синди должна была идти в очередной ресторан по заданию газеты, и на этот раз пригласила с собой Мартина. Соседка, как обычно, пришла посидеть с Эдвином и, когда они уже собирались уходить, сказала:

— Я получила письмо от бывшего хозяина этого дома. Такой приятный человек. Он теперь живет в Ирландии.

— Ему там нравится? — с улыбкой спросила Синди.

Она испытывала теплые чувства к этому незнакомому человеку. В его небольшой уютный коттедж она влюбилась с первого взгляда, но считала, что только щедрость прежнего хозяина позволила ей купить столь чудесный дом.

— Да, он доволен, — ответила Кортни. — У него там куча родственников, а здесь он был очень одинок.

— Я рада, — откликнулась Синди. — Должно быть, это замечательный человек. Вы знаете, Кортни, что он пошел нам навстречу и существенно снизил первоначальную цену? Иначе я не смогла бы купить этот дом. Он хотел продать его побыстрее, а мы с Эдвином ему понравились. Так что я заплатила просто смешную сумму за жилье в таком месте.

Кортни хмыкнула.

— Ты называешь это смешной суммой? Должно быть, ты выручила целое состояние за свой прежний дом, милочка.

— Что вы имеете в виду, Кортни? — нахмурившись, спросила Синди.

— Ну… — с некоторым колебанием начала соседка, — я знаю, сколько Юджин просил за дом, и он сказал мне, что выручил именно столько, сколько запрашивал. Он был просто в восторге, что так быстро нашел покупателя, и говорил, что ему совсем не пришлось снижать цену!

Синди смутилась.

— Но он таки снизил ее. Мартин вел переговоры вместо меня. Хозяин пошел на значительные уступки. Иначе я…