Ветер с севера - Анна Аникина

42.

Рассуждать о том, кому легче провожать, мужчине женщину или женщине мужчину, можно только если вы никогда не расставались с любимым человеком.

Ветрову пришлось прощаться первым. "Разящий" уходил с базы рано утром. Сколько Вадим ни уговаривал Катю поспать перед предстоящим полётом в Москву, она настояла.

На причал Ветров шёл мимо её окон. Катя помахала ладошкой, а потом жестами попросила обойти дом, подойти к подъезду.

Выскочила в халатике. Повисла на Вадиме. Прижалась. Потянулась за поцелуем. Мало их было всего пять часов назад.

Целовать её такую тёплую, домашнюю и родную хотелось бесконечно. Не выпускать из рук. Утащить в постель. Нежить и любить. Но это всё не сейчас.

— Катюша, я должен идти. Обещай мне, что… — Помолчи, Вадюш. Я пообещаю тебе всё, что захочешь. И сделаю так, как ты просил. Но я хочу, чтобы ты знал, что тебя на берегу ждут и любят. — Любят? Катя… Я… — Вадим давно собирался это сказать, — Я люблю Вас, Екатерина Александровна. Катя глянула на него серьёзно. Будто запоминала его лицо. — И я Вас люблю, Вадим Андреевич. Иди. С Богом. Отпустила его руки.

Катя поднималась обратно в квартиру с сухими глазами. Расплакалась, только когда улеглась под одеяло. Можно было ещё доспать пару часов. Но как тут спать, когда на губах ещё вкус его губ. И в ушах фраза, от которой мурашки табунами. " Я люблю Вас, Екатерина Александровна".

Вадим не помнил, как добрался до причала. В чувство его привели три звонка, возвещающие экипажу "Разящего", что командир на борту. Теперь ясно, почему женатые офицеры первые сутки боевого дежурства "невменько". И это они с Катей не женаты. И даже не близки так, как отчаянно хотелось обоим.

Грело то, что в начале октября Катя обязательно прилетит. Только бы совпасть днями на берегу с её приездом. У Склодовского будет юбилей. И проводы в отставку. Вроде праздник, а с горьким привкусом.

Теперь им обоим нужно отключиться друг от друга. И заняться важными делами. Катя ждала со дня на день приказ о зачислении. В конкурсных списках она точно выше порога поступления. Ветрову предстоял выход в море. К середине сентября должны будут вернуться.

Мурманское шоссе уводило дальше и дальше от берега. Снова аэропорт. Катя вышла во Внуково со странным чувством. Оно усилилось, пока они ехали домой. За окном мелькали знакомые улицы и дома. Горячо любимая и такая родная Москва в неге мягкого августовского тепла. Но будто какая-то Катина часть навсегда осталась на берегу Кольского залива.

На какое-то мгновение показалось, что вот сейчас, за следующим поворотом откроется вид на море. И на горизонте будет видно пограничный сторожевик. А у причала громадный крейсер. Но нет. За поворотом был Белорусский вокзал. Потом стрела Ленинградского шоссе.

Лёле очень хотелось как-то сейчас помочь Кате. Но чем тут утешить? Её взрослая дочь становилась женщиной. Её мужчина сегодня ушёл в море.

Уметь отпустить и ждать — великая сила и тяжкая доля женщин. Принять факт, что у твоего мужчины есть дело, которому он служит. И никто не сможет сейчас помочь Кате пройти этот путь. Он только их с Вадимом. Один на двоих.