Без меня меня женили - Ксения Мур

– Нам нужно войти внутрь, – тихо произнёс Алистер и взял меня за руку. – Пегасы очень умные животные, нельзя дать им почувствовать свой страх, в противном случае они никогда не признают в тебе хозяина. Не переживай, если что, я смогу тебя защитить.

Но я уже не боялась, на месте страха поселилось восхищение и некое благоговение перед этими могучими и совершенными в своей красоте животными. Их нельзя держать взаперти! Им нужно небо, как людям необходим воздух, я чувствовала это каждой частицей своей души. Уверенно шагнув с мужем в загон, спросила только одно:

– Как их зовут?

– Белая – это Молния, она кроткая и смиренная, тебе будет с ней комфортно. А чёрный красавец – Гром, и такое имя он получил далеко не за свой чёрный окрас.

Сделав несколько шагов, мы остановились, давая возможность, навострившим уши, животным присмотреться к нам и уверенно подошли ещё ближе. Остановившись в паре метров от них, наблюдали за их реакцией.

Молния фыркнула, погарцевала передними ногами и расправила крылья, но быстро их опустила и спокойно посмотрела на нас. «Она, как белый ангел», – мелькнула у меня мысль, но тут же всё внимание переключилось на Грома. Чёрный жеребец не собирался стоять и смиренно ждать чужаков. Он громко заржал, взмахнул крыльями и встал на дыбы. Потрясающее зрелище! Набирая скорость, он сделал несколько кругов вокруг нас, рассчитывая, наверное, таким образом прогнать непрошеных гостей, а затем резко остановился напротив и снова встал на дыбы. Возможно, испугаться и было бы нормальной реакцией, но я была так очарована его грацией, развивающимися от скорости гривой и хвостом, бунтарским и непокорным нравом, что стояла с раскрытым ртом и широко распахнутыми восторженными глазами. Непроизвольно сделав шаг вперёд, протянула руку навстречу пегасу. Он снова фыркнул, а затем сложил крылья и медленно двинулся мне навстречу.

Увидев краем глаза, как напрягся муж, я быстро, но тихо предостерегла:

– Алистер, не надо. Он меня не обидит.

Не знаю откуда взялась эта уверенность, я просто чувствовала всем своим существом, что всё будет хорошо. Позволила, приблизившемуся на расстояние вытянутой руки, животному обнюхать себя, а затем прикоснулась к его морде и глядя в янтарные глаза искренне прошептала:

– Ты прекрасен.

Неожиданно он сделал пару шагов назад и, качнув пару раз гривой, сделал поклон – одну переднюю ногу вытянул вперёд, а на второе колено опустился, склоняя низко голову и прижимая крылья к крупу. Я не удержалась и ответила ему реверансом, а затем смело подошла и погладила. Гром грациозно поднялся и спокойно стал возле меня, довольно пофыркивая от моей ласки.

– Потрясающе, – только и произнёс Алистер, смотря на меня ошеломлённым взглядом, – он только что выбрал тебя своей единственной хозяйкой! Навсегда! Это случается довольно редко. Чаще пегасов удаётся приручить и даже подружиться с ними можно, но добровольно поклониться они могут только единожды – почувствовав родственную душу.

К сожалению, нам не удалось насладиться длительной прогулкой с новыми друзьями – Алистер и Максимилиан получили сообщения о необходимости прибыть на работу. Поэтому, оставив пегасов на попечении Кримана, мы поспешили вернуться. Мужчины сразу же отправились в ДЗГ, а я, нацепив скорбную мину, к себе в комнату.

Как и следовало ожидать, Мара тут же начала доставать меня расспросами. Необходимости утаивать где и с кем я была, естественно не было, тем более, что эту информацию она легко могла получить от других слуг. Зачем же давать ей повод усомниться в моём доверии. К тому же, меня прямо распирало от желания рассказать о великолепных пегасах хоть кому-нибудь, даже этой мерзавке. А вот о том, что Гром выбрал меня в качестве хозяйки я предпочла умолчать

– Они просто невероятные! – завершила я свой восторженный рассказ, но, вовремя вспомнив о своей роли, добавила с грустью: – Если бы ещё компания была поприятней, то всё вообще было бы прекрасно.

– Как бы я хотела иметь возможность помочь вам, хоть как-то, – вздохнула служанка, – но, зато, у меня есть чем вас порадовать, пришло письмо от родителей, – добавила она весело и протянула мне запечатанный конверт с гербом рода Армарос.

«Здравствуй, дорогая дочь. Мы с мамой поздравляем тебя с заключением брака и надеемся, что ты будешь счастлива с Алистером. Я знаю, что ты сердишься на нас, но, надеюсь, по прошествии времени, твоё недовольство сменится благодарностью. Возможно, сейчас тебе не просто, но я рад, что рядом с тобой находится преданный и надёжный человек – Мара, которая всегда была для тебя не просто служанкой, а и близкой подругой. Думаю, что она станет для тебя хорошей опорой в трудную минуту. Дома всё хорошо. Мама передаёт привет. С любовью, твой отец.»

Я от злости чуть не заскрипела зубами – вот же лицемеры! Так заботятся и любят дочь, что даже не соизволили сообщить ей заранее о браке. И как же мне отреагировать на это письмо? По всей видимости, Мара думает, что я ничего не помню из прошлого Милены, а значит, логично будет, что играя свою роль, я должна обрадоваться посланию из дома. Я повернулась к девушке, приклеив на лицо самую радостную улыбку, на которую только была способна и сказала:

– Спасибо, Мара! Ты и правда меня порадовала.

– Ну, я всего лишь передала письмо, большой заслуги в этом нет, – она пожала плечами, словно желая подчеркнуть, что это совершенный пустяк. – Но я очень рада, что увидела на вашем лице счастливую улыбку. Надеюсь, дома всё хорошо?

– Да, всё в порядке. Родители передают поздравления и пишут, что я могу во всём на тебя положиться.

– Конечно, госпожа! А как же иначе! Я сделаю для вас всё, что в моих силах! Ваши родители знают, как вы мне дороги, а они вас так любят и переживают за вас! – затараторила девушка в своей обычной манере, явно довольная похвалой. Интересно-интересно! Это что-то новенькое! Говоришь любят и переживают? Ну-ну!

– От всех этих волнений, что-то разыгрался аппетит. Принеси мне, будь добра, обед. Я не хочу пока выходить из комнаты.

– Я быстро! – подхватилась служанка, на бегу приговаривая: – Сейчас я принесу что-нибудь вкусненькое, думаю у поварихи уже готов обед.

Когда за ней закрылась дверь, я облегчённо выдохнула – как же меня тяготит её присутствие. Но пока