Его несносная училка - Марина Дианова

- Я взяла, - сказала Маруся возвращаясь из коридора. Я была ей благодарна, что она не пошла в мою спальню и не стала переодеваться перед Дмитрием, а то мои инстинкты не оставили от нее живого места, потому что глядя на эту девушку я итак испытывала чувство, очень схожее с ненавистью.

Достав из пакета бутылку водки и вату, девушка вновь села в изголовье дивана, а мне пришлось подниматься, чтобы разорить собственную косметичку.

Пинцет, или если быть точнее, щипчики для бровей была найдены с огромным трудом, потому что заботу о своей внешности я редко оставляла на произвол судьбы, записываясь в дорогие салоны, где мне подправляли и форму бровей, и форму ногтей, и форму прически.

- Слишком короткие, - Дмитрий удрученно качал головой, но все равно поблагодарил. – Будет больно, - предупредил он.

- Откуда ты знаешь что делать? – неожиданно поинтересовалась я, когда он уже занес пинцет над раной Артема.

- Мой лучшей друг – учитель ОБЖ, - попытался пошутить он, но было видно насколько сильно он напряжен. На лбу выступила испарина, а рука с пинцетом ходила ходуном. – Скажу честно, такое для меня впервые, зато потом я смогу без проблем зашить ему рану шелковой нитью.

- Нужно шелковая нить? – чтобы хоть как-то отвлечься, я побежала в комнату срывая простыню и разрезая ее с краю. Аккуратно, стараясь не порвать драгоценным материал, я стала вытягивать нить из полотна. Первая, вторая, третья – нитки рвались едва стоило усилить нажим. Я повторяла про себя, что Дима знает, что делать, но эта мантра не могла перебить яростное шипение из-за двери и мат, с которым приличный директор пытался подцепить пулю.

- Дай мне водки, - услышала я из-за двери голос Артема, который не вовремя пришел в себя. И вновь отборный мат, правда уже в два голоса.

- Аль, - услышала я голос Димы, - неси иголку.

Сорвавшись с места я достала швейный набор и как великую ценность понесла шелковую нить. Дима смотрел на меня с непонятным восхищение, а Артем осоловелым взглядом.

- Ты вытащила шелковую нить? – уточнил Дмитрий, глядя на вдетую нить в иголку.

- Да. Я хотела помочь, - почему-то стало стыдно за свой порыв.

- Давай обычную нитку, - попросил Дима, а я почувствовала себя настоящей дурой. – Эта, боюсь, не выдержит массу нашего потерпевшего.

Я вдела обычную нитку в иголку, с интересом наблюдая за тем, как Дима погружает иглу в спирт, а затем, рвано выдохнув, начинает скреплять края раны.

Маша нервно расхаживала по комнате, стараясь не смотреть на происходящее, а я напротив внимательно следила за движениями мужчины. Было что-то завораживающее наблюдать за тем, как иголка переставала ходить ходуном, а волнение отходило на второй план. Дима был максимально сосредоточен на действии.

- Вроде все, - сказал Дима, обрезая конец нитки, но врачу все равно стоит показаться и курс антибиотиков прокапать, потому что водка не убивает все бактерии.

- Все равно спасибо, - слабо простонал Артем, устало прикрывая глаза. Маша бросилась к нему, начиная хаотично покрывать лицо поцелуями.

Дима поднялся со стула, оттопыривая руки в стороны, чтобы не запачкать все вокруг.

- А я? Я заслужил поцелуй? – лукаво поинтересовался он, как хищник приближаясь ко мне.

- Поцелуй? – вроде как с сомнением протянула я, делая шаг на встречу. – Думаю здесь можно не ограничиваться одними поцелуями.

Я с удовольствием обвила шею мужчины и приподнимаясь на носочках с удовольствием поцеловала.

- Все-таки тогда, у универа, я был прав, - неожиданно произнес Артем. Видимо адреналин схлынул и алкоголь взял верх. – ну тогда, когда выбивал из тебя дурь. Ты и правда имел на нее виды, а теперь, смотри-ка, воспользовался моментом.

- Ты о чем? – я отстранилась от мужчины, выглядывая из-за мощной спины.

- А ты не знаешь? – пьяно засмеялся Артем, а Дима напрягся всем телом. Я чувствовала под руками напряженные мышцы, словно кто-то натянул пружину до предела. – Десять лет назад мы с ребятами накостыляли вот этому типчику, потому что он ходил и облизывался на тебя. Я думал ты в курсе была?

- Облизывался? Дим, я чего-то не знаю?

- Вы учились вместе. Он был аспирантом, а ты – студенткой. И я как-то раз увидел вас вместе, вы куда-то шли, а он смотрел на тебя… ну как на кусок мяса, с таким вожделением. А потом мы с парнями устроили ему темную. Вроде он после этого уволился из универа.

- Вы сделали что…? – переспросила я, начиная вспомнить свой второй курс и молодого аспиранта, который часто замещал у нас Давида Муравича, учителя мировой истории.

- Аль, но ведь смотри как все сложилось, - ответил Артем.

- Мне пора, - сказал Дима, высвобождаясь из моих объятий. – До встречи, Альбина Львовна. – Он поцеловал меня в лоб, оставляя с пьяным бывшим и его новой девушкой, которая смотрела на меня с сочувствием.

Дима ушел, а я не успела его остановить. Вещи испачканные в крови остались лежать в моей комнате, а я почувствовала глухое разочарование: от слов Артема, от того, что Дима сбежал и от Маруси, которая в принципе бесила меня своим присутствием в моем доме.

- Завтра с утра вас не должно здесь быть, - я вышла из спальни, натыкаясь на внимательный взгляд голубых глаз. – Можешь воспользоваться ванной и найти в холодильнике ужин, но утром вы должны покинуть мой дом.

- Спасибо, Альбина Львовна, - прошептала девушка, прежде чем я скрылась в комнате.

Скинув одежду, я по-новой перестелила постель, а едва голова коснулась подушки начала крутиться в кровати. Неожиданно показалось, что эта постель слишком велика для меня одной.

Я стала прокручивать в голове воспоминаний о своей учебе в университете. На втором году обучения нам стал преподавать молодой аспирант – Дмитрий, или просто Дима. Он только недавно закончил магистратуру и ему доверили вести историю у нашей группы.

Я тогда только начала встречаться с Артемом, поэтому никого вокруг не замечала: ни парня одногруппника, ни мальчишку из кафе, ни Диму. Я была влюблена и парила от этой любви. Дима был худым и нескладным, казалось, переходный возраст несколько