Я тебя давно ждала - Ирина Геннадьевна Петрова

Максим хмуро на меня взглянул – ему нельзя было даже дотронуться до меня. Но в руках Кота я действительно чувствовала себя спокойно. Хотя это не совсем так – я ощущала то самое волнение, на грани с испугом, этот разряд, который пробегал, когда он был рядом. Но теперь я абсолютно точно хотела чувствовать эту гамму эмоций. Ощущения, которые будило во мне только его присутствие.

– Я отвезу ее домой, – Саша понес меня к выходу.

– Постой, – Максим догнал нас и вложил мне в руки сумочку.

Когда Саша поставил меня рядом с его машиной, я инстинктивно попятилась назад.

– Я болван, давай вызовем такси, – он прижал меня к себе, убирая ключи в карман.

– Нет, все нормально, я же не маленькая, поехали, – я говорила эти слова, а у самой перед глазами стояла картинка серой улицы, под окнами черный джип, а в дверях – чернильный зонт.

– Точно? – он отстранился, чтобы заглянуть в глаза.

– Если мы не поедем в больницу, то да, – я улыбнулась. И, учитывая его любящий взгляд и нежность рук на моей спине, у меня это вышло искренне.

– Как скажешь, – он помог мне сесть и быстро последовал на водительское сиденье.

Мы ехали в тишине, он думал о чем-то своем, а у меня так гудело в голове, что разговоры казались лишними.

Когда он хотел нести меня до квартиры, я возразила. Мне почему-то казалось, что он сейчас доведет пострадавшую бедняжку до дома, развернется и уедет. Не то чтобы у меня сложилось такое мерзкое впечатление о нем, просто о большем я и подумать не могла.

И вот мы оказались в прихожей. Он помог мне снять обувь, потом разулся сам.

– Мне бы смыть это все с себя, – я впервые взглянула на себя в зеркало и по-настоящему испугалась.

– Хорошо, скажи, у тебя есть бинт и что-нибудь антисептическое? – Саша развернул меня от зеркала.

– Целая коробка, она в гостиной, в шкафу, который в углу, – я с трудом вспоминала свою собственную квартиру, когда на меня смотрели эти карие глаза.

Смывать с себя кровь оказалось занятием не из приятных, но у меня не было выбора. Я даже вымыла волосы, которые тоже оказались перепачканы. В ванной лежали чистые джинсы-скинни и длинная футболка с логотипом футбольного клуба – папин подарок из родного города. Я высушила волосы полотенцем, насколько это возможно и вышла к Саше. Он снял толстовку и остался лишь в черной майке и черных джинсах. Неплохое сочетание с моей серой гостиной.

– У тебя очень уютно, – он разложил на журнальном столике все содержимое аптечки, – наконец появилась возможность все рассмотреть.

Я улыбнулась. Он дал мне таблетку обезболивающего и стал обрабатывать рану. То, как аккуратно и в то же время быстро он все сделал, меня приятно удивило. Я ведь сама лейкопластырь порой приклеить не могу ровно, что уж говорить о перевязке.

– У меня к тебе один глупый вопрос есть, – он раскладывал все по местам, изредка поглядывая в мою сторону. Я же сидела на диване, вытянув ноги.

– Я, как ты понимаешь, видел ее, после того, как она приехала. Из студии, – он опустил слова о том, чем она там занималась, – и, она не настолько сильна, чтобы остаться без единой царапины. Если только ты ее и пальцем не тронула, тогда зачем все это?

– Ты думаешь, мы, как кошки, разодрались, да? Ты не хочешь верить, что это было нападение.

– Она просто избивала тебя, а ты терпела, – он снова сжал зубы и мне не хотелось, чтобы Саша злился, даже на нее.

– Я это заслужила, – я прижала колени к груди и обхватила их руками.

– Не смей даже думать так, – Саша не то прошептал, не то прохрипел это.

– Потому что ты не мой, а ее муж, – я сказала это так громко, что сама испугалась своего голоса.

– Я твой, это же очевидно, – он сел рядом, положив руки на мои колени.

– Не говори так, особенно, – я замолчала. Дальше не стоит нелепых признаний, особенно если они все испортят.

– Что? Договори, – он смотрел на меня по-настоящему серьезно, и я испугалась – он не будет догадываться о моих чувствах, а просто вот таким методом заставит меня рассказать о них. Я не привыкла говорить с ним и столько времени общения меня убивали. Сейчас я сдамся, мои стены рушатся.

– Если хочешь пожалеть меня, не говори так. Лучше горькая правда.

– Итак, ты, самая красивая, талантливая, прекрасная и вызывающая у меня бурю чувств девушка, думаешь, что я это делаю из жалости? – он удивленно поднял брови, но глаза по-прежнему не давали мне выдохнуть. Потом Саша прижал меня к себе и усадил на колени, так, что мы оказались лицом к лицу. Он улыбался, а глаза излучали тепло.

– Я люблю тебя и хочу быть с тобой, – он говорил самые прекрасные слова, от которых я готова была расплакаться.

– И я, – это было все, что я успела сказать, потому что он меня поцеловал.

– Я чуть не умер, когда узнал, что ты ко мне чувствуешь, – он убрал волосы с моего лица и нежно поцеловал в щеку.

– Это там, в машине Лео, – я не могла говорить, поэтому шептала.

– Да, – он тоже стал говорить чуть тише, – до этого я искренне верил, что ты меня ненавидишь.

– Все не так, – я улыбнулась, знал бы Кот, как давно я его полюбила. Хотя, если говорить все же именно о нем, то любовь к человеку, а не к суперзвезде из телевизора, зародилась этим летом, под голубым небом Сочи.

– Ты та, жизни без которой я себе не представляю. Не против, если я буду рядом ближайшие семь-восемь десятилетий?

– А на большее, значит, ты не рассчитываешь? Мне же мало, – я прижалась к нему ближе и легонько поцеловала в губы. Но как только он почувствовал, что я хочу отстраниться, тут же задержал мою голову рукой, обхватив меня за шею.

Я проснулась в шесть часов утра – голова раскалывалась от боли, мне нужно было выпить еще одну таблетку обезболивающего, но вылезать из кровати не хотелось. Тем более, что Саша спал прямо на моих волосах, а еще положил мне руку на живот и, если я встану, то разбужу его. Я стала разглядывать его ладонь, которую он как раз повернул ко мне и удивилась, насколько моя рука похожа на его. Точная копия, только раза в полтора уменьшенная. Я осторожно притянула его ладонь к губам и поцеловала. Саша тут