Таймир – Белый Тигр - Натализа Кофф

Отошел от воинов. Махнул рукой, разрешая начать поединок.

«Тай!» – услышал в голове голос любимой. Поискал ее глазами. Увидел жену в ложе с сестрой, матерью и …Борисом? Удивленно посмотрел на дерущихся воинов. Нет, все в порядке. Отец наступает. Генерал отражает удары. Спустя секунду роли изменились. Теперь оборонялся отец. После нескольких минут наблюдения за поединком, понял, что каждый удар, каждый шаг, сделанный Бориславом, скопирован с отца. Вновь посмотрел на ложу. Борислава уже не было там. Вот только теперь на арене их было два. Отец, опустив меч, начал смеяться. Я подошел ближе, слушая разговор.

– Ну, ты засранец, – негодовал папа в ответ на реплику генерала, но совсем не злобно, – Повеселиться и то не дал! Меч оставь себе, подарок.

Под воздействием магии Борислава, иллюзия пропала. На арене остался один Барс с мечом в руке.

– Ладно, признаю ничью! – милостиво согласился отец, – Но согласись, я бы тебя вздул! Эти твои иллюзии, конечно, сильная вещь, но без них я тебя точно одолею!

– Можем проверить в любой момент, – улыбаясь, предложил Борька.

– Есть идея лучше, – вклинился я в их разговор, – Закроемся в кабинете и пообщаемся по-мужски.

– Ой, мальчики, – насмешливо проговорил отец, отдавая свой меч оруженосцу, – Куда вам до меня? Даже и пытаться не советую!

Посмотрел на Раду. Она улыбалась, глядя на меня из королевской ложи. Пожал плечами, мол, не в курсе событий, но кажется, все в порядке.

Набрав воздух в легкие, крикнул:

– Ничья!

Народ, собравшийся на зрелище, загалдел, провожая с арены воинов. А спустя пару минут мы, в тесной мужской компании, собирались закрыться в кабинете, предварительно велев принести закуски. Мама прищурившись, смотрела на отца, провожая нас взглядом.

– Тим! – крикнула она, когда мы скрылись за дверью, – Еще и семи утра нет!

– Милая, расслабься, – отмахнулся от ее слов отец, – Я на пенсии, могу себе позволить все, что хочу.

Почувствовал, что за дверью появилась моя Рада. Приоткрыв дверь, просунул голову, посмотрел на любимую.

– Можно? – шепнул я одними губами. Рада, скрестив руки на груди, посмотрела на меня. Понял, что она едва сдерживает смех. Но величественно кивнула в знак согласия.

– Я люблю тебя, – улыбнулся я, смотря на любимую.

– Друга позови! – услышал командный голос сестры. Посмотрев на жену, и получив мысленное ответное признание, исчез за дверью. Увидел, как отец уже разливает алкоголь по стаканам. Мдаа, попойки не избежать, печенкой чую.

Приоткрыв дверь, Борис выглянул в коридор. Что-то ответив сестре, вышел к ней. И спустя минуту вернулся к нам, закрыв дверь на ключ.

– Это ты? Или твои иллюзорные штучки? – требовательно спросил папа. Борислав сел в кресло, рассмеялся.

– Неа, я, – весело ответил он, – Напиваться с тестем я и сам могу. Ни за что не упущу такой шанс.

Опрокинув по первой, отец глянул на зятя.

– Да у нас еще вся жизнь впереди, – сказал старый Король. Я рассмеялся. Вот только Борислав остался серьезным, даже не улыбнулся. Только плеснув в стакан водки, выпил.

– Вся жизнь, – горько проговорил он, – Вся жизнь – это мало.

Друг улыбнулся, вот только улыбка вышла не очень веселой. Будто он скрывал что-то, как будто боялся.

Папа, сев в кресло напротив Борислава, внимательно смотрел на него. Я остался стоять у окна.

– Ты о пророчестве? – вдруг проговорил папа. Борислав кивнул. Отец отставил стакан на стол, потер подбородок. Вздохнул, – Выход должен быть. Мы найдем.

– Надеюсь, – тихо проговорил Борислав, – Очень надеюсь. Просто… Просто, она ведь за мной пойдет, а я не хочу, чтобы она умирала. Хочу, чтобы жила.

– Без половинки это невозможно, – тихо проговорил папа. А я согласно кивнул. Смог бы я жить без Рады, ответ выдумывать не пришлось, однозначно «нет».

Прием в честь Правителей Туврона назначен на восемь. Поэтому к четырем вечера наши жены, вломившись в кабинет, где мы заперлись рано утром, вытащили наши совершенно пьяные тела и распорядились разнести по спальням.

– Зажигалочка моя, – икал я, пока слуги несли мое тело в спальню, – Я так тебя люблю, просто обожаю!

Речь была явно несвязной, а Рада только хмурилась.

– Ты такая красивая, – продолжал говорить я, глядя на спину моей девочки. Она шла царственной походкой впереди, придерживая подол длинного платья, сшитого на заказ для новой Королевы Туврона, – Такая моя.

– Тай, и как ты собираешься предстать перед своим народом?! – гневно проговорила моя девочка, когда слуги сгрузили меня на кровать и скрылись из спальни, осторожно прикрыв дверь за собой.

– Ой, – отмахнулся я от ее слов, – Иди лучше ко мне, рысенок.

Рада серьезно посмотрела на меня, скрестив руки на груди.

– Вот ведь пьянь! – проворчала жена, – Ты едва языком ворочаешь!

– А я молчать буду, – икнул я. Вид жены в праведном гневе меня сильно возбуждал, – Иди ко мне, любимая.

– Сейчас! – отмахнулась моя девочка, – Быстро в ванную!

Застонал. Нет, и где справедливость? Послушно скатился с кровати, держась за стены и мебель, поплелся в ванную. Рада вошла следом. Начала помогать мне стягивать одежду. Я ей мешал, а что? Успею я одеться и вымыться, времени-то вагон до приема! Рада, недовольно что-то прорычав, сожгла мою одежду дотла.

– Быстро в воду! – скомандовала рысенок. Вздохнул. Послушно шагнул в ванную. Опустившись в теплую воду, закрыл глаза. Рада, засучив рукава, взяла губку и принялась мыть меня. А мне оставалось только вздыхать от удовольствия.

– Надо что-то придумать, – пробормотал я, и рассказал ей о пророчестве сестры. Рада, внимательно слушала меня, не отрываясь от своего занятия, потом улыбнулась, погладила меня по щеке.

– Обязательно придумаем, – пообещала она, и я поверил, ведь выход должен быть.

Прием в честь молодых правителей было решено устроить в центральном зале, а не в тронном. Потому как тронный зал требовал срочного ремонта, при упоминании о котором молодая Королева мило краснела, а Таймир самодовольно улыбался.

Со всех концов Туврона съехались гости, приглашенные, дальние родственники и представители соседних государств, некогда враждебных, но, благодаря дипломатическим талантам старого Короля и его Генералов, вот уже более тридцати лет в близлежащих королевствах царил мир и покой.

Тимолай и Юстина встречали гостей, беседовали со старыми друзьями. Но все собравшиеся с нетерпением ждали появления Белого Тигра и его молодой супруги. Дождались. Дверь, ведущая в королевские покои, открылась. На пороге появился высокий, широкоплечий молодой человек, облаченный в костюм с нашивками на плечах – символом его принадлежности