Узы вечности - Екатерина Владимировна Флат

Ритина способность видеть на расстоянии позволяла так же мешать это делать другим. Что и сейчас вполне удалось. Вадим кинул на Риту взгляд обиженного ребенка и засопел. Пришлось выбирать как простому смертному. Махнув от безысходности рукой, взял просто первую по счету. Перевернул и ликующе выдал глубокомысленное:

— Ха-ха! — и игриво Рите подмигнул.

— Таким образом, — Надежда Петровна улыбнулась, — если я правильно твое изречение, Вадим, поняла, Рита из списка выбывает.

— Само собой, — высокопарно изрек Вадим, — это судьба.

И с видом победителя он подошел к нам.

Рита фыркнула и демонстративно отвернулась. Хотя, зуб даю, явно осталась довольна.

Выбирание продолжилось, застопорившись на Юрце, который мученически пытался подглядеть, но безуспешно. Похоже, мой друг сам толком не знал, к кому бы ему хотелось присоседится. И при этом жутко опасался выбрать все же не ту. Как я догадывалась, больше всего он все же рассчитывал на мою персону. Чисто из практических соображений вроде «Кариночка, ты такая добрая, спаси своего лучшего друга, дай списать, а».

После легкого стука дверь отворилась.

— Надежда Петровна, здравствуйте, извините за опоздание, — улыбнулся Руслан, увидел бумажки на столе. — Я что-то пропустил? У нас выборы? Смена власти?

— Здравствуй, Руслан! — наша классная кивнула на стол. — Бери любую.

— А зачем? — полюбопытствовал он, выбрал, даже не глядя.

— У-у, нет, ну ты точно подглядывал! — драматично взвыл Юрец, выхватив у него бумажный прямоугольник и прочитав, чье имя там написано.

— Рассаживаю я всех, Руслан, — пояснила Надежда Петровна, — и ты только что выбрал себе соседку по парте. И что же? Кто там?

— Карина, — ответил Руслан, так и не глянув. Словно и так вообще не сомневался.

Забрав у сопящего Юрца бумажный прямоугольник и прочитав написанное, Надежда сказала:

— Точно Карина. Ну, кто следующий?

И разбор полетов продолжился.

Когда все разбились на пары, крайне обиженным голосом Маша поинтересовалась:

— А Андрюшенька где? Без него нечестно было!

— А, кстати, — спохватилась Надежда Петровна, — совсем забыла вам сказать. Ребят, у нас в классе новенькая. Зовут Лариса. А для того, чтобы она быстрее адаптировалась в коллективе, мы с Андреем вчера решили, что сидеть она будет с ним.

— Почему я не удивилась, — буркнула я.

— Полянский, а Женька где? — вдруг вспомнила Рита.

— Долгая история, — отмахнулся Руслан, явно не желая вдаваться в подробности. — Но с нами она учиться больше не будет.

Следующим уроком после классного часа была геометрия. Пока мы шли по коридору в нужный кабинет, Рита вдруг тормознула меня за локоть.

— Рин, глянь, — прошептала она, указывая в окно.

Прекрасно просматривалось, как в школьном дворе остановился серебристый авенсис. Андрей вышел и открыл дверцу пассажирского сидения рядом с водительским. И появилась она… Ничего о ней конкретного я сказать не могла, толком видно не было. Просто довольно высокая девушка, немногим ниже Андрея, в белом длинном пальто и белой вязаной шапке. Лариса взяла своего спутника под руку, и влюбленная парочка направилась к школьному крыльцу.

Я глухо уткнулась лбом в стекло и тихонечко взвыла.

— Карин, — с искренним сочувствием смотрела на меня Рита, — ты только не раскисай, ладно. Фиг с этим Деккером и его новой пассией, не стоит из-за них переживать.

— Вы чего стоите-то? — подлетел к нам Юрка. — В класс айда, пока там лучшие места не забили!

Битва за место под солнцем, а точнее за партой, велась не на жизнь, а насмерть.

Вадим чуть ли не зубами вцепился в последнюю парту первого ряда. Я еще больше расстроилась.

— Чего скисла? — поинтересовался Руслан, подойдя ко мне.

— Да, блин, — я вздохнула, — Вадим, гад такой, мое любимое место занял.

— Думаю, это не проблема.

— Ни фига, Полянский! — мгновенно раскусил его замысел Вадим, явно опасавшийся выселения. — Места для поцелуев уже заняты!

— Не факт, Парфенов. Что-то я не вижу, что бы это место было подписано, — парировал Руслан.

— Ну так смотри! — довольный собой до безобразия Вадим, недолго думая, на новенькой покрашенной парте гелевой ручкой размашисто нацарапал «Парфенов». — Все подписано!

— Мда, цирк уехал, Паладины остались, — мрачно пробормотала стоящая рядом со мной Рита.

Я вздохнула, тронула Руслана за рукав пиджака:

— Ну зачем ругаться? Сядем где-нибудь в другом месте, ничего страшного.

— Карин, — он мне снисходительно улыбнулся, — если таким образом отступать от цели при первом же ничтожном препятствии, то так никогда ничего и не добьешься.

— И что ты намерен делать? — опасливо поинтересовалась я, уже предвкушая его эпическую кровопролитную битву с Паладином Равновесия за парту.

Вместо ответа Руслан подошел к одной из пустующих парт, поднял ее, отнес к концу первого ряда и поставил прямо позади последней парты, где угнездился Вадим.

— Прошу, — он галантно сделал мне приглашающий жест.

— Вот это да, — ошалело пробормотала я.

Руслан улыбнулся.

— Вот видишь, я умею добиваться своего и мирным путем.

— Ой, Ринка, — обрадовалась Рита, — мы опять с тобой рядом и со Светиком!

Света с Ромой сидели перед ними.

Учительница пока задерживалась, и класс продолжал галдеть. Самым наглым образом усевшись на подоконник, который был буквально рядышком с моим стулом, я шнуровала непослушный шнурок на ботинке. Руслан не сводил с меня глаз, медленно окидывая оценивающим взглядом снизу вверх.

— Что? — не поняла я.

— Удивительно.

— Что именно?

— Ты, — задумчиво произнес Руслан. Прозвучало до жути приятно.

Я даже смутилась. Услышать от него комплимент было сродни пятнице тринадцатого совпасть с полным солнечным затмением в високосном году. Хотелось, конечно, поподробнее про свою «удивительность», но Руслан сменил тему:

— Что у тебя с телефоном? Я вчера дозвониться не мог.

— Да посеяла его где-то, — я пожала плечами. — Все дома обыскала — не нашла. Видимо, потеряла в то время, о котором не помним. Так что я теперь неизвестно насколько без телефона. Сплошные потери.

— Это уж точно, я, к примеру, мотоцикл раздолбал, — Руслан мрачно усмехнулся.

— Мотоцикл? Ну е-мое… — расстроилась я. — Блин, жалко-то как, мне он очень нравился. А что случилось?

— Как и у тебя с телефоном — понятия не имею. Но мотоцикл чуть ли не всмятку, восстановлению вообще не подлежит. Удивительно, что я сам при этом живой и невредимый.

— Так, может, его не ты разбил? Дал кому-нибудь покататься и все.

Руслан наградил меня скептическим взглядом.

— Карин, я — жуткий собственник.

— Говори уж прямо: жадина, — насмешливо возразила я. — Не захотел ни с кем делиться, вот и остался сам без мотоцикла. Как гласит народная мудрость, все наши потери от наших пороков.

— Сама придумала? — усмехнулся Руслан.

— Жизненный опыт подсказал, — парировала я, вмиг обидевшись из-за его тона, — в отличие от некоторых, я — разносторонняя личность, не