Не верь мне - Янка Рам

- С Ксюшей всё будет хорошо.

- Ты обещаешь, Бес?

- Обещаю…

Преодолевая слабость, присаживаюсь.

Встречаемся взглядами с Артёмом. Его лицо ранимо вздрагивает. Парни тянут его от двери.

- Поехали-поехали…

Прикасаясь рукой к сердцу, он стучит пальцами, напоминая мне, что я там.

И я… Я тоже прижимаю ладонь к сердцу, и тоже стучу пальцами.

Он тоже там…

Глава 20 - Жди

Я навещаю Антона. По стечению обстоятельств в соседней палате лежит Арканов. Умотал я его хорошо, сломав все, что ломается на лице. Заодно и себе несколько костяшек. А Умка, видимо, повредила глаза.

И все бы хорошо, но я “повредил” отношения с Бесом…

Не смотря на это, я знаю, что сейчас все старшие наши покровители, которые имеют отношение к Спарте, пытаются тихо решать наши проблемы.

- Ладно, Антоха, давай, выздоравливай! - жму ему руку. - Как очухаешься, приходи к нам в Спарту. У нас есть курс по самбо для новичков, подкачаем тебя.

- Обязательно.

Выхожу из палаты.

… - Найдите мне этого Ахметова или… - натыкаюсь на немолодую женщину.

У нее властный взгляд и очень массивные украшения.

- Извините… - делаю шаг назад, пропуская.

Ахметова?..

- Фарида Рустамовна! - прикасается к её плечу телохранитель. - Нечаев.

Настороженно замираю.

Она с высокомерным любопытством разглядывает меня.

- Нечаев… - щелкает пальцами.

- Артем, - подсказывают ей.

- Здравствуй, Артем. На ловца и зверь бежит.

- Здравствуйте.

- Ты знаешь, кто я?

- Нет, извините.

- Я Арканова Фарида. Жена, - стреляет презрительным взглядом на палату. - И бывший совладелец Клуба. Теперь - владелец.

- Эм… - растерянно стою, не зная, что сказать.

- Пусть ваши старшие прекратят суету. Никаких претензий с нашей стороны к тебе и к ним нет. Мы не хотим ссориться. Меня устраивает исход ситуации. А решаю теперь я. Ты меня понял?

Киваю.

- Передай.

- Хорошо. Обязательно. Спасибо…

Провожаю её взглядом, с облегчением выдыхая. Заглядываю в палату Арканова. Охраны нет… Только пожилая сиделка.

Его лицо полностью покрыто бинтами, включая глазницы. Он как мумия.

Мне не жаль.

Звоню Бесу, рассказываю о встрече.

- Хорошо, - лаконично отвечает он.

Мне очень хочется спросить про Ксюшу. Но… Он сказал не спрашивать.

А как долго не спрашивать?!

Я подыхаю от тоски без неё…

Ничего не хочу.

Но я жду… Неделю, две, три… Бессо молчит. Словно не видит, как я дохну! Он вообще меня больше не видит. Он же знает, что я жду! Двадцать четыре часа в сутки жду. Хоть пару слов про неё!

Не выдержав в какой-то момент, срываюсь за ним следом.

- Бес…

- Я тебя слушаю, - не останавливаясь.

Выгнать не выгнал, но время идёт, а он совсем не потеплел. Резкий, лаконичный… Как не родной.

Захожу за ним в кабинет.

- Бессо Давидович, Вы хотите, чтобы я ушел сам?

Я уже практически принял это решение. Это оказалось тяжелее любого наказания - демонстративное отсутствие связи с “батей”.

- Нет, Артём, не хочу, - сев на свое место, раскладывает какие-то наши бумаги, не поднимая на меня взгляда.

- А мне кажется, хотите. Просто не говорите прямо.

- Я всё и всегда говорю прямо, Нечаев. А что тебя не устраивает?

- Ну… Вы словно не родной больше.

- Тебе это не нравится? - поднимая взгляд, с вызовом дёргает бровью.

- Не нравится…

- И мне не нравится, когда мои дети поступают как неродные, Артём.

- Я всё понял. Я был неправ. Но я хотел как лучше… Чтобы не напрягать никого.

- Не напряг? - хмыкает он.

- Извините. Спасибо, что помогли.

- Пожалуйста. Иди, занимайся, - сжимает руки в замок, щёлкая костяшками.

Разворачиваюсь в дверях.

- Бес, я тогда должен был так затупить, понимаешь? Если бы я тогда всё правильно сделал, я бы ЕЁ не встретил! У тебя же есть любимая женщина, почему ты не понимаешь меня?! Почему я больше “не семья”?!

Вздыхает, качая головой.

- Ладно, иди болезный… проехали.

Выхожу. И застываю у двери…

Я не спросил, что хотел.

Но Бес уже с кем-то говорит по телефону.

Присаживаюсь у стены. Опускаю взгляд в пол.

По кроссовкам со светящимися подошвами, вижу, что мимо идёт Малышкина младшая. Милка.

Бандитка мелкая… Но первая в своей группе.

Ее короткие косички вечно торчат под разными углами в стороны.

Тормозит. Подходит. Попинывает меня по кроссовку, требуя внимания.

- Чо - страдаешь? - склоняет голову набок, с любопытством разглядывая меня.

За спиной висит огромная гитара в чехле.

- В смысле?

- Ну… по Умке своей какой-то.

- Эй! - хмурю брови.

- Да никому не скажу, - закатывает глаза.

- А ты-то откуда знаешь?

- А я подслушала… - беззастенчиво. - Денчик с Полей шептались.

- “Ухо” ты. И “нос”. Любопытный.

Вздыхаю.

- Ты имя это не произноси нигде, ладно?

- Умка?

- Да.

- Это как Воландеморт?

- Ну… Можно и так сказать. Договорились? - тяну ей пять.

Шлепает.

- На конфетку, - вытащив из кармана, протягивает мне.

- Спасибо.

- Придумал ерунду - страдать, - закатывает глаза. - Девочек что-ли мало?

Улыбаясь, качаю головой.

Дурёха…

- Чья гитара?

- Яша подарил, у него новая. Хотела научиться, не получается. Пальчики больно… - морщит нос.

- Дай…

- Держи, - снимает со спины. - Ты умеешь?

- Немножко.

- Яша учил?

- Ага…

Играю перебор.

Под кайфом - NЮ

- “Ты засыпай… У меня на руках… Ты засыпай… - хрипло пою я. - Когда ты спишь на моем плече… Я улыбаюсь… Я ловлю кайф… Я улетаю… Я даже счастливей, чем…”

- Щас ударю! - с угрозой. - Веселое играй, а не любовное.

- Не могу, Милка. Извини…

Возвращаю гитару.

- Бестолковый! - цокает она. - Ещё давай ешь…

Отдает ещё одну конфету.

- А гитару пока забирай. Ладно уж… Играй свои розовые сопливости, - великодушно. - Красиво получается.

Бес выходит из кабинета.

- А ты чего здесь? - смотрит на часы, заметив Милу. - Тренировка уже началась!

- А я это… Нечаева утешаю.

- Ну-ка быстро давай! Утешительница…

Бес идёт в кабинет к Аише. Я опять догоняю его.

- Бессо Давидович. Можно спросить?

- Нельзя, Нечаев.

- Почему? Позвонить, написать, передать… Хоть что-нибудь!

- Тёма… - хмуро разворачивается в дверях, в первый