Золотой перстень с рубином - Елена Добрынина

Хлопнула входная дверь, забегали слуги, и Аня посмотрела на часы. Странно, для обеда рановато. Так кто же явился в дом Ильинских в неурочный час? Но не успела она даже предположить, кто бы это мог быть, как в дверь детской постучали и, не дожидаясь ее позволения войти, она открылась, впуская Николая Павловича и Гнездилова. У Александра Сергеевича был довольно помятый вид, от чего Ане захотелось рассмеяться – похмельный синдром был на лицо. Но ржать над надворным советником не позволили ни воспитание, ни положение, поэтому Аня лишь опустила веки, справляясь с улыбкой.

- Добрый день, господа. – Кивнула вошедшим девушка. – Не думала, что встречусь с вами так скоро.

- Здравствуйте, Анна Алексеевна. – Первым поздоровался с ней сыщик. – Николай Павлович заехал за мной утром и все рассказал. Прошу прощения, что не смог вчера присутствовать – за мной не послали, рассматривая в нападении исключительно мотивы ограбления.

- Александр Сергеевич полагает, что они могут быть связаны с вами, Аннет. – Подал голос Николай, озадаченно посмотрев на нее. И попросил Сашу сходить к сестре.

- Здравствуйте Николай Павлович, - выдохнула она, вдруг краснея до кончиков ушей. Господи, бабе тридцать не за горами, а она словно подросток в пубертате, разозлилась сама на себя. – Знаете, я полагаю, Александр Сергеевич прав.

Гнездилов вопросительно посмотрел на нее, даже бровь приподнял, но ничего не сказал, ожидая пояснения.

- Я так думаю, господин надворный советник, потому что это ваш человек напал на меня.

На лице сыщика кроме явной головной боли вдруг промелькнула смесь удивления и заинтересованности.

- С чего вы это взяли, Анна Алексеевна? – Наконец, не удержался и спросил Гнездилов.

- А с того, Александр Сергеевич, что всю неделю за мной следил тот же самый человек, что пытался залезть в мою сумку в день нашего знакомства.

- Это важный момент, конечно, но почему вы решили, сударыня, что это мой человек? – Вдруг спросил сыщик с непроницаемым лицом. Сам же соображал, неужели, это был Цыган?

Действительно, а почему она так решила? Связала тот факт, что и сыщик охотился за ее перстнем, и мужик в овчине, вот и подумала.

- Неужели, господин надворный советник, вы не выставили за мной соглядатая? – Выкрутилась девушка.

- Признаться, я думал об этом. Но посчитал, что, находясь в доме Ильинских, вы итак под должным наблюдением. – Без тени смущения пояснил Гнездилов. Настала очередь отвести взгляд Николаю.

- Я не знаю, кому вы поручили присмотр за моей скромной персоной в этом доме, - вспыхнула вдруг Аня, - но всю прошедшую неделю я наблюдала за собой слежку. И между прочим, соглядатай не сильно-то и прятался. Да можете у Глаши спросить, буквально вчера, возвращаясь из магазина, мы заметили, что он опять следил за мной. Я даже пыталась его догнать, но упустила из виду, – закончила свой рассказ Аня.

О том, что видела, как человек растворился в воздухе, она, конечно, никому не скажет. Иначе, не ровен час, упекут в психушку.

Николай прикрыл глаза, представляя эту картину. Аннушка вдруг замечает грабителя и преследует его, подобрав юбки, по дворам и переулкам. Это было невообразимое поведение, но разве он удивлен? Эта девушка способна на все, что угодно, даже безрассудно броситься вслед опасному преступнику.

- Это очень важный момент, Анна Алексеевна. – Перевел тему сыщик. – Почему же вы не упомянули об этом вчера, когда с вами беседовал Иван Степанович?

Аня пожала плечами.

- Я еще была сильно напугана. И не была уверена, что это один и тот же человек.

- Как же вы поняли, что это одно и то же лицо? – Мягко подтолкнул ее к ответу Гнездилов. Он видел, что она не хочет об этом говорить, словно бы никак не решится.

- Поняла, когда нападавший стал требовать у меня отдать перстень. – Наконец, выдавила из себя Аня.

Глава 21.

- Здоров, Никодим. Все пьешь? – По-доброму усмехнулся мужик в тулупе, обращаясь к дворнику.

- Так, на свои пью, не на чужие. – Оправдывался пьяный в стельку Никодим. – Могу и тебя угостить, коли ты добрый человек.

- Прямо так и угостишь? – С недоверием спросил мужик.

- А то! Никодим, может, и не дюже богатый, но с приятелями всегда щедрый. Пойдем в дворницкую, налью чарку.

- А пойдем! – Прищурил глаз человек и поправил шапку.

Вместе они вошли в полуподвальное помещение и, преодолев, что-то вроде передней, вошли в комнату дворника.

- Хоромы у тебя, как посмотрю. – Присвистнул мужик в тулупе. – Не каждый такой квартирой похвастать может.

Никодим не без гордости кивнул.

- За службу хозяин выделили-с. Ик… А ты думал, как?! Никодим – он хоть человек и маленький, но первое лицо в доме. – Поднял вверх указательный палец пьяный и нечесаный дворник.

Цыган усмехнулся и присел на табурет у неубранного стола, на котором батареей красовались выставленые пустые бутылки из-под алкоголя и остатки какой-то снеди. В дворницкой было темно и сыро. Но это и лучше.

Мужик в овечьем тулупе не терпел выспросить про кольцо и, если надо, добыть его – отнять, украсть. Слишком уже большую цену он заплатил за этот перстень, а так им и не завладел.

Никодим плеснул в две кружки из бутылки и подал одну гостю.

- Выпьем, мил человек. За здоровье Никодима и удачу.

Чокнулись. Черные глаза мужика проследили, как дворник опустошает посуду.

- А ты ко мне чего пришел-то? – Вдруг словно осознав, что гость ему не знаком, спросил Никодим.

- Да вопрос у меня к тебе есть один. – Мужик в тулупе не пригубив поставил кружку на грязный стол. – Ты давеча перстень здесь не находил часом?

Никодим опешил, не успев поднести очередную порцию водки ко рту.

- Нннет, - вдруг стал заикаться он. – На свои гуляю, понял?!

- На свои, ага. – Встал с табуретки мужик в овчине и подошел близко-близко к дворнику. Он был меньше ростом, гораздо более щуплый, но злость и какая-то бездонная чернота его глаз подчинила дворника без слов. Он словно обмяк, сгорбился.

- На свои гуляю, - уже