Укради меня - Наталья Мельниченко

Я облокотилась на спинку дивана и почувствовала, как рука Давида оказалась позади меня. Ничего предосудительного, мужчина просто положил руку, но у меня сразу создалось впечатление, словно он, таким образом, оберегает меня и попутно обнимает.

От присутствия мужчины меня бросил в жар. Как он действует на меня, невероятно! Я чувствовала магнетизм, словно воздух между нами был заряжен!

Затем рука Давида легла мне на плечо, легонько сжимая его.

Я невольно вздрогнула. Что именно он хочет этим сказать? Что мне не поздоровится, когда мы останемся наедине? Что не стоило болтать лишнего? Или, что он хочет меня?

Вариантов очень много и какой из них верный?

Скоро узнаю, причем даже раньше, чем мне хотелось бы, поскольку спустя час, а то и меньше, мама поднимается и говорит о том, что пора бы пойти спать.

— Ещё бы с удовольствием поболтали, но нам рано вставать, нужно будет ехать, а мы устали с дороги, пожалуй пойдём. Да, Амина?

— Конечно, — кивнула девушка.

Давид поднялся, подал руку и мне. Я встала рядом, а он тут же приобнял меня за плечи.

Довольно невинное объятие, но мое тело пронзило тысячами иголок. А все потому, что я помнила, как эти руки могут доставлять наслаждение.

— Что ж, спокойной ночи, дорогие! — улыбнулась мама. — Алиса, я была очень рада познакомиться, — она коснулась моей руки.

— И я, — поддакнула Амина.

— Вы прекрасная пара, берегите друг друга! — кивнула мама.

Я выдавила улыбку, Давид благодарно улыбнулся и был более красноречив, — конечно мама, мы очень счастливы.

Вот подлый лжец! Говори за себя! Лично я была бы счастлива оказаться дома.

На этом вечер закончился, мама и сестра отправились на второй этаж, в свои комнаты. Я услышала, как открываются и закрываются двери и повернулась к Давиду.

Спектакль окончен!

Я хотела высказать мужчине всё, что я о нем думаю. А он улыбался мне, чем привёл меня в замешательство.

— К чему весь этот цирк? — прищурилась я.

— Никакого цирка, — его брови взлетели вверх. — Чистая правда, — улыбнулся он.

— Где именно, в каком месте правда? — бросила я.

Его губы растянулись в хитрой улыбке, — догадайся.

— Пфф, вот ещё, — я развернулась, чтобы уйти, — я иду спать.

Давид поймал меня за талию и притянул к себе.

— Эй! — воскликнула я.

— Не так быстро, — шепнул он. — И не шуми, мама и сестра услышат.

Я поджала губы.

— Я пойду спать, — буркнула я, уперев руки в его стальную грудь.

— Конечно пойдешь, но только со мной.

— Что? — возмущенно выдыхаю я.

— Конечно, а ты как хотела? Думаешь, сейчас отправиться к себе в комнату? Нет, дорогая. Тебе теперь веры нет. Откуда я знаю, может ты среди ночи пойдешь к Амине или к маме просить у них помощи? Мы вроде договаривались, а ты свою часть уговора так и не выполнила. Теперь будем общаться на моих условиях.

— Я с тобой ни о чем не договаривалась! — огрызаюсь я.

— Как же? Разве нет? — глухо прошептал он мне прямо в ухо. — А мне кажется, что ты обещала провести этот вечер нормально, не рассказывать матери и сестре о том, что произошло, — он говорил тихо, но от его шёпота по телу бежали мурашки.

— Ты меня тоже обманул! Обещал не заходить в ванную и пришёл! Ты первый начал нарушать обещания!

— И да и нет, — хмыкнул он.

— О чем ты?

— Накануне ты сама просила меня поцеловать тебя, — хитро улыбнулся он.

Что!? Нет! Неужели, когда я напилась, а Давид отнёс меня в комнату, то сказала о своих желаниях вслух!?

— Как ты там сказала, дай припомнить… Целуй меня, кажется так. Я сделал, как ты хотела, правда не в тот вечер, а на следующий день, с небольшим опозданием.

Он смеялся надо мной, но одно я знала точно, зря я не послушалась и болтала лишнее.

Я действительно нарушила уговор, а за расправой Давид не постоит, и я знаю, что случится дальше…

Глава 30

Сама не знаю, зачем позволила Давиду увести меня к нему в комнату. И ведь я догадываюсь, что произойдёт здесь! Что уже произошло… не так давно…

Мужчина зажигает напольный торшер, и комната наполняется мягким теплым светом.

Я стою посреди комнаты, когда Давид запирает дверь. И даже щелчок замка не в силах вернуть меня к реальности, словно завороженная слежу за его действиями. Мне бы сердиться, ругаться, но он прав, я нарушила уговор. Да дело и не в уговоре вовсе! Я сама желаю этого мужчину! Он заставляет меня чувствовать себя особенной и желанной и даёт испытать то, чего прежде не испытывала ни с кем другим.

Мне нравится смотреть, как Давид двигается, такая твёрдая у него походка, смотреть на мускулы, которые играют под его рубашкой. Я словно каменею в его присутствии. Он сводит меня и моё тело с ума.

Мужчина приближается, подносит руку и проводит по моему лицу, едва касаясь кожи. Мимолетное движение, плавное, но в нем столько страсти и, не побоюсь этого слова, искренности, любви…

Нет, не надо обманываться, Давид не любит меня, для него это что угодно, но не любовь.

Его движения осторожны и нежны, словно он боится спугнуть меня. Мужчина отводит прядь от моего лица, накручивает локон на палец.

— Зачем ты наговорил всё это…, - в горле образуется ком, говорить трудно, — за столом… Ты лгал.

— Я не лгал, — тихо говорит он. — Я уже говорил тебе.

Его глаза сверкают в ночи, он смотрит на меня и не может насмотреться.

— Ты такая красивая, невероятная.

Снова это хриплый шёпот, который сводит меня с ума.

Не надо, зачем!? Зачем ты говоришь мне это!?

Во мне словно борется добро и зло, я понимаю, что поступаю неправильно, я пришла сюда, в его спальню, я знаю, чего он ждёт от меня, и разум говорит мне — Алиса беги, уходи, ты не должна быть здесь.

Но в то же время, что-то иное, потаенное, из глубины подсознания, велит остаться, ведь никогда прежде у меня не было такого невероятного мужчины. И я желаю его так же сильно, как и он меня.

Хочется быть сильнее и выше своих желаний, но я не могу не поддаться искушению.

Он, словно дьявол — искуситель, а я его жертва.

И самое странное в этой ситуации то, что мне нравится быть ею, ощущать прикосновения его рук и губ на своей коже.

Я