Повелитель песков - Шэрон Кендрик

– Но я ведь ничего не делаю!

Как он может объяснить то, чего не понимает сам?

– Боюсь, мы не сможем принять душ здесь: придется ждать возвращения во дворец, если ты не против. – Если они выйдут из дома с влажными волосами и раскрасневшимися лицами, завтра новость об этом может появиться на первой полосе главной газеты страны. – Франческа, пожалуйста, вставай!

Фрэнки подчинилась, все еще не смея поверить, что стоит обнаженной перед мужчиной, которого знала всю свою жизнь. Одеваться вместе с ним тоже было странно.

Когда она вернулась из ванной, то обнаружила, что Захид опять помрачнел. Неужели он собирается сказать ей, что совершил самую большую ошибку в жизни?

– И… что теперь? – тихо спросила она.

Мужчина вздохнул и покачал головой. Если бы на ее месте была любая другая, он бы уволил ее, поцеловал на прощание и пообещал позвонить, когда снова будет в Лондоне. Купил бы билет на самолет и забыл навсегда.

Но перед ним стояла Франческа, и это совершенно меняло дело. Что хуже всего, она подарила ему свою девственность – самый ценный подарок, который женщина может дать своему любовнику. Теперь она привяжется к нему еще сильнее.

– Мы постараемся справиться с ситуацией, – медленно произнес он. – Если будем вести себя осторожно.

– Справиться? – отозвалась она гулким эхом.

– Мне следовало бы отправить тебя обратно в Англию – ради нашего общего блага. Но дело в том, что я этого не хочу.

– Не хочешь? – В ее душе забрезжила робкая надежда.

– Не хочу. Я попрежнему хочу, чтобы ты печатала дневники моего отца. – Захид сделал глубокий вздох. – И хочу заниматься с тобой любовью.

– П… правда?

– Конечно, правда! – прорычал он и почувствовал новую волну возбуждения, заметив краску, пылающую на ее щеках. – Разве это не безумие – отказываться от возможности наслаждаться друг другом и дальше, пока есть время?

Почему он не может притянуть ее в объятия и, целуя, признаться, что не вынесет разлуки с ней? Зачем он сообщает ей все это так, словно зачитывает план собрания совета директоров?

– Наверное, это сумасшествие, – прошептала она. – Но иногда так хочется сойти с ума!

Издав глухой стон, Захид притянул ее к себе, жадно впиваясь в губы, словно не целовал их всего несколько минут назад.

– Нам придется вести себя очень осторожно, потому что мои слуги очень наблюдательны, – тихо предупредил он. – Мы не должны демонстрировать свои чувства в их присутствии: это будет расценено как проявление неуважения к ним.

Он нажал кнопку на пульте дистанционного управления, и тяжелые жалюзи поднялись, наполняя комнату ярчайшим светом. Фрэнки не сразу поняла, что пронзительность освещения объясняется тем, что лучи солнца отражаются от поверхности воды. Подойдя к окну, она заметила вдалеке блестящую голубую ленту, окруженную неожиданно буйной зеленой растительностью.

– Это река? – удивленно спросила она.

– Да. Она называется Яманах, что означает «серебристая жемчужина». – Захид посмотрел на нее немного насмешливо. – Видимо, ты считала, что в пустынных королевствах нет источников воды?

– Я стараюсь не обобщать. – Фрэнки нахмурилась, пытаясь вспомнить информацию, полученную на уроках географии. – Она ведь берет начало в другой стране?

– Браво. Это знаменитая река, источник которой находится в соседнем государстве Шарифах.

– С которым вы всегда вели войны?

– И снова браво, Франческа. Откуда у тебя такие знания?

– Конечно, от моего отца. Он всегда интересовался историей Хаярзаха.

– И ты все запоминала?

– Большую часть. – Она задумчиво улыбалась, когда они вышли из дома и сели в машину. Конечно, она запоминала все! Она собирала и бережно хранила в сердце любые частички информации о Захиде, подобно тому как девочки ее возраста коллекционировали Барби. – У меня очень хорошая память.

– Ты – удивительно разносторонняя женщина.

– Ужасно похоже на комплимент.

– Потому что это он и есть, – пробурчал Захид.

Фрэнки сияла от гордости. Внезапно она поняла, что никогда в жизни не чувствовала себя настолько счастливой. Она позволила себе расслабиться в сладостной неге, охватившей тело после секса, и забыть о предупреждениях Захида о кратковременности их любовных отношений.

– Я должен переговорить со своими советниками, – сказал он. – Ты можешь отдохнуть после изнурительного дня, проведенного на жаре. Перед ужином я покажу тебе дневники отца, над которыми ты будешь работать. Сможешь начать завтра, согласна?

– Согласна. – Ей все еще сложно было привыкнуть к его тону, внезапно ставшему чужим.

И он ушел. Даже не взглянув на нее тайным нежным взглядом, даже не улыбнувшись. Неужели всего пару часов назад она лежала обнаженная в его объятиях, открывая для себя новый волнующий мир секса?

Оставшись одна в комнате, Фрэнки решила тщательно подойти к выбору наряда для ужина. Чтото такое важное прошептал ей Захид, целуя в губы. О том, что ее глаза – изумительно синего оттенка, более глубокого, чем мозаичные камни из ляпислазури, которые украшают стены его дворца.

Вспомнив эти слова, она остановилась на тунике и брюках глубокого сапфирового оттенка, подняла волосы и скрутила их в изящный узел.

За час до ужина к ней пришла Файруз, чтобы отвести ее в дворцовую библиотеку, где ее ждал Захид. Библиотека оказалась изысканным залом, уставленным по периметру полками с красивейшими книгами.

Фрэнки не имела большого опыта в соблазнении мужчин, но, увидев улыбку шейха, она сразу убедилась, что ее наряд ему понравился. Он отпустил Файруз, и она стояла перед ним в ожидании того, что он привлечет ее в свои объятия и прошепчет на ухо сладкий комплимент. Но этого не произошло, и она почувствовала, как в сердце закрадывается беспокойство.

Но все отрицательные эмоции ушли на задний план, когда она взглянула на стол и увидела там объемную коробку, инкрустированную драгоценными камнями.

Все ее мысли и беспокойство по поводу отношений с Захидом стали не важны, по сравнению с открывающейся возможностью прикоснуться к истории интересной страны, и Фрэнки открыла коробку, чтобы достать из нее верхнюю тетрадь в кожаной обложке.

Страницы немного похрустывали, очевидно, к ним давно никто не прикасался, но беглый почерк показался ей вполне разборчивым. Она подумала о том, как счастлив был бы ее отец увидеть подобный документ.

Только через несколько минут она вспомнила, что находится в комнате не одна, и подняла глаза на Захида, который все это время наблюдал за ней с неприкрытым любопытством.

– Не могу дождаться, когда смогу приступить к работе.

Захид печально ухмыльнулся. Как он мог подумать, что теперь возникнут сложности? Ему казалось, что ее сексуальное пробуждение заставит ее стать требовательной и вести себя непозволительно. Но она не кидала на него многозначительных взглядов, не упрекала в том, что он даже не поцеловал ее.