Это пройдет? - Юлия Теплова

Наверное, женщины нутром чувствуют потенциальную угрозу. Многим свойственно присваивать мужчину себе, а потом сторожить его, чтобы коварная разлучница не «украла». Сторожи не сторожи, ничего не выйдет. У мамы, по крайней мере, не получилось.

Только, как выяснилось, Ксюше я не соперница. Она оценивает меня взглядом с головы до ног. В глазах мелькает презрение и враждебность.

Я одета просто, но дорого. Черное пальто, ботинки на толстой подошве, кожаный рюкзак — все куплено на деньги родителей.

Убираю с губ налипшую прядь и громко здороваюсь. От вымученной улыбки воздерживаюсь. Не хочу вызвать жалость и, уж тем более, тешить Гришино самолюбие. Он приветствует меня в ответ, внимательно рассматривая, Ксюша отворачивается.

«Стерва невоспитанная», — думаю, проходя мимо. Чувствую спиной их взгляды.

Признаюсь, я очень ждала Гришиного звонка. И на следующий день после застолья, и спустя пару дней, и через неделю. Потом ждала его сообщения. Постоянно заходила в социальные сети и мессенджеры.

Мне казалось, что он должен подобрать правильные слова, чтобы мне не было так паршиво. Но он ограничился только одним сообщением в тот вечер.

Мысленно возвращаюсь к Лебедеву. Нужно извиниться и поблагодарить его за подарок. Тем более, что он мне очень понравился: дорогая бумага, потрясающее визуальное оформление, отличное качество иллюстраций.

Не хочу, чтобы ему из-за меня было так же хреново.

Захожу в зал. Аня полирует приборы за барной стойкой. Увидев меня, она делает большие глаза и указывает головой в сторону кухни. Спустя секунду понимаю, что это значит. Хлопнув дверью, оттуда выходит Кира. По её резким движениями понимаю, что настроение у нее скверное. Наверное, повара уже отхватили.

Кира видит меня и начинает визжать, как сирена:

— Какого хрена ты опять через парадный вход прешься! — она стремительно приближается ко мне, стуча каблуками, и начинает тыкать пальцем под ноги как сыкливому котёнку. Спасибо, не мордой тычет. — Всю грязь с улицы тащишь. Мы скоро открываемся. Тряпку в зубы вымываешь здесь пол.

Во мне мгновенно закипает ярость. Она грохочет и булькает, подкидывая крышку терпения. Ну что, за тварь. Сама же только так и заходит.

— Извините, больше такого не повториться. — душу в себе гнев. — Вам показалось, пол чист, как Ваши помыслы.

Может, я бы и наследила, если бы вошла, но я еще стою на небольшом коврике с логотипом бара.

— Ты тупая или глухая? — она хватает меня за рукав пальто.

Как меня все достали. Как меня, мать его, всё достало.

— Пошла на хрен. — выплевываю ей в лицо с ответной ненавистью. — Плохое настроение? Иди на машины погавкай. — меня начинает потряхивать.

Напряжение прошедших дней получило выход.

Нет больше звуков, цветов, запахов. Людей тоже нет. Злость захватила меня, ещё немного, и я её ударю. Огребу проблем, но кинусь на неё, как истеричка.

Кира раздувает ноздри и сужает глаза, как дикое животное. Еще немного, и начнёт бить копытом в замшевых ботинках.

— Повтори, что ты сейчас сказала.

Хлопок двери.

— Что здесь происходит? — слышу сзади Гришин голос.

Кира переводит взгляд мне за спину, отпускает рукав и отступает на шаг. Помимо нас в зале только Аня, напоминающая испуганного лисенка, поэтому разборки проходят прямо здесь.

Гриша проходит мимо меня, обдавая табачным запахом вперемешку с туалетной водой. Следом цокает шпильками Ксюша. Они с Кирой переглядываются.

Гриша останавливается рядом Кирой. Ксюша не уходит, маячит за его спиной. Чувствую себя злостным нарушителем, которого снова заставляют пройти через рамку металлоискателя.

— Она не знает, что такое субординация. — Кира возвращает себе человеческое выражение лица.

— О присутствующих в третьем лице не говорят. — «тупая дура», хочется добавить мне.

— Она через главный зашла, когда сотрудники используют заднюю дверь. Тетя Лида утром все здесь вымыла, а эта чужой труд ценить не умеет. — игнорируя меня, продолжает Кира. — Я ей сказала вытереть все за собой, а она меня послала. Это как, нормально вообще?

Прикрываю на секунду глаза.

— Это правда? — Гриша хмурится.

— Да, — у меня все еще клокочет внутри, — кроме того, что я не успела натоптать здесь. А замечание было сделано в хамской форме.

— Аня? — Гриша поворачивается к ней.

— Я ничего не слышала, посудомойку включала. — указывает на дальний угол за стойкой.

Кира раздражённо теребит пуговицу на платье. Когда Гриша отворачивается, Аня морщит нос и сжимает кулаки — «Мол, я с тобой».

Вспышка злости гаснет. Ко мне возвращается ровное дыхание.

— Вера, после смены поговорим. — Гриша продолжает хмуриться, и мне это совсем не нравиться. Голос звучит спокойно, но с нажимом.

Ксюша с Кирой переглядываются.

— Малыш, я пойду, попрошу Павлика мне кофе сделать. — она гладит Гришино предплечье и уходит к бару, снимая на ходу шубку.

Мне хочется закатить глаза. Ты еще в туалет у него отпросись.

Досадно, что последнее время все идет вот так. По-идиотски. Уверена, что после смены не услышу ничего хорошего.

— Хорошо. Я могу идти переодеваться? — случайно задеваю взглядом его губы. В голове мгновенно вспыхивает картина того вечера: приглушенный свет, черная рубашка, тепло его груди, линия губ.

Гриша все понимает. В его взгляде мелькает непонятная мне эмоция.

— Иди. — он кивает, подтверждая свои слова. — Кира, идем, ты мне на кухне нужна.

Иду в сторону раздевалок. На ходу поворачиваю голову, и снова сталкиваюсь взглядом с Ксюшей. Паша притащил ящик пива и теперь делает ей кофе.

Пытаюсь понять, что чувствую по отношению к ней. Зависть? Ненависть? Ответное презрение?

Ксюша бесит меня. Дико. И похоже, это взаимно. Ее взгляд опаляет спину.

21

В раздевалке собираю волосы, мажу потрескавшиеся губы бальзамом и критично рассматриваю свое отражение. Чертовы рукава помялись. Еще раз приглаживаю волосы по бокам расческой, закалываю челку и выхожу в зал.

Всю смену кручусь, как белка в колесе. Чаевые сегодня, мягко говоря, скромные. В рубашке душно, умудряюсь поставить пятно от кетчупа на манжет.

Ксюша половину вечера сидит за баром: cначала уткнувшись в телефон, а потом они с Кирой пьют коктейли из пузатых бокалов и смеются, как пирующие гиены. Чуть позже к ним присоединятся Оля Александрова. В отличии от подруг, она приветствует меня мягкой улыбкой и кивком. Оля похожа на взрослую версию Вики. Пышные каштановые волосы, женственная фигура, мыгкие движения.

Пару раз за вечер к ним подходят «залетные» парни, но Кира говорит им что-то, и они быстро отваливают. Около десяти они уходят. Перед этим Ксюша идет на кухню, скорее