Ведьма с крылом дракона - Этель Легран

Девушка вскинула голову, прижала руки к груди и от нетерпения приблизилась вплотную. Дилан опешил, в недоумении наблюдая, как с напором действовала Хильда. Несмотря на скромный и задумчивый нрав, Илария всегда затмевала сестру своим умом и рассудительностью, а младшая сестра следовала за ней хвостиком. Всё изменилось, когда первый маркиз Диассийский, отец Иларии и Хильды, погиб, а во главе семьи встал его родной младший брат. Дядя ценил младшую племянницу за покорность и добродушность, свойственные благочестивой леди, а старшую растил в строгости, поскольку та должна была стать следующей главой семьи и переняла военное дело охотников. С течением времени сестры отдалились друг от друга, каждая идя своим путем. Хильда сблизилась с дядей и занялась внутренними делами дома, а Илария сбегала наружу, за стены Рейнера, в погоне за призраком своего отца.

— Хочешь знать, мертва ли она, чтобы стать главой семьи? — выдавил Дилан злобно и схватил девушку за плечо, сжимая пальцы.

Хильда побледнела, словно увидела воскресшего мертвеца. Она шевелила обескровленными губами, не издавая звука. В глазах девушки встали слезы, и лишь тогда, когда несколько капель скатились по щекам, Дилан отпустил руку. Съедаемый чувством вины за внезапную вспышку ярости, юноша сухо извинился, но Хильда, пусть и расстроенная брошенными словами, покачала головой.

— Это место принадлежит Рии… — выдавила Хильда, затем утерла слезы тыльной стороной ладони. — Я никогда не желала стать преемницей главы.

Дилан нахмурился, задумавшись, насколько искренна собеседница. Теперь он сомневался в окружающих, видя, как резко переменился отец и как легко дядя Иларии отказался от первой наследницы, объявив публично о расторжении семейных уз. Скоро весь город обрастет ещё большими слухами, и тогда пожар не остановить. Злостные языки людей способны жалить мучительнее любого яда.

Но взгляд Хильды был прямой и уверенный, поэтому Дилан смягчился.

— Давай поговорим об этом в более укромном месте…

Юноша невзначай осмотрелся и обнаружил, что их беседа привлекала внимание жителей. Многие знали, кем приходились друг другу молодые люди, поэтому особо оживленно обсуждали их неожиданную встречу.

Дилан улыбнулся толпе, а затем попросил Хильду следовать за ним. Юноша развернулся на пятках и поспешил покинуть площадь. Девушка неловко двинулась вперед, но вскоре поравнялась с ним, чем еще сильнее поспособствовала провожавшему их шуму.

— Кажется, они что-то не так поняли, — пробормотала Хильда, чтобы скрасить неловкое молчание.

— Они наверняка считают, что мы вскоре поженимся, ведь твоя сестра якобы мертва, а наши семьи не расторгали договоренность о браке.

Дилан поморщился от собственных слов и ловко завернул в узкий просвет между зданиями, скрываясь в их тени. Шаги стихли, отчего юноша засомневался, что девушка решила идти с ним до конца. Но вскоре ее фигура появилась из-за угла. Хильда замедлилась, ушла в свои мысли, будто что-то потрясло ее до глубины души.

— Я не хочу выходить замуж вот так…

Девушка вскинула голову, и в ее взгляде проявилась незнакомая эмоция, которую Дилан не смог распознать. Он потянул девушку за запястье, чтобы их не было видно снаружи, а затем заговорил шепотом:

— Я тоже против и прекрасно понимаю твои чувства… Я попытаюсь остановить всё это и обязательно верну на свои места. — Дилан сглотнул тяжелый ком, вставший в горле. — Лора жива — я видел её, но не смог забрать из цепких лап нечестивых. Сейчас она действительно проходит этапы обращения, страдает в агонии… Ничего не изменится, даже если Илария лишится человеческого рассудка. Это всё еще твоя сестра. И моя невеста. Я найду способ спасти её…

Хильда всхлипнула и закрыла лицо ладонями, содрогаясь всем телом. Послышались рыдания, и Дилан похлопал собеседницу по плечу в попытке успокоить. Ведомый моментом, охотник обнял девушку, теперь поглаживая по спине. Хильда растворялась в теплых прикосновениях. Вскоре рыдания стихли, но пара объятия не разрывала. Они наслаждались единой эмоцией, мучавшей их, — потерей самого дорогого сердцу человека.

— Это правда возможно? — пробормотала Хильда, измученная слезами.

— Если есть яд, то существует и противоядие, — многозначительно ответил Дилан.

Хильда кивнула в ответ. Девушка отдалилась, смущенно пробормотала извинения за мокрые пятна на рубашке и потупила взгляд. Юноша рассмеялся и развел руками, показывая, что извиняться совершенно не за что.

Неловкая атмосфера охватила молодых людей, и оба, почти синхронно, отдалились друг от друга еще на шаг.

— У меня есть пара гипотез относительно ситуации Иларии, поэтому я поделюсь выводами позднее… — заговорил Дилан снова. — Однако есть серьезная проблема — время. Нечестивые не навредят новой обращенной, пока она будет придерживаться их стороны, но главы четырех великих родов, включая Эстебан, намерены не только отказаться от Иларии, как охотницы, но и действительно планируют ее скорую смерть.

— Я помогу переубедить дядю! Но с остальными…

Хильда замолчала — от прежнего воодушевления не осталось ни следа.

— Я буду признателен за помощь. Еще, возможно ли, отыскать информацию в архиве о старых делах семьи Эстебан в борьбе с нечестивыми? Я перевернул поместье вверх дном, но не обнаружил у себя ничего полезного.

Девушка насупилась и отрицательно мотнула головой.

— Посещение доступно лишь главе и прямому наследнику, прошедшему инициацию… Отец признал способности Иларии еще в детстве, так что дядя не смог повлиять на процедуру наследования. Почему-то он недолюбливает Рию… Даже всегда хмурится, стоит им встретиться ненадолго.

Дилан тяжело выдохнул.

— Я предполагаю, с чем это связано. Ее темные волосы всегда рождали слухи, и пусть преемственность невозможно было расторгнуть, теперь у противников есть шанс.

— Тогда как нам выиграть время?

— Надо пустить им пыль в глаза. Они и опомниться не успеют, как угодят в мой капкан.

После короткого разговора молодые люди разошлись недалеко от центральной площади. Дилан вернулся в родовое поместье, и тут же слуги сопроводили его в кабинет отца, не позволив ни переодеться, ни перевести дух. Юноша не удивился развернувшимся событиям, ведь теперь ожидал от отца любую подлость. Дилан не прогадал: его встретил не только отец, но и маркиз Диассийский. Оба, как коршуны, взирали на юношу с высокомерием и нескрываемой жаждой наживы. Тот факт, что Дилан стал хранителем, к тому же растворился на глазах у глав великих четырех домов, подтвердив магию гримуара, вскружил старшим головы.

— Как ты исчез? И куда? — первым нарушил тишину глава Баретти.

— Ты создал самый настоящий переполох, — добавил дядя Иларии с усмешкой. — Нам с трудом удалось успокоить остальных.

Дилан вздохнул и приблизился к дивану, где вальяжно расселись старшие. Судя по закускам и напиткам на столе, они что-то праздновали. Уловив натужную атмосферу, сопровождавшие юношу слуги попросились откланяться и поспешили покинуть комнату.