Чужая жена - Хельга Дюран

— Дай мне расчёску. Я хочу расчесать твои волосы.

Просьба показалась мне странной, но я достала из шкафа массажную щётку для волос и протянула её мужчине. Он усадил меня спиной к себе и начал осторожно расчёсывать мои влажные волосы. Демид упоминал о том, что они ему нравятся, но чтобы настолько?

— Вечером я уеду, — тихо сказал он, методично водя щёткой по моей голове.

— Уже?

— Ты же хотела, чтобы я предупреждал?

— Да, спасибо. Мне будет тоскливо одной. То есть, без тебя, Демид.

Его нежные касания к моим волосам возбуждали. Мурашки побежали по плечам и спине. Мы же переспим напоследок?

Я сама хотела, а не потому, что должна это делать. Барсов пробудил мою женственность, и я поняла насколько была голодна до мужчины. И потом, неизвестно, когда он навестит меня снова. Даже день — это слишком долго.

— Я заберу тебя позже. Мне тоже влом разлучаться с тобой. Я бы хотел наслаждаться тобой чаще, но пока ты поживёшь здесь. Так надо.

Его голос звучал монотонно, как у робота, будто и не он это говорил. Барсов способен хоть что-то чувствовать? Неужели мне всё время нужно выводить его на эмоции, чтобы самой себе доказать, что он живой мужчина?

— Только поэтому? Боишься, что слишком долго буду отрабатывать твои подношения? Снимай штаны, Барсов! — резко повернулась я к нему. — Отсосу тебе напоследок!

— Отсосёшь, как миленькая! — подтвердил Демид, цинично усмехнувшись. — Я ещё не закончил!

Рывком он снова развернул меня спиной к себе и продолжил своё занятие. Я судорожно вздохнула, чувствуя себя маленькой девочкой, которая ничего не решает. Меня начало мелко потряхивать от возбуждения и возмущения. Он нарочно меня бесит и выводит из себя. Пора бы уже привыкнуть и не реагировать так остро на выпады Демида, но это выше моих сил.

— Я закончил! — Демид отбросил на кровать расчёску. — Можешь приступать, Лёля!

Когда я снова повернулась, он уже приспустил штаны вместе с боксерами. Я, видимо, слишком медлила, на секунду замявшись, потому что Демид, схватив за шею, рванул меня к себе. Полотенце полетело к чёрту, меня поставили на колени возле кровати и грубо затолкали в рот своё достоинство.

Я едва не подавилась, так резко головка вошла в горло.

— Отсоси мне по-нормальному! Глубже бери! — рыкнул Демид, толкаясь мне в рот. Я закашлялась до слёз, но его это только сильнее завело. — Расслабь горло и дыши носом!

После этого он схватил меня за волосы, и принялся насаживать мою голову на свой член, как будто играл с баскетбольным мячом. Я вцепилась руками в его бёдра, пытаясь отодвинуться хоть на сантиметр, но куда уж мне.

Басов был безжалостен и груб. Он трахал мой рот, не обращая внимание на мои хрипы и слёзы. У меня всё лицо было в слюнях, во рту хлюпало от каждого толчка, так что брызги разлетались в стороны.

— Ещё немного, Оль, — простонал Демид. — Сейчас…

Сперма резко ударила в мой пищевод, вытекла по подбородку вместе со слюной. Это было не столько отвратительно, сколько унизительно.

— Вылижи досуха!

Только когда я облизала его член и яйца, Демид меня отпустил. Я подхватила с пола своё полотенце и брезгливо обтёрла им лицо.

— Я могу идти? — обиженно спросила я, чувствуя себя использованной и неудовлетворённой, будто бы меня жёстко наебали.

— Ещё нет. Полежи со мной.

Барсов сыто развалился на постели, жестом пригласив меня к себе. Внутри всё кипело от злости, когда я покорно положила голову на его широкую грудь.

— Не надо на меня крыситься. Я не виноват, что Бондаренко не научил тебя делать минет. Будем уделять больше времени этому занятию, пока ты не перестанешь давиться.

Он заржал, унижая меня ещё сильнее. С трудом, но я промолчала. За каким чёртом Демид приплетает сейчас моего мужа, было неясно, как и то, зачем он так грубо изнасиловал мой рот. Учитель постельных утех из него так себе. Скорее он постоянно ставил меня на место даже в кровати.

Нужно смириться. Покориться. Принять.

Как? Моя ненависть к Барсову всколыхнулась с новой силой.

— Чем бы ты хотела заниматься, Лёля? — внезапно спросил Барсов, играя с прядками моих волос. — Тебе надо определиться с будущей профессией.

В данный момент я вообще не была готова что-то обсуждать. Он что не понимает? Конченый козёл! Чудовище!

— Я ничего не умею. Даже сосать.

— Вот как? Бери тогда снова рот, раз тебя это беспокоит сильнее, чем твоё будущее. Практикуйся, сколько влезет! По самые гланды, сука!

Он спихнул меня со своей груди и выжидающе уставился на меня. У меня после прошлого раза саднило в горле, а теперь мне снова предстоит эта экзекуция?

— Тебе помочь, капризная сучка?

Барсов был просто в бешенстве. Он хотел поговорить о моих делах, обсудить моё будущее, а я всё испортила одной неосторожной фразой. Господи, зачем?

— Я сама. Говори, как тебе нравится, Барсов? Чтоб ты провалился, козёл!

Я делала только хуже и не могла остановиться, как и Демид не мог совладать со своим гневом.

У него встал так резко, что я испугалась. Ему нравится меня унижать? Это было очевидно. Так на что я всё время надеюсь?

22. Демид

Если бы не дела, я бы остался с Олей ещё на одну ночь. Трахал её до последнего, пока водитель не позвонил, что ждёт меня у ворот.

Эта стерва снова меня разозлила своей непокорностью. Мне следовало отдать ей драгоценности перед самым отъездом, чтобы она не смела показывать мне зубы, но я смалодушничал, как последний осёл. Стоило Ольге заполучить то, что ей хотелось, и она снова встала на дыбы.

Тем слаще был секс. Я брал её, как голодное животное, как обезумевший кобель. Почему-то именно с ней я частенько терял человеческий облик. Это не было нормальным, но меня беспокоило совершенно не это.