Опаленная сном - Зара Дар

Можно ли изнасиловать ментально⁈ Кажется, со мной вот это самое только что и произошло! Мозг просто взяли и мгновенно распотрошили! А сейчас наглые щупальца тщательно перебирали мои воспоминания и пытались пролезть все дальше и глубже, в мою… в ту мою жизнь!

Мгновенно разъярившись, я сжала зубы и, накинув привычную маску любезной полуулыбки, изо всех сил мысленно оттолкнула мерзкого вторженца! Слава Всеблагой, мой, пусть и не родной, но все-таки отец, давал мне возможность потренироваться в защите от таких попыток покопаться в моей памяти! Конечно, в той, моей жизни у меня не было Дара и каких-либо Сил. Зато у меня было упорство и многолетняя тренировка! А здесь, сейчас, да еще и с таким сильным Даром… «Пошел ВОН!» — Закричала я мысленно и впустила беспокойно мечущийся в груди Огонь в свой мозг!

Я сама не понимала, что я делаю, просто хотела защититься!

А ректор все мгновенно понял. Змеи на его голове разъяренно зашипели, Гайрэн удивленно поднял бровь, и в следующий миг…

Мой Дар пропал.

Его как будто вырвали из меня.

В глазах потемнело, комната вокруг закружилась, и я бессильно обмякла на кресле.

— Зачем же так, Эвелина? — Как сквозь вату донесся мягкий бас. — Стандартную проверку тех, кто задержался на Грани, проходят все студенты. Выжившие студенты. Это указано в договоре студента…

Я заморгала. Перед глазами клубилась темнота, освещаемая редкими белыми вспышками. Что произошло? Почему я ничего не вижу? Может, я потеряла сознание? Но почему я слышу этот голос?

А ректор тем временем продолжал своим ровным текучим басом вгонять меня в панику.

— Одна из обязанностей Хранителей Равновесия — не допускать проникновения через Грань порождений Стихий, которые могут завладеть разумом студента в небытии. Это предупреждение вписано в подкорку любого студента. Но ты ведь ничего этого не помнишь? Да, Эвелина?

Я попыталась дышать. Это ведь так просто. Вдох-выдох. Воздух наждаком скользил по горлу. Темнота перед глазами начала понемногу рассеиваться. С трудом сфокусировав зрение, я наконец-то разглядела невозмутимо сидящего в кресле Ректора, который рассматривал шипящий на его ладони огненно-белый шар. Удовлетворённо улыбнувшись каким-то своим мыслям, он наконец посмотрел на меня. С интересом. С подозрением. С угрозой.

— Наши правила студенты, прошедший отборочные тесты при поступлении в Академию Стихий, заучивают первым делом. Наизусть. — Теперь его голос напоминал громыхание приближающегося издали грома.

Ой, мамочки! Неужели он…

— Но ты ведь не могла вспомнить того, о чем и понятия не имела. Не так ли? Даниэла⁈

Лучше бы я потеряла сознание… Лучше бы я выжгла себе мозги этим огненным Даром… За обмен разумов, за проникновение в Академию, за нарушение правил… Меня ожидает многократная смертная казнь. Слишком хорошо я знаю законы Империи! Где была моя голова, когда я соглашалась на эту авантюру мачехи⁈

Горло сдавило спазмом, маска невозмутимой отстраненности давно уже покинула меня, по щекам потекли слезы. Ладно бы я, идиотка, мечтающая стать Магом, рискнула проникнуть в Академию в своем теле, но то, что из-за меня теперь пострадает и безвинная Эвелина, в чье тело я вселилась без спроса и согласия… Конечно же, никто не будет возвращать меня в свое тело. Нас просто казнят. Обоих. Слезы потекли сильнее.

— Однако…

Я насторожилась, услышав в голосе Ректора задумчивость, дающую слабую надежду… Вот прямо такой крохотный огонек возможности избежать…

Внезапно сжимающие мое тело кресло ослабило хватку и стало на удивление мягким и комфортным.

— Такое упорное стремление заслуживает внимания. Тем более, — Гайрэн шевельнул ладонью и потерянно фырчащий на его руке огненный клубок, мелькнув в воздухе, ударился в мою грудь, на мгновение расплывшись по телу, быстро пробрался вовнутрь и испуганно замер. — Ты была права, утверждая, что у тебя есть Дар.

По телу мгновенно разлилось тепло, возвращая чувствительность в онемевшие конечности.

— И к тому же довольно сильный. — Ректор удовлетворенно хмыкнул, наблюдая, как на мои щеки возвращается румянец. — Я разрешаю тебе обучаться в Академии.

Я прижала руки к груди. К сожалению, медальона мамы я не нащупала, но этот жест позволил мне частично успокоиться и перевести дыхание.

«Так значит⁈ Нет-нет! Не думай об этом! Думай о том, что в своем теле я бы…»

— Об этом не может быть и речи. — Гайрэн отстраняюще поднял ладонь. — Никакого обратного обмена! У Даниэлы Дара не было, полусумасшедшая Эвелина нам абсолютно не нужна. А вот из вас двоих получилось кое-что интересное. Возможно… — Он замолчал, разглядывая меня доброжелательным фиолетовым взглядом, от которого мозг панически сжимался. — Потом увидим… — Ответил Гайрэн каким-то своим мыслям. — А пока тебе надо наверстать пропущенное.

Кресло толкнуло меня вверх, заставив вскочить, и исчезло.

— Эвелина де Флар. — Крайне официально произнес Ректор. — Открываю вам доступ к Архиву библиотеки на две недели. Вы должны теоретически изучить пройденное группой за время вашего отсутствия. Фейран де Йорх назначается вашим куратором по практическим занятиям. Что касается остального… — Он слегка поморщился, опять на какие-то свои мысли. — По остальным дисциплинам, пока, вашей помощницей назначается Нерта Солейло.

Ладно. Ладно. Я попятилась. Что делают прощаясь? Реверансы? На всякий случай я поклонилась, слегка присела и уже начала поворачиваться, чтобы уйти. Молча. Ни о чем не думая… Но мысли упорно пытались вернуться к теме моего Дара, о котором ректор ничего особого не сказал. «Не заметил? Не счел нужным упомянуть? Нет-нет! Не думай об этом! Вдруг он всё еще следит за моими мыслями? Лучше думай об учебе, библиотеке, архивах… А что, если в архивах… Вот об этом даже мысленно не намекай! Просто уйди отсюда!»

— Я надеюсь, — вкрадчивый бархатный бас перебил мои суматошные мысли, заставил замереть на месте, — вы не забыли, что вечером вас ждет Ледяной Лабиринт?

Кивнув, я завершила поворот и, стараясь не бежать, поспешила к заветному выходу.

— В следующий раз я надеюсь, вы уже будете знать…

Я замерла перед закрытой дверью.

— Что думать о доме, пересекая Грань, категорически запрещается. Можно и навсегда потеряться, а не всего лишь на три часа. — Проговорив это угрожающим тоном, ректор тут же сменил интонацию на добродушную: — И, кстати, выйти из кабинета ректора можно только с его разрешения. О котором требуется предварительно спросить.

— Я могу выйти? — Прошептала, не оборачиваясь и сдерживая нервную дрожь.

— Ну не такой уж я и страшный, ласира де Флар. — Бас ректора был обманчиво добрым, как у любящего дядюшки, которого у меня, к счастью, никогда и не было. — Идите, конечно. И, кстати…

А я и не двигалась. Ожидала, что сейчас будет маленькое