Полюбить Рождество - Елена Богданова

— Ценю твои комплименты, — выставив руку вперед, я остановила его порыв приблизиться. — Но, если ты не возьмешь себя в руки, нам предложат отдельную комнату, чтобы уединиться.

— Неплохая идея. — смеётся Никита и уголки моих губ тоже растягиваются в улыбке.

— Вы о чем? — подойдя к нам, спросил Дима.

— Думаю прочитать свою речь Ане позже этим вечером, — как ни в чем не бывало бросил Ник, блеснув своей улыбкой. — Чтобы она дала мне… несколько советов.

— Не уверен, что это хорошая идея, — возразил Дима и, я надеюсь, на паузу в словах Никиты он не обратил внимания. — Оратор из Ани так себе.

— Если бы я знала, какого ты мнения обо мне, я бы ни за что не согласилась на поздравления. — в шутку толкнула брата в плечо. — Но теперь у меня появилась определённая свобода действий. И, как ты думаешь, может мне, следует упомянуть те каникулы в Крыму, когда ты…

— Аня, — поморщился Дима. — Пожалуйста, не могла бы ты не упоминать мои прошлые отношения на моей свадьбе?

— Но это часть забавы, — поддела я брата. — У всех есть прошлое…

— Вот подождем, когда ты… — Дима запнулся, словно испугался того, что хотел сказать. Но я уже поняла. Сама напросилась, чего уж… — Ань, прости. Я не хотел…

— О, смотри, это же дядя Саша, — перебила я его. — Пойду-ка я к нему и поговорю о наших двоюродных братьях.

Я поспешила удалиться, чтобы не слышать извинений Димы. И не видеть жалость в его глазах.

Никита Демьянов

— Бля, — застонал Димон, — Она собралась поговорить с ним о детях, с которыми он перестал общаться. Не прошло и десяти минут, а я уже вывел её из себя.

Я ничего не ответил и смотрел, как Аня поздоровалась со своим дядей и начала разговор. Я видел, как тот обнял её за плечи. Как она побледнела. А потом натянуто улыбнулась и сказала что-то такое, что заставило её собеседника нахмуриться.

Так-так… Аня вступила в игру без меня. Я пытался придумать предлог, как подойти к ней, чтобы не вызывать подозрений.

Димон тоже не спускал глаз со своей сестры, что было мне на руку, потому что друг не видел моего лица. Вдруг в моих глазах отражалась страсть или другие эмоции, которые рвались наружу после того как я увидел Аню в этом чёртовом платье. Под которым, если я не ошибаюсь, нет нижнего белья. И от осознания этого меня нахлобучивает нехило так. По раздувшимся в припадке масштабного напряжения мышцам дрожь проносится. Я еле сдерживаюсь, чтобы не сорваться с места и не утащить её всё-таки к себе. Провести незабываемую ночь, которую так давно хочу. Но… снова упираюсь в свою же стену. Хочу оттянуть этот момент как можно дольше. Познакомиться, узнать друг друга в психологическом плане. Мы, конечно, близки, но не то чтобы очень. Аня всегда была дополнением к Димону. Но сейчас всё изменилось. Я хочу узнать именно её.

Поэтому я сейчас стою и делаю вид, как будто меня не бомбит — нерушимо. Грудь на полный разворот плеч, рука в кармане и слежу за каждым её движением.

— А чего ты хочешь после того, как назначил свадьбу именно на это время года? — задвигаю я, якобы мне нет дела до их стычек. — Не говоря уже о том, что вы с Лилей втянули её в подготовку.

Дима повернулся и посмотрел на меня с подозрением.

— Когда это ты успел стать защитником моей сестры?

— С тех пор, как ты, позже, отказался от этой должности. — Внутри меня начал закипать гнев. — Дим, ты так и не ответил на мой вопрос. Что наводит меня на мысль, что ты всё-таки знал, как тяжело она будет переживать всё это. И даже не спорь со мной. Ты знаешь, что я прав.

— Мне не нравится, что ты принимаешь её сторону, а не мою. — огрызнулся он.

— Приятель, ты хоть слышишь себя? — я схватил бокал шампанского с подноса проходившего мимо официанта, чтобы немного успокоиться. От напряжения воздух чуть ли не звенел. — Речь идёт не о том, чью сторону принимать. Я говорю о том, что ты должен был поддержать свою младшую сестру в нелегкие для неё времена.

Димон выдохнул, а потом забрал у меня шампанское и выпил его залпом.

— Подожди, — сказал он. — Откуда тебе известно о её переживаниях?

— Она… эм… сама сказала мне.

— Она сказала тебе? — переспросил меня друг.

Чувствуя, что теряю моральное преимущество над Димой, я нервно провел рукой по волосам.

— Да, но только потому, что после пожара, случившегося в прошлую пятницу, мы заговорили о свадьбе… — я остановился слишком поздно.

— Когда именно после пожара? — друг смотрит на меня с подозрением, но я уверенно увожу разговор в другое русло.

— Примерно в то время, когда сказала мне, что Таня будет свидетельницей невесты. — подколол я его.

Я не гордился этим, но переведя разговор на мою бывшую подружку, спасло ситуацию.

— Послушай, насчет этого…

— Всё в порядке, — оборвал его я, когда во мне заговорило чувство вины. — Ты ведь ничего не мог сделать. Она познакомила тебя с девушкой, с которой ты собираешься связать свою судьбу. Это Аня сказала, — ответил я на незаданный вопрос друга.

— Похоже, она всласть потрепалась с тобой, — буркнул Дима, а потом покачал головой. — Мне следовало самому сказать тебе.

— Следовало.

— Извини. Я был занят подготовкой к свадьбе. Может быть, слишком, раз не увидел, что Аня нуждается в моей поддержке. — Он поставил пустой бокал на поднос и похлопал меня по спине. — Но это не значит, что ты можешь подкатывать к мой сестре.

— Что?..

Я запнулся, не понимая, как в нашем разговоре снова появились острые углы. По этой причине, а ещё из-за того, что Димон прибывал в каком-то странном настроении, я не стал говорить, что Аня не была неодушевленным предметом. Она была личностью с чувствами. Со свободой воли. Вместо всего этого, я лишь сказал:

— Я не понимаю, о чем ты.

— Напротив, — бросил Дима, и в его голосе прозвучала скрытая угроза. — Ты знаешь это сейчас и знал пять лет назад, когда зажимал мою сестру на озере. Она заслуживает большего, чем то, что ты давал девушкам, с которыми встречался после Тани.

Димон ещё раз похлопал меня по спине и удалился.

Я не сразу понял, что произошло, а потом ещё пару минут пытался сообразить, что чувствую по поводу слов, сказанных моим другом.

Дима говорил правду. В отношениях, которые я заводил после разрыва с Таней, не было никаких