Маленькая голубка - Лэйла Фрост

— когда она в последний раз надевала мою одежду, мое тело отреагировало. Я засунул свой член в пояс брюк, и его твердая длина уперлась в мой живот. Ткань, облегающая член, и неудобный угол наклона ничуть не уменьшили мой стояк, но, по крайней мере, он был скрыт.

Я отнес одежду в ее комнату и взял вещи, ожидавшие меня, прежде чем открыть дверь.

Маленькая голубка даже не подняла головы, когда я вошел. Но ее глаза проследили за тем, как я подошел к дивану, где она свернулась калачиком.

— Я принес тебе воду, обезболивающие, грелку и сменную одежду.

Ее взгляд упал на скомканную ткань.

— Я не могу это надеть.

— Почему?

— Потому что.

Я посмотрел на ее приталенные пижамные штаны и топ.

— Это будет меньше стягивать.

Она открыла рот, потом закрыла его. Ее веки тоже закрылись, щеки покраснели.

— Мне все равно, протечешь ты на них или нет. Это бывает, — ее глаза распахнулись, но я продолжал. — А Вера может отмыть все, что угодно.

И у нее есть опыт работы с пятнами крови.

Маленькая слезинка скатилась по ее щеке. Она смахнула ее, когда села и взяла одежду.

— Спасибо.

Должно быть, ей не хватало комфорта, потому что она не стала дожидаться, пока я уйду, и побежала в свою спальню. Через минуту она вернулась в моей одежде. Вещи были велики, но в этом и был смысл.

Я подождал, пока она примет обезболивающие таблетки, а затем передал грелку.

Она прижала ее к животу и обхватила руками.

— Спасибо.

Я полез в карман и вытащил бельгийский батончик от Фредди.

Ее красивые зеленые глаза стали огромными, и она облизала губы.

Господи.

Прежде чем мой хрупкий контроль лопнул, я передал ей шоколадку и быстро убрался оттуда.

Мне нужно держаться от нее подальше.

Глава 11. Скачок во времени

Джульетта. Три недели спустя

Мне было скучно.

Более чем скучно.

Мне было так скучно, что я добровольно взялась за выполнение школьных заданий. Сидя на кровати с ноутбуком, я просматривала оставшиеся задания и вздыхала, когда понимала, что больше ничего делать пока не могу. Я закрыла его и встала на колени, отодвинув штору, чтобы посмотреть в окно.

Дождь все еще шел.

Проклятье.

Я прошла в гостиную и постучала в дверь.

Коул открыл.

— Что случилось?

— Мне скучно.

— Хочешь, чтобы Эш дал тебе еще заданий по математике?

— Боже, неееет, — резко ответила я. — Я сказала, что мне скучно, а не то, что хочу умереть от скуки.

Он слегка улыбнулся.

— Чего ты хочешь?

— Сделать что-нибудь. Мне уже все надоело.

— Дождь все еще идет, — придерживая дверь своим телом, он жестом показал себе за спину. — Хочешь прогуляться по дому?

Удивительно, но я не хотела.

За исключением некоторых запретных мест, я уже много раз обошла дом. Великолепные комнаты первые несколько раз вызывали восторг, но привлекательность быстро угасла.

Я предпочитала свою комнату остальному дому. Впервые в жизни у меня было собственное пространство — пусть и временное.

Иногда, поздно вечером, когда мрачные мысли пускали корни и проносились в моем мозгу, я задавалась вопросом, держат ли они меня взаперти.

Или я сама это делаю?

— Ты покажешь мне запретные комнаты? — спросила я, хотя знала ответ.

— Нет. Хочешь воспользоваться тренажерным залом?

— Фу, точно нет.

Он хихикнул.

— Кинозал?

Я покачала головой и указала пальцем за плечо.

— У меня здесь есть фильмы.

— Да, но не большой экран с креслами и попкорном.

— Все еще недостаточно интересно.

— Ты должна дать мне немного времени, чтобы я мог еще подумать.

— Я хочу… не знаю. Рисовать. Вязать. Возиться с глиной. Черт, я бы попробовала макраме, а я даже не знаю, что это такое. Я просто хочу что-нибудь сделать.

Он не стал смеяться надо мной или закатывать глаза от того, что я прошу большого плохого парня достать материалы для рукоделия.

— Я посмотрю, что можно сделать.

Дверь закрылась, и, поскольку отчаянные времена требовали отчаянных мер, я взяла свой iPad и поиграла в несколько математических игр, рекомендованных мистером Ридом.

В математике не было ничего веселого и увлекательного, но, по крайней мере, это на какое-то время отвлекало меня от скуки.

Или, скажем, на пятнадцать минут.

Я переключилась на iBooks, но ничего не заинтересовало меня, поэтому я включила телевизор и стала просматривать каналы.

Когда я уже сидела на диване, закинув ноги на спинку и свесив голову с подушки, дверь снова открылась.

— Тебе действительно скучно, — сказала Коул, ставя у стены два полных пакета.

От волнения я так быстро села, что голова поплыла.

— Я просто делаю это ради приятного, сладкого прилива крови к голове.

— Если ты думаешь, что это кайф, подожди, пока не попробуешь текилу.

— Это предложение выпить одну или несколько стопок? Тогда побольше лайма и соли, пожалуйста, — пошутила я.

— Нет, спасибо, мне не хочется, чтобы меня сегодня подстрелили.

— А?

— Ему даже не нравится, когда ты пьешь кофе. Если бы я дал тебе алкоголь, он бы прострелил мне коленные чашечки, — мужчина согнул и разогнул ногу. — А мне нравятся мои коленные чашечки.

— Я думала, это мисс Вера ограничивает меня в кофе.

Коул не только не ответил, но и избегал смотреть на меня.

Как в старые добрые времена.

У меня сложилось впечатление, что делиться какой-либо информацией было категорически запрещено. Пожалев его и не желая возвращаться к игнорированию, я оставила все как есть.

— Ну и ладно, я все равно больше люблю пина коладу.

Он все еще молчал, но слегка улыбнулся. Придерживая дверь одной ногой, он протянул руку в коридор за еще несколькими пакетами.

Неужели они не могут сделать что-то наполовину?

Я махнула рукой в сторону покупок.

— Я просто хотела купить пряжу, цветные карандаши или что-нибудь еще. Мне не нужно было все это.

Он пожал плечами.

— Теперь у тебя есть выбор. Кричи, если понадобится что-то еще.

Что еще мне может понадобиться?

Когда он ушел, я достала все и выложила в ряд, надеясь, что меня посетит вдохновение. Там было с десяток мотков пряжи разного качества и цвета, спицы, несколько крючков разных размеров, а также несколько книжек-раскрасок для взрослых с цветными карандашами и гелевыми ручками.

Подойдя к пряже, я взяла самый яркий цвет и две спицы, а затем загрузила на YouTube урок для начинающих. Я обнаружила, что создавать что-то своими руками — весело. Я даже не знала, что это окажется так круто.

А еще я обнаружила, насколько чудовищно неумело я это делаю.

Но все равно