Сердце Дэва. Искатель - Елена Майская

Сама того не заметив, Мила пришла домой и опомнилась, лишь когда открывала входную дверь. Нюра как раз прибиралась в прихожей.

— Добрый день, госпожа, — приветствовала она Милу, на секунду оторвавшись от уборки. — Ваша матушка в оранжерее, а брат ещё не явился.

— Спасибо. Привет, — Мила оставила учебники на тумбочке и направилась к маме.

Дверь в оранжерею находился на кухне, напротив входа в подвал. Полностью прозрачная, через неë как будто открывался вид на другой мир. Тропические растения с яркими крупными цветками, расползающиеся повсюду лианы и плющи. И невысокое дерево с толстым, будто бочка, стволом. В Адамаре ничего подобного и близко не было.

— Мамуль, ты где? — окликнула Мила с порога.

Мама отозвалась откуда-то из глубины джунглей. Попросила подойти. Мила вздохнула и шагнула вперëд.

Не нравилось ей сюда заходить. Душно, влажно, да ещё со всех сторон скалятся цветочки. Вот и сейчас. Не успела Мила отойти от двери, как возле уха что-то клацнуло и огорчëнно зашелестело обратно. Тут же с другой стороны застрекотали в стеклянной колбе маленькие кактусы. Они стреляли ядовитыми шипами во всех, кто подходил к ним ближе, чем на десять шагов.

— Ма-ам, может, ты сама ко мне подойдëшь? — застонала Мила. Идти вперëд было слишком страшно.

Наина Вячеславовна выглянула из-за дерева. На голове пеньковая шляпа с мелкой прочной сетью, закрывающей лицо, тело спрятано под плотный зелёный костюм, а на руках — внушительные перчатки. В такой одежде не то что цветы — даже драконы покажутся домашними питомцами.

Увидев, что дочь стоит среди оранжереи в блузке и короткой юбочке, Наина Вячеславовна гаркнула не своим голосом:

— Вон отсюда!

Мила вздрогнула и выскочила в кухню. Мама прибежала следом. Скинула шляпу и перчатки и принялась осматривать дочь. Руки, подмышки, задрала юбку и придирчиво оглядела ноги. Взяла Милину голову, склонила к себе и осмотрела волосы. Затем хотела и блузку расстегнуть, но тут уж Мила еë остановила:

— Да всё в порядке, мам. Меня никто никуда не кусал, я бы заметила.

— Какого лешего ты вошла без защиты? — успокоилась Наина Вячеславовна и оставила дочь в покое. — Я сколько раз тебе говорила, что…

— Но ты же сама меня позвала, — надула губки Мила.

— Да? — мама на секунду задумалась, а потом нехотя согласилась: — Ну да. Там просто период опыления у Defiskus Microtingus, а они жутко прихотливые в выборе партнёра. Никак не соглашаются по парам распределиться. Всë ревнует друг друга и дерутся. Прям как дети малые.

— Мам, это ты про кого? У тебя там животные, что ли, завелись?

— Что? Не-ет, просто редкий цветок из долины Тонако. Афоня из прошлой экспедиции привëз. Знала бы я, что они такие капризные, даже не подумала бы их разводить. Ну да ладно. Почти всех я по парам разделила, а остальные, коль не хотят по-хорошему, пусть дальше носами крутят.

— У них даже носы есть? — улыбнулась Мила, представив, как это могло бы выглядеть.

— Нет у них ничего: ни носов, ни стыда, ни совести.

— Мамуль, я спросить хотела: ты про Фринна что-нибудь выяснила?

— Про Фринна? — нахмурившись переспросила Наина Вячеславовна, но лоб еë быстро разгладился. — Ах, да! Нет, пока не смотрела. Не до него было.

Она стала расстëгивать куртку.

— Так может, сейчас посмотрим вместе? — предложила Мила.

— Он что, опять к тебе приставал? — насторожилась мама.

— Нет, что ты! Просто сегодня после уроков я заглянула к Вернеру. Помнишь? Наш сосед-затворник. Он столько гадостей про Фринна рассказал, что я даже не могу в это поверить.

— Отто Вернер? Знаешь, Мила, Отто слов на ветер не бросает. Если он сказал, что Фринн плохой человек, значит, так и есть.

— Мам, но этого не может быть. Я же с профессором сама разговаривала. Уж, наверное, заметила бы хоть какие-то намëки на это, — упорствовала Мила. — Вот я и хочу узнать, что о нëм говорил папа. Это важно! Мне, в конце концов, профессору ещё курсовую сдавать.

— Нашла о чëм переживать, — рассмеялась мама. — Не оставайся с ним наедине, и всё будет нормально. А ещё лучше — носи с собой нож. На всякий случай.

Она сняла куртку и повесила еë в шкаф возле двери. Потом сняла штаны, оголив стройные ноги с гладкой кожей и упругие ягодицы. Мила часто удивлялась, как мама умудрялась оставаться в отличной форме. Она ведь из дома почти не выходила. Разве что в театр по выходным. А выглядела так, будто из тренажёрного зала не выбирается. Наверное, яд какого-нибудь сухоцвея или экстракт корня малмации. Но эту тайну Наина Вячеславовна хранила крепко.

Пока Мила рассуждала о том, когда на еë бёдрах появится апельсиновая корка, мама надела домашнее платье кремового цвета, сложила перчатки и шляпу к костюму и закрыла шкаф.

— Ну, пойдëм, — сказала, явно недовольная, что пришлось оторваться от любимого дела.

В кабинете Наина Вячеславовна обогнула стол и достала из нижнего ящика связку пухлых записных книжек в плотных кожаных обложках. Выбрала третью сверху и села в кресло. Мила встала рядом, над правым плечом.

— Кажется, это было здесь. Восемьдесят третий год, — тихо проговорила мама, листая книгу. А потом указала пальцем на нужную строку и объявила: — Восьмое апреля.

— Можно мне? — спросила Мила и взяла книгу.

Ровный папин почерк плотно покрывал пожелтевшие листы. Читать было просто, будто это печатный шрифт.

«8 апреля 2783 года

Сегодня добрались наконец до Порт-о-Лейн. Штиль немного сбил наши планы, но при благоволении Дэва скоро мы всë наверстаем.

Остановился в таверне «Вислана». Будто и не покидал еë. Распорядитель всё тот же Завьялов, да и половые с горничной как будто всë те же. Люблю это место. Вся бухта как на ладони, ничто не мешает ветерку, и жара становится вполне сносной. К тому же мой излюбленный номер на четвëртом этаже оказался свободен.

За ужином познакомился с молодым искателем Казимиром Фринном из команды Отто Вернера. Замечательный человек, надо сказать. Любознательный, отзывчивый. Он мне напоминает меня самого, когда я только начинал путь искателя. Надеюсь, у него получится всё задуманное.

9 апреля 2783 года.

Сегодня договорился о неплохой скидке на провизию, так что получится выдать парням побольше карманных денег. Главное, чтобы не загуляли. А то Фрязин уже успел вчера напиться и влезть в драку с тремя молодчиками из Кесеры. Отправил его за это на гауптвахту.

Фринн опять меня удивил. Он считает, что сможет найти Сердце Дэва (впрочем, какой искатель об этом не мечтает), и даже вывел вполне разумную теорию. Процитировал целые главы из Вечной Книги, вдобавок сослался