Золотой - Шеннон Майер

– Собака. Дай угадаю, мой брат взял тебя из приюта? Спас тебя? – Из него вырвался тихий смешок. – В любом случае, где мой братишка? Где этот трус?

Прекрасный вопрос. Встав на лапы, я гавкнула, но этот звук был тихим и жалким. Мне ничего не оставалось, кроме как броситься в гостиную. Чтобы выбраться отсюда, нужно пробежать через кухню к задней двери.

Топор снова пролетел рядом, в этот раз срезав пучок шерсти и кончик моего уха. Я заскулила и завыла, бросаясь в сторону. Я знала, что если остановлюсь, то он разрежет меня пополам этой штукой. Я чувствовала, как теплая кровь брызнула из моего уха.

Бэбе прыгнула на спинку дивана, раздулась примерно вдвое и испустила вопль, который заставил мужчину отвлечься от преследования.

– Кошка, ты тоже хочешь умереть? – прорычал он. – Это по мне.

– Пошел ты, отвратительный ублюдок! – прокричала Бэбе, когда он повернулся к ней. Я не могла позволить ей умереть. Только не из-за меня.

Я прыгнула вперед и, схватив его за ногу, оттащила в сторону. Он не сумел удержать равновесие, поэтому упал на одно колено. Очевидно, во мне все еще сражалась моя волчица. Я продолжила дергать его за ногу, пока он не рухнул всем телом на пол. Мужчина повернул голову и зарычал на меня. Его волк казался сильным. Жестоким. Полным гнева.

Наши взгляды встретились, и ужас пронзил меня. Даже моя волчица поежилась от него.

Монстр. Этот оборотень был монстром.

– Беги! – я закричала Бэбе, и мы кинулись к кухне. Мы бы вылетели через дверь, но она была закрыта. Хан сбежал и закрыл ее за собой.

– О дерьмо, дерьмо, дерьмо! – Бэбе ругалась, пока царапала дверь. В лучшем случае у нас было несколько секунд.

Верхняя часть двери из стекла. Вопрос в том, насколько оно было прочным? Потеряю ли я сознание? Что ж, хотя бы буду в отключке и не почувствую смерть от топора.

Есть только один вариант проверить. Я отошла, когда рев брата Хана раздался на весь дом. Рев, который превратился в вой, сотрясший мое тело.

Я разогналась и, прыгнув, ударилась о стекло двери. Оно разбилось, а я вывалилась наружу. Низ моего живота пронзила боль от порезов, которые оставили осколки, застрявшие в раме.

Заскулив, я упала на землю, но не остановилась. На кону было выживание. Бэбе перепрыгнула сразу за мной, и после мы со всех ног побежали подальше от дома.

– Он все еще за нами?! – визжала она.

Я оглянулась через плечо. Тот темноволосый монстр стоял на улице и наблюдал, как мы сбегали. С рацией у рта. Я не могла привести его к Хану.

Почувствовав запах Хана чуть позже, я поняла, что он свернул влево, подальше от дома. Я последовала за своим носом и моей парой, молясь, чтобы с ним все было в порядке. Был ли он ранен? Не думаю.

Запах Хана разносился по улицам Венис-Бич, и у меня ушел час на то, чтобы отыскать его. К этому времени у меня практически не было сил.

Хорошая новость? Хан наконец остановился. Плохая? В ресторане.

Что он делал в ресторане после того, как убил того мужчину и чудом сбежал от своего злосчастного брата? Я чего-то не понимала? Даже задавалась вопросом, чем он только думал, черт возьми, оставляя меня там, в доме, где произошло убийство? Он специально? Погнался ли он за Солейл?

Это походило на причину. Он взял телефон убитого мужчины. Я даже готова поспорить, что Хан нашел зацепку.

Я ничего не понимала, к тому же потеря крови медленно сказывалась на моем здоровье, заставляя чувствовать себя вялой и потерянной. Все, что я могла сделать, это сесть у двери ресторана (китайской еды навынос) и залаять.

Я лаяла.

Лаяла и лаяла.

Пока кто-то наконец не подошел к дверям.

– Кто-то оставил свою собачку здесь?! – прокричала женщина в открытые двери ресторана.

– Боги, Принцесса! Что случилось? Я думал, ты убежала! – Хан сразу же показался.

Он подхватил меня, и тогда я потеряла сознание.

Снова.

11

Ранена и телом, и душой

Я очнулась в совершенно белой комнате, которая по запаху походила на антисептик, смерть и собачье дерьмо. Не лучшая комбинация. В какой-то момент я подумала, что снова в приюте. Может, Хан отправил меня сюда, так как это было проще всего. Я ведь так и не нашла женщину по имени Солейл. Все, что я сделала, это напоролась на топор. Испачкала все кровью. Сомневалась в своей паре.

– Она будет в порядке? – Я услышала голос Хана прямо рядом со своим ухом, это подействовало на меня успокаивающе. Он думал, я убегу.

– Она потеряла много крови. Я подлатала ее, и мы поставили капельницу. Пару недель она будет в таком состоянии. – Второй голос был низким и мелодичным.

Мне удалось открыть глаза.

Женщина была круглой, как пляжный мяч, с добрым лицом и прекрасными карими глазами. Она поправила очки и покраснела, смотря на Хана. Я не могла винить ее. Он тот еще красивый ублюдок.

Я открыла рот, из меня вырвался тихий «гав».

– Ох, она очнулась так быстро! – Женщина, вероятно ветеринар, подошла ко мне и осмотрела, ее руки были осторожными и нежными. – Мне пришлось сбрить шерсть на животе, но она отрастет. Не понимаю, как она потеряла клок шерсти на спине? Срез такой точный, словно от лезвия бритвы. То же самое с порезом на ухе, – проговорила она.

Совсем забыла об этом. Спина и ухо не болели так сильно, как рана на животе, которая, казалось, была на том же месте, куда попала пуля.

– Уверен, она просто связалась не с той собакой, – пробормотал Хан. – Я могу отвезти ее домой?

Дом. Он не собирался избавляться от меня.

Между прочим, то, что случилось дальше, заставило меня сомневаться, хотела ли я туда возвращаться.

– Может, вы могли бы пойти с нами? Выпить со мной? Это меньшее, что я могу сделать после того, как вы впустили нас в свой дом и помогли посреди ночи. – Он улыбнулся и взял ее ладонь в свои руки.

Он что… Предлагал ей переспать?

Ее заикающийся ответ сказал все сам за себя. Предлагал. И, как и любая женщина, она не посмела бы отказаться.

Так я и оказалась запертой в одной из запасных спален дома, слушая, как ветеринар издавала самые разные звуки, пока Хан проводил с ней время.

Бэбе была рядом со мной. В этот момент я перестала думать, что Свен и Хан могут заметить ее. Может, им было все равно. Может, она была всего лишь галлюцинацией.

– Господи, он выкладывается на полную. – Бэбе лежала, свернувшись клубком между моими передними лапами. – То есть ритм действительно хороший. Сильный стук, – продолжала она.

В