Жестокие игры в академии драконов. Часть 2 - Анна Алексеева

Аллен усмехнулся, а Ноа, не моргнув глазом, ответил:

– Так как вы дочери Аллена, я точно знаю, что в вас как минимум три четверти крови драконов. Почти чистая кровь. Вы должны были наладить связь со второй ипостасью лет в восемь-десять, а рост и развитие должны были замедлиться, потому что развивать приходилось бы обе ипостаси. Однако, ни одна из вас до сих пор не обернулась драконицей, и резерв у обеих ограничен. Такое может быть в том случае, если он у вас заблокирован.

– Как? – не поняла я.

– Представьте, что резерв – это банка, а сила внутри него – дрожжи. Они зреют, их объём увеличивается, и однажды просто переваливают через край. Ваши банки плотно закрыты крышкой, и дрожжи хоть и поднимаются, но вырваться наружу не могут. Так будет продолжаться до тех пор, пока давление внутри не достигнет критических значений.

– И… что это значит? – негромко поинтересовалась Эрика. – Может быть, давления никогда не будет достаточно?

– Скорее всего у блока есть условие снятия. Правда, знать его может только тот, кто этот блок поставил.

– А кто это был, вы, конечно, не знаете, – догадалась я.

– Возможно, это моих рук дело – или моей жены, – заметил тот, кто назвался нашим отцом. – Но жены давно нет, а я ничего не вспоминаю даже под усиленным контролем медиков.

– Я бы предложил вам перейти в академию Истхелльгена, – заметил Ноа. – Там вы будете под присмотром моих людей, а образование там точно не хуже, чем здесь. К тому же, вы сможете выбрать между факультетом ледяной стихии и отделением мультистихийности. Клан всё оплатит. Если, конечно, вы не против.

Эрика открыла было рот, чтобы ответить, но я сказала первой:

– Я против.

Она посмотрела на меня с таким искренним удивлением, будто такого ожидала от меня в последнюю очередь.

– Могу я поинтересоваться, почему? – спросил глава клана.

– Мой отец, он сейчас в Храме Золота на лечении, но его ведь скоро выпишут?

– Скорее всего да, если его память не восстановится в течение месяца, держать его там дальше резона нет.

– В таком случае, я остаюсь здесь, чтобы иметь возможностьь навещать отца и помогать ему, – заявила я и почувствовала, как кровь начинает приливать к щекам, потому что, хоть в моих словах и была истина, намного более существенная причина оставаться была совсем в другом.

– Мы обеспечим твоего отца всем необходимым. Жильё в столице, пособие, уход. Ему не обязательно возвращаться в Ледяной Дол.

Я так и замерла с открытым ртом, потому что другой “приличной” причины не менять академию у меня не было. Прошло всего три учебных дня, это явно не тот срок, чтобы прикипеть к месту и людям.

Хотя, как выяснилось, достаточный, чтобы прикипеть к некоторым драконам…

– Я всё равно хочу остаться здесь, – сказала я упрямо и потупила взгляд. – Вся моя жизнь прошла в Ледяном Лесу, и не хочу его покидать.

Такой себе повод, но лучшего у меня не было.

– Я тоже остаюсь, – добавила Эрика, и мой взгляд взметнулся к ней. – Лина такая наивная, что постоянно встревает в неприятности. Должен же кто-то за ней приглядеть.

Мужчины посмотрели друг на друга. Ноа вновь задумчиво постучал скрещенными пальцами по столешнице, Аллен развёл руками.

– Их право, – сказал наш кровный отец.

– В таком случае, – выдохнул глава клана, – Аллен остаётся здесь, рядом с вами. Сюда же я направлю группу Лоранов, которые продолжат заниматься вашими общими воспоминаниями.

После этих слов Ноа сжал губы и ударил по столу:

– Пропало больше двух сотен человек, и вы – единственная наша зацепка.

Я покивала:

– Мы сделаем всё, что в наших силах.

Эрика только хмыкнула.

Глава 8

Линаэль

– Признаться, я большего ожидала от встречи с настоящим отцом, – сказала я, глядя в одну точку перед собой. – Думала, почувствую что-то особенное, любовь какую-то, радость. Что он меня обнимет, обрадуется.

– А ничего не произошло, – хмыкнула Эрика. – Он просто нас не помнит.

Мы сидели в каморке хозяйственного этажа, которая служила нам с сестрой официальной комнатой, и готовились к празднику. Эрика заплетала мне волосы, устроившись на кровати с ногами, и мы вновь и вновь возвращались разговором к встрече, которая прошла утром.

– На самом деле, это не совсем так. Кое-что всё-таки было.

– М-м? – вопросительно промычала Эрика, и я постучала пальцем по губам, припоминая.

– Когда мы зашли в приёмную, я почувствовала какое-то движение силы между мной и… отцом. Не могу я его так называть. Для меня “отец” – совсем другой человек.

– Так и не называй. Он нам действительно по большому счёту никто, как и мы для него. Так, генетический материал.

– Какая ты циничная-я, – протянула я. – Вот ты не помнишь, а он, может, когда-то тебя на шее носил, конфетами угощал, превращался в дракона и поднимал в воздух…

– Ага, чтобы пятилетний ребёнок обделался от страха, – фыркнула она.

Я махнула рукой. Эрику жизнь явно потрепала куда больше. Такая толстая кожа не отрастает просто так.

– Хорошо, что ты согласилась пойти на день рождения близнецов. Мне так будет спокойнее.

– А главное, мне будет спокойнее, – Эрика закончила заплетать мои волосы и развернулась спиной, передав мне расчёску. – Хотя в этот раз за тобой будет профессор присматривать, что может случиться?

– Вдруг ему придётся отойти по-маленькому, – хихикнула я, а потом шёпотом добавила: – Или даже по-большому. Он же тоже живой человек, и не может целый день стоять на посту.

– Я слышала, что вместе с ним будет дежурить мисс Венга, а её в академии боятся ещё больше, чем твоего благоверного.

– Правда? За что? Она ведёт боевые предметы?

– Если бы! Она методист, и входит в состав комиссии, которая принимает все зачёты и экзамены. Они с Райнером в этом смысле вроде как команда. Сама Венга преподаёт структурную магию артефактникам, и единственный способ получить у неё зачёт – это автомат. То есть,