Обычная история - Юлия Резник

Зарываюсь носом в подушку. Дышу со свистом.

— Так нормально? Или повыше?

— Одежда перекрутилась. Давит.

Признаться в этом не так-то просто, как и просить помощи, но я-то знаю, что то, что сейчас ощущается легким дискомфортом, через полчаса неподвижности покажется адом.

— Попросить Стрельникова снять?

Он что, прикалывается?!

— Я сама, — цежу сквозь стиснутые зубы. Валеев закатывает глаза. И принимается осторожно меня раздевать. Я сглатываю. За всю жизнь до этого меня касался один мужчина. А за сегодняшний день — аж два. Определенно, я иду на рекорд.

Глава 13

Миша

Настроение — пиздец. Чувствую себя абсолютно беспомощным. Вон, Таир — какой молодец. Уколы ставит. А я ни черта не умею. Как-то никогда не возникало такой необходимости. И слава богу, конечно. Может, научиться?

Достаю сигарету из забытой Таиром пачки. Подкуриваю. Из памяти выныривает расплывчатый кадр — выпяченная худенькая попка, струящиеся по спине роскошные волосы. Толчок. И ор.

Прикрыв лицо ладонью, тихо угораю. Нет, это только со мной могло такое случиться. Как, сука, сглазили! А все так хорошо начиналось — красивая телка, вспыхнувшая похоть. Как минимум могли бы отлично потрахаться. Как максимум — нырнуть в отношения. Я не против совсем. Давно пора. Наверное, старею. Беззаботная жизнь уже не манит так сильно, как раньше. Тусовки осточертели. Меркантильные одноразовые телки — тоже. Срывы с неодноразовой — и того сильнее. Хочется чего-то настоящего. Давно уже хочется. Правда, Кэт говорит, ей совсем не до отношений. Так, может, и лучше, что ничего у нас по итогу не вышло? Да, скорее всего. Если бы только не эта чертова неудовлетворенность. Заебало.

Делаю две глубоких тяги подряд.

Такой шок пережили — а ты смотри, ожил, да, Мишка? Поправляю член в штанах. В затылке противно тянет. От мысли, чем это для меня закончится — мутит. Я не хочу… Но когда, сука, я мог противостоять этим желаниям? Нет, в каких-то случаях получалось, но не так часто, как мне того бы хотелось. Чертов слабак.

Отбрасываю бычок и, сунув руки в карманы, поднимаюсь в квартиру. И замираю на пороге комнаты. Какого хрена?!

— Давай попытаемся это надеть, — уговаривает Таир полностью голую Кэт.

— Не могу, — хнычет она, тяжело дыша. — Я раздевание еле пережила.

— Давай, — подбадривает Валеев, потрепав Кэт по макушке, — у тебя все получится. Ну не голой же тебе лежать, Кать!

— Да не могу я! — рычит она.

— Не поздно стесняться? Ну, хочешь, я Мишу позову? Он поможет.

— Нет!

Нет? Ну, ок. Наверное, надо осмыслить, почему так. Вариантов здесь не то чтобы много. Подумав, склоняюсь к мысли, что Кэт может просто не хотеть, чтобы я ее лицезрел в таком непрезентабельном виде. Бабы в этом смысле странные существа. Была у меня одна, которая в пять утра вскакивала, чтобы сделать макияж к моменту моего пробуждения. Я так и не понял, на хрена это все. Ну, то есть понятно — хотела больше понравиться. Но, будем честны, этот способ никогда не работал. Притяжение — оно либо есть, либо нет. И внешность тут совершенно не имеет значения. Или это у меня только так? Су-у-ука. Ненавижу!

Достаю из кармана телефон и быстро печатаю: «Кэт, я ушел. Если будет что-то надо — не стесняйся обращаться, ок? Я переживаю».

И все еще хочу попробовать, вдруг у нас что-то получится. Почему-то с ней это кажется действительно возможным. Кэт — живое воплощение того, как я себе представляю свою идеальную спутницу. Она красива, умна, стройна, и мы варимся в одной сфере, а потому вряд ли заскучаем вместе. Что же касается ее прошлого — оно меня не пугает. Скорее даже, наоборот, делает эту женщину как будто доступнее. У нее скелеты в шкафу, у меня… Просто идеальная пара. Срастемся комплексами, как сиамские близнецы, и зашагаем по жизни вместе. А там, даст бог, постепенно от них и избавимся.

Да, Мих?!

Поднимаюсь домой. Стук хвоста о пол слышу еще с улицы. Мой золотистый ретривер Рич, как любой пес, заранее чувствует приближение хозяина.

— Ты ж мой бармалей. Папин красавец, — шепчу, почесывая пса за ушами. — Гулять?

Битье хвоста о пол становится интенсивнее. Улыбка кобеля растягивается от уха до уха. Рич с громким тявканьем делает круг вокруг собственной оси, срывается с места и возвращается, таща в ухмыляющейся пасти поводок.

— На весь дом поднял шум, — говорю ему, косясь на стену, отделяющую мою квартиру от квартиры соседей. От греха подальше побыстрее сбегаю вниз. Рич делает свои дела, я убираю результат в гигиенический пакет и уже расслабленно иду дальше к променаду вдоль озера. Здороваюсь со знакомыми собачниками. Рич несется к хвостатым друзьям, кружит туда-сюда, вовлекая пёселей в игру, но я командую идти дальше. В голове сумбур, и хочется тишины, которая здесь просто невозможна. А вот в леске за озером, особенно если отойти подальше — вполне. Убегая, Рич утопает во тьме, как в липком густом мазуте. Мир потихонечку засыпает на пушистой подушке затянутого тучами неба. На душе тревожно. И предчувствие того, что сегодня я тупо не выдержу, собирается внизу живота тянущей тупой болью.

Обреченность… Вот, что я ощущаю, пробираясь сквозь густую траву. Бесполезно! Сегодня можно было даже и не пытаться.

— Рич! Домой…

Путь обратно занимает всегда меньше времени. Взгляд как примагниченный скользит по соседскому балкончику. Кажется, она сидит в кресле. Как чувствует, сука, что я опять сорвусь.

— Привет.

— Привет, Таш. Виделись же на работе.

— А тут нет, — пожимает пухлыми плечами. — Как съездили? Кэт увиделась с дочкой?

— Да. Все получилось. Только потом, прикинь, у нее спину прихватило.

— М-м-м. Жаль.

— Чего?

— Что ваше свиданье сорвалось.

— Да нет. Нормально все, — вру зачем-то. — А вот то, что она из обоймы выпала — херня. Только сработались.

— Ага. Она хороша, — соглашается Таша, поднимая на меня безмятежный взгляд. То ли правда ей насрать, то ли сцена по ней плачет. Бесит. — Ну, давай, пойду я уже. Пока, Рич!

Таша выбирается из садового кресла. Ротанг жалобно скрипит под ее весом. Оборачиваюсь на звук. В темноте Таша выглядит стройнее. Но все равно… Полные ноги, огромная, как луна, задница. Грудь размера… Блядь, я даже не знаю, существует ли в природе такой размер, или бельевая линейка заканчивается намного