Поцелуй убийцы - Хелен Харпер

— У вас есть возражения против таких условий? — спросил Кармайкл.

— Нет, — честно ответила я. Такие соглашения часто заключались ради всеобщего блага.

— Дело в том, что я доверяю Отряду Сверхов, — сказал мне Джонас. — Ваша команда доказала свою надёжность. Но полиция Лондона в целом имеет дурную репутацию. Я хочу помочь, но я должен быть уверен, что не будет официальных последствий против меня. Единственный способ достичь этого — это общаться только с вами.

Мюррею это не понравится, но нам нужно уважать тот факт, что Джонас вызвался предоставить информацию.

— Мне придётся позвонить и свериться с ведущим следователем по делу, что это будет уместно, — сказала я почти виновато.

Кармайкл и Джонас переглянулись.

— Мы бы хотели присутствовать при звонке, — сказал адвокат.

Справедливо. Они явно понимали, что у меня нет власти соглашаться на их требования, не доложившись перед этим начальству. Моё уважение к Джонасу выросло ещё на один пункт; я определённо больше не испытывала желания хихикать над ним.

Звонок не занял много времени.

— Что такое? — гаркнул Мюррей. — Нашла что-то? — он помедлил. — Произошло ещё одно убийство?

Я надеялась, что в его голосе прозвучало не рвение.

— Ко мне обратился гражданин, знающий о связи между двумя жертвами, сэр. Эта связь включает клуб, который посещали оба мужчины, — я обрисовала всё остальное, что знала, но не вдавалась в детали насчёт «Фетиша» или Джонаса, а также описала условия, выдвинутые Кармайклом.

Мюррей не колебался.

— Соглашайся на всё. Я хочу иметь всю информацию, которую только можно получить, чтобы найти этих двух убийц.

В слове «команда» не было буквы «я», если только речь не шла о детективе Мюррее. Надо радоваться маленьким плюсам; хотя бы он не противился разумным просьбам.

— Да, сэр.

— Кто-то слил прессе то, что мы ищем двух убийц, — выплюнул Мюррей. — Это вопиющая бессовестность, — он не потрудился спрашивать, не я ли слила новости. В то же мгновение я поняла, что сам Мюррей и поговорил с журналистом.

— Да, — сказала я. — Просто поразительно, что в рядах нашей полиции находятся люди, которые подвергают риску жизни людей, выдавая информацию, которая могла бы помочь нам предотвратить новые убийства.

Последовала секундная пауза.

— Действительно, — Мюррей фыркнул. — Не думай, — мрачно добавил он, — что информация, добытая тобой в клубе, избавит тебя от телефонной работы завтра. Тебе надо выучить урок.

Да, да. Я вздохнула про себя, сбросила вызов и кивнула двум мужчинам. Дело сделано.

— Что ж, — протянул Джонас. — Он кажется… — он помедлил, пытаясь подобрать верное слово. — …Приверженным своему делу.

Лукас, всё ещё стоящий у двери, хрюкнул.

Я подавила улыбку.

— Он такой.

Филеас Кармайкл кивнул, явно довольный, что я согласилась на все условия. Оно и к лучшему.

— А теперь, — сказала я, — давайте перейдём к насущному вопросу. Сегодня вы связались с Лордом Хорватом по вопросу двух жертв убийства, Гилкриста Боаста и Питера Пиковера.

— Да, — Джонасу как будто не терпелось поговорить о них. — Я был поистине шокирован, услышав об их кончине. Они оба в последние несколько недель часто посещали мой клуб, — он передёрнулся. — Такая ужасная жестокость.

Я ничего не говорила. Я хотела, чтобы Джонас заполнил пробелы вместо меня.

— Я знал Пита долгое время — он приходил сюда с момента нашего открытия четыре года назад. Он участвует во многих играх и часто выигрывает, — Джонас печально улыбнулся, затем поморщился. — Часто выигрывал, — он опустил взгляд.

— Как думаете, сколько денег он выиграл?

— Немногим меньше миллиона.

Я уставилась на него. Чёрт возьми.

— Я посмотрел перед вашим приходом, — услужливо сказал он. — Подумал, что вы захотите узнать точную сумму: 973 000 фунтов и 64 пенса.

Даже Филеас Кармайкл выглядел удивлённым.

— Это много денег, — сказала я. Более чем достаточно, чтобы оплатить такую роскошную квартирку. Неудивительно, что у Питера Пиковера как будто не было других хобби.

— Он никогда этим не бахвалился, — сказал мне Джонас. — Он был не из хвастунов. Я взял на себя инициативу и распечатал список всех игр, в которых он участвовал, а также данные его соперников. Может, кто-то не умел проигрывать, — он передал лист бумаги.

Я посмотрела на него и напряглась.

— Это последняя игра, в которой он участвовал? — я постучала по вершине списка. — Поедание на скорость?

— Да, — голос Джонаса понизился до шёпота. — Он сыграл только против одного оппонента. Гилкрист Боаст.

— И Боаст победил?

Джонас кивнул.

— Пит не мог побеждать всегда.

Неудивительно, что Джонас решил выйти на связь. Спустя менее 48 часов после «игры» оба мужчины погибли.

— Другие ваши клиенты делали ставки на исход? — спросила я.

— Да. Мы не ведём записи по ставкам на стороне, но я просмотрел записи камеры и опознал всех, кто участвовал, — он передал мне другой лист бумаги. На нём было минимум пятьдесят имен.

Я выдохнула.

— Питер Пиковер был человеком. Как он узнал о вашем клубе?

Джонас покачал головой.

— А как все узнают? Сарафанное радио, наверное. Он знал кого-то, кто знал кого-то, кто… ну, вы понимаете.

— Он как-то взаимодействовал с Гилкристом Боастом, не считая этой игры?

— Честно, я понятия не имею. Я не видел ничего между ними и не смог найти что-либо на камерах… но у меня и не было много времени для просмотра, — он поднял флешку. — Каждая минута записи с каждой камеры за последний месяц сохранена здесь. Я хочу, чтобы вы нашли того, кто это сделал, детектив. Если между их смертями и клубом существует связь… — Джонас умолк на полуслове.

Ему не нужно было слышать от меня, что это весьма вероятно.

— Спасибо вам, — сказала я. — Это правда поможет.

Джонас облизнул губы и нервно посмотрел на Кармайкла.

— Что такое? — спросила я. — Есть ещё что-то?

Он неловко поёрзал на стуле.

— Я получил письмо. Его доставили