Перепиши судьбу, или Второй шанс для герцогини - Наталья Белецкая

– Женами твоих братьев, разумеется.

– А остальные?

– Мой брат, шурин и отец.

– Вы не очень похожи, но, думаю, работницы из театра поправят это. У меня есть еще вопрос: что от нас потребуется, как от фиктивных замужних дам?

– Подтвердить, что вы замужем. Что же еще? Никакой стирки за супругом, готовки в полевых условиях...

– Готовить и стирать у нас умеют все, – перебила я, – меня обучали и этому тоже. Вопрос в другом. Мы ведь будем ночевать в гостиницах и тавернах?

Надеюсь, не в общих номерах с "мужьями".

– Да, но только в крайних случаях. Видишь ли, селяне довольно прижимисты, и отдавать деньги за ночь в гостинице считают пустой тратой денег, особенно если есть фургон.

– Но все мы там не поместимся.

– Женщины поместятся, а мы будем спать на улице. Только в сильную непогоду имеет смысл ночевать в придорожных трактирах. К слову, нас будут искать, и гостиницы проверят в первую очередь.

Не похоже, чтобы он даже подумал о том, чтобы снимать комнаты для супругов. Наверное, если пойдет дождь, снимем один номер для мужчин и один для женщин.

– Что ж, наша история мне понравилась, – одобрила я, – нужно только проработать детали.

Обсуждение заняло еще кое-какое время. Двух дам из театра я приказала покормить. Нала посадила их за столик, который отгородила ширмой, а потом принесла поднос с закусками. Мужчины проводили еду голодными взглядами. Надо будет чуть позже организовать обед, но пока мы не решили вопрос с документами.

Для удостоверения личности нужны были слепки ауры и небольшое изображение лица. И то, и другое нужно было делать с помощью магии. Однако для этого необходимо сначала загримировать человека. Пока же у нас были только три изображения из десяти. Ясмира я не считала, потому что у него должны быть документы.

Как замаскировать остальных людей, но сделать это так, чтобы быстро вернуться к изначальному цвету волос и бровей? Парик – хорошее решение, но в дороге с ним придется тяжело, да и всем не наденешь.

Конечно, можно было неплохо замаскироваться и без кардинальных изменений внешности. Ту же темноволосую Льессу я не сразу узнала, когда с ней поработали специалистки, хотя, казалось бы, они всего лишь наклеили брови и родинку над губой, немного изменили форму губ, визуально сделав рот больше, иначе обозначили скулы и сделали другую прическу. Льесса всегда собирала волосы и закалывала на затылке, а ей заплели множество тонких косиц и вдели в уши яркие, крупные серьги. Совершенно другой человек!

Полин изменилась не слишком сильно, ей надели светлый парик, визуально подняли скулы, нижнюю губу сделали еще более полной, а верхнюю, наоборот, тонкой. Тем не менее, Полин тоже не особенно походила на себя прежнюю.

Со мной провозились дольше всех, я должна была выглядеть так, чтобы меня, по выражению Ясмира, "родная мама не опознала". И работницы театра справились! Точно, не опознала бы! Правда, мне пришлось учиться, чтобы потом самостоятельно лепить накладки на скулы и горбинку на нос.

– Вот еще бы волосы в рыжий покрасить, тогда образ был бы полный, – посетовала одна из женщин, что меня преображала.

Ясмир подумал, поколдовал и рядом появилась моя иллюзорная копия, только с рыжими волосами.

– А давайте и остальных так делать! – вдруг предложила Нала. – Они будут говорить, что надо, а вы, Ясмир, исправлять иллюзию.

Дело сразу пошло быстрее, и вот, наконец, настал тот момент, когда мы обработали всех. Работницы театра получили вознаграждение, и молчаливый маг из дипломатической миссии заехал за ними и отвез обратно, снова скрыв от любопытных слуг. Ясмир заранее договорился о том, что тот же маг на следующей неделе заедет за женщинами и на два дня заберет их в некое тайное место, где они должны будут изменить нашу внешность так, как на иллюзии.

Мы снова вернулись в кабинет. Нала быстро организовала обед, после которого Ясмир внезапно сказал:

– Маскировка у нас неплохая, но есть то, что сразу настораживает: нет детей. Целая семья, люди вроде взрослые, а бездетные. Это будет бросаться в глаза.

– Да, верно... Но может придумать что-то? Мол, детей раньше отправили? – предложил Сандерс.

– А может из приюта взять двух-трех малышей? – подал идею Ясмир.

– И потом обратно сдать? – с сарказмом спросил начальник охраны. – Это не дело. Дети не вещи.

– У меня есть предложение лучше, – вмешалась Льесса. – Я недавно познакомилась с подростком, ему пятнадцать, есть магические способности, но возможности их развивать нет, поскольку родители погибли, а на его попечении остались сестра и брат. Он сумел сдать экзамен зрелости и получить опекунство. Передавать их в приют, чтобы пройти бесплатное обучение для магов, он не хочет. Усыновить и удочерить их я не могу, потому что не замужем, а в Кральне по закону отдают детей лишь в полную семью. Можно было бы оформить опеку, если бы я была их родственницей, но чего нет, того нет. Зато, когда мы переедем в Аар, я без проблем смогу забрать младших детей. У них такого закона нет, да и магические школы в Ааре гораздо лучше, чем в Кральне.

– У опекуна должна быть недвижимость на территории страны, – пояснил Ясмир.

– Да, я знаю, консультировалась с законником. У меня есть деньги, чтобы купить домик. Я все равно собиралась потом забрать детей.

– Сколько лет младшим? – спросила я.

– Мальчику – шесть, девочке – три.

– В принципе у моих, так сказать, невесток вполне могут быть дети такого возраста, а старшего ребенка можно назначить еще одним братом.

– Так и сделаем, – решил Ясмир. – Льесса, вы сможете договориться с подростком? Как, кстати, его зовут?

– Дигори. Думаю, что смогу. В Кральне его ничего не держит, родственников у него тут нет.

– Пожалуй, раз нас стало больше, нужно купить еще один фургон, – почесал бороду Сандерс.

– Да, – согласилась я.

А еще найти на это деньги и назначить ответственного.

– Думаю, будет правильно, если я этим займусь, – Ясмир будто прочел мои мысли. – Чем меньше вы и ваши подчиненные будете привлекать внимание странными покупками, тем лучше. Мы и так сегодня рисковали, встречаясь тут. Вот...

Маг достал из недр сумки красивую пудреницу и протянул мне.

– В ней зеркало связи, – пояснил он. – Если я захочу поговорить