Декан, спасите Светлую, или попаданка поневоле - Марья Сухова

Не знаю, что на меня нашло, но я ответила ему. Алекс, почувствовав это, углубил поцелуй. Его жадность постепенно стала превращаться в страсть, подступающую огненным комом. Он гладит по щеке, шее, талии.

Меня накрыли непонятные чувства. С одной стороны приятно ощущать ласку заботливого мужчины, с другой всё это совершенно нелепо. Я не питаю к нему настоящих чувств. Скорее, это действительно больше родственная привязанность. Поэтому, когда Алекс приступил к расшнуровке моего корсета, я всё-таки отстранилась.

– Нет, Алекс. Это неправильно, – прошептала я, пусть при этом с губ сорвался предательский стон. Он ведь наравне со всеми напился не только вина, но и зелья правды. Завтра Алекс придет в себя и пожалеет об этой минутной слабости.

Однако сейчас Алекс продолжил покрывать мое лицо поцелуями, заставляя поддаться ласкам.

– Алекс, это ведь инцест.

– Дом, мы уже не брат с сестрой. Ты действительно мне нравишься. Не как Доминика, а как Мирослава. Я пытался это подавить в себе за время каникул. Не получается.

– А окружающие думаешь знают о том, что мы не брат и сестра? Нет, – ответила я за него и уклонилась от очередного поцелуя. – Я чувствую к тебе нежность и симпатию, но не такую, как к мужчине.

– А как к кому? – сверкнул глазами Алекс.

– Как к брату, – уверенно прошептала я. – К тому же ты пьян.

Алекс неохотно отстранился, убрав руку от моей талии.

– Все-таки только брат? – совсем грустно и тихо спросил он.

– Прости, – только и смогла ответить. – Но это так. Я не смогу воспринимать тебя когда-нибудь иначе.

– Последний поцелуй, ладно?

Я лишь глупо захлопала ресницами, не зная, что на это ответить. Алекс же, восприняв молчание как положительный ответ, последний раз впился в мои губы.

– Я все равно буду рядом, Дом, пока чувствую, что нужен тебе, – прошептал Алекс и еще раз чмокнул меня уже в щечку. – Сейчас я лучше пойду к себе. Нужно выспаться, завтра снова в академию.

Когда Алекс вышел из комнаты, мои щеки горели красным пламенем. Нет, слишком много внимания мужчин для одного дня. Я должна все обдумать. А лучше посоветоваться с кем-то по поводу пророчества. Стоит ли вообще в него верить?

Есть тот, с кем можно обсудить пророчество и остаться незамеченной. С этой целью я впервые за каникулы провалилась в астрал. Интересно, а куда идти-то? Я даже не знаю, где искать декана Темных.

Обдумав ситуацию, я направилась к тому самому озеру, недалеко от академии. Оно встретило меня безмолвным молчанием. Вокруг пусто и, как всегда, темно. Если честно, то другого и не ожидалось. Ну хоть развеюсь. Я села у берега и настроилась спеть. Ну а что? Кого я тут кроме сущностей напугаю. И я заголосила «Катюшу», вложив в эту песню все накопленные эмоции. Стоило мне закончить, как сзади раздались знакомые овации. С глупой улыбкой я обернулась и низко поклонилась. За сегодняшний день я научилась делать это с неподдельной грацией.

– Я уже и не надеялся тебя увидеть, Мира, – произнес Дарий, собственной персоной.

– Я хотела спросить у тебя мнение о последнем найденном пророчестве.

– Откуда ты знаешь о нем? Впрочем, не важно. Мы нашли его совсем недавно в стенах академии. В итоге всем магистерским составом пришли к выводу, что это просто стих перед смертью. По датам как раз совпадает с днем смерти господина Таширо. Поэтому не стали передавать пророчество третьим лицам и придавать огласке перед людьми. Раз прорицатель сам не внес это пророчество в книгу, значит, это просто его фантазия и о ней не стоит беспокоиться другим людям.

– Вы поторопились с выводами. Стоит лучше изучить это пророчество. Я точно уверена, что одна из его частей уже сбылась.

– Ты знаешь что-то? – напрягся Дарий.

– Там сказано, что беда придет сквозь миры. Что, если война действительно планируется людьми не только из этого мира? Что, если они действуют не своими руками?

Дарий всмотрелся в мое лицо своим коронным взглядом, который напоминает детектор-лжи. Кажется, этот человек может видеть насквозь. Стало совершенно неуютно. Вот как он так делает?

– Я ничего не знаю про переходы между мирами. Едва ли это вообще возможно. Но если пророчество имеет место быть, то я найду эту деву и помогу ей.

– Почему ты поможешь ей?

– Потом что я не хочу войны. И я готов ее остановить любой ценой. Нужно уничтожить ее в зародыше.

И тут я поняла. Вот тот человек, который мне нужен! Он всё это время был рядом. Нужно только найти в себе силы сказать ему.

– А теперь позволь украсть тебя ненадолго, – сказал Дарий, выдернув меня из раздумий.

Он протянул мне свою руку и остановился в ожидании. Его улыбка пленительно манила. Без зазрения совести я вложила свою руку в его, решив, что расскажу свою тайну чуть позже.

– Закрой глаза, Мира, – практически прошептал он.

Я податливо зажмурила глаза и начала ждать. А чего ждать собственно? Именно это я и спросила спустя несколько секунд.

– Открывай.

Мы оказались на краю поляны, усеянной многочисленными цветами. Рядом с поляной прямо из скалы бьет высокий водопад. От его сильного потока на глади воды образовалась густая пена. Создалось ощущение, что здесь должно быть прохладно и свежо, но прочувствовать это в астрале невозможно. А прямо за водопадом есть едва различимая пещера, скрываемая потоком воды.

– Это невероятно, Дарий, – восхитилась я красотой этого места. – Давай быстрее купаться!

Не дожидаясь ответа, я без стеснения принялась скидывать с себя уже привычный комбинезон, который на этот раз получилось воссоздать без проблем. Оставшись в одном кружевном белье черного цвета, я выжидательно посмотрела на Дария. Тот не спешил. Более того, он откровенно уставился на меня. Будто в этом мире не принято в таком виде купаться. Может девушки тут в парандже купаются? Надо будет задаться этим вопросом на будущее.

Я выразительно фыркнула, чем вывела Дария из оцепенения. Он незамедлительно снял жилет, брюки, обувь. А вот черную рубашку он только расстегнул и закатал рукава. Этого хватило, чтобы даже в полумраке астрала увидеть атлетичную накаченную грудь, едва задетую волосами, и стальной пресс, ярко прорисованный на животе.

– Вау, – кажется это я произнесла вслух.

– До конца раздеваться не буду, даже не проси.