Котёнок для бывшего - Алла Ларина

– Давай, мама! – дочка тянется за кошкой, прижимает её к себе, потом поднимает глаза на Марка. – Спасибо… папа.

Уносится в комнату, а я оборачиваюсь к мужчине и даже вздрагиваю.

– Что с тобой? – спрашиваю почти шёпотом.

Он стоит, опустив руки, и остекленевшими глазами смотрит на закрытую дверь детской. Переводит взгляд на меня и тут же резко отворачивается.

– Ты что… – не успеваю договорить, как Марк хрипло перебивает.

– Это… с волос накапало.

– А-а, да… точно, – закусываю губу, потому что мне сейчас тоже, кажется, «с волос накапает». Прямо на щёки.

Встряхиваю головой, приходя в себя.

– Снимай обувь, пиджак, и иди в ванную. Быстро! – делаю голос построже. – Тебе срочно надо в горячий душ.

Сама торопливо иду в комнату. У меня остались кое-какие вещи, которые я покупала папе в подарок, а он так и не стал носить… Рука не поднялась выбросить. Всё, конечно, очень простое – какие-то штаны на резинке, пара футболок. Но зато мужские и большого размера. Правда, Марк покрупнее моего отца. Но хоть что-то – главное, сухое.

– Вот, держи, я… – заглядываю в приоткрытую дверь ванной и замираю, не договорив.

К счастью, он ещё в брюках. Но рубашку уже снял. Останавливаюсь взглядом на груди, невольно сползаю ниже, на подтянутый пресс и… дорожку волосков, сбегающих под ремень…

– Я тут тебе одежду принесла, – выдавливаю наконец слабым голосом, кое-как пристраиваю стопку на стиральной машинке. – Новая, чистая…

– Спасибо, – Марк кивает, не отрывая от меня глаз.

– Ага…

Пячусь назад и, выскочив из ванной, плотно закрываю дверь.

– Ч-чёрт! – выдыхаю, приходя в себя.

Так, мне надо срочно чем-то заняться. И не думать о том, что увидела! Не думать, я сказала!

Помотав головой, вытряхиваю из неё картинку, стоящую перед глазами, и иду сначала в детскую, проверить, как там дочка со своей питомицей.

Кошка немного обсохла и сидит теперь на диване, судорожно вылизываясь.

– Ой, её же, наверное, надо было помыть, – всплёскиваю руками. – Кто её знает, где она лазила, наверняка лапы грязные.

– Её дождик помыл, – Катёна кивает на полотенце. – Смотри, чистое.

– Да, вижу, – скептически оглядываю ткань, но грязных следов действительно не нахожу. – Ладно, Катён, вы пока сидите здесь, Малышку не выпускай, ладно? Тут у тебя в детской теплее. А я пойду ужин приготовлю.

– Папа с нами останется? – дочь смотрит на меня серьёзно.

– Солнышко, – присаживаюсь перед ней, – я тебя хотела спросить. А как ты отнесёшься к этому? Если он останется?

– Он Малышку нашёл, – она хмурит бровки, но уверенно кивает. – И фотоаппарат мне подарил. И возил нас в больницу. И в садик мы ездили сегодня.

– Он старается, котёнок, – говорю медленно, не зная, как объяснить достаточно просто, но вместе с тем правильно. – Потому что очень хочет стать тебе настоящим папой, – мягко улыбаюсь. – Может быть, он и будет иногда совершать ошибки, но… мы все их совершаем. И мне кажется, он тебя очень любит.

– Как ты? – Катёна проказливо улыбается.

– Я люблю тебя сильнее всех на свете, – горло сжимается, перед глазами мелькает картинка, как Марк отворачивается от меня, пряча слёзы, потому что его впервые назвали папой. – И он, думаю, будет любить тебя так же.

– Я не хочу быть, как та глупая Эльза, – Катёна качает головой.

– Ты никогда и не будешь, – обнимаю свою малышку, целую её в макушку. – Ты у меня очень умная!

– Я скажу папе, чтобы он остался, – решает дочь.

– Уверена, он будет счастлив, – отвечаю негромко и вздыхаю. – Ладно, солнце. Мы все голодные. Пойду что-нибудь приготовлю по-быстрому.

Марк появляется на кухне спустя двадцать минут, когда я, уже нарезав и закинув на сковородку курицу, шинкую овощи на салат.

– Согрелся? – оборачиваюсь к мужчине на секунду, слегка улыбаюсь. – Садись. Я заварила травяной отвар вот здесь, в термосе. Налей себе и выпей, пока горячий.

– Спасибо, – Марк опускается с краю стола. – Тебе помочь?

– Не надо, кухня маленькая, мы тут вдвоём не поместимся, – качаю головой. – Да я уже и почти всё закончила, – откладываю нож. – Рис будет готов минут через двадцать, курица тоже.

– Как там кошка? – спрашивает мужчина, наливая себе в кружку отвар и осторожно отпивая. – Вкусно…

– Это смородина, мята и шиповник, – кидаю на него взгляд искоса. – Кошка в порядке, можешь сам спросить у Катёны, они в комнате.

– Можно, да? – он как будто не слишком уверен.

– Конечно, – киваю. – Иди. Я вас позову, когда всё будет готово. И, кстати, Катёне тоже налей отвар, только разбавь чуть-чуть холодной водой.

Марк уходит, а я возвращаюсь к готовке, параллельно прислушиваясь. Интересно, какой будет реакция, когда Катёна скажет ему, чтобы он оставался?

Глава 31

Как бы Марк ни воспринял слова дочери, на кухне они появляются вполне спокойные и довольные жизнью.

Ужин, конечно, получается очень простой, но никого это не смущает. Катёна уплетает рис с тушёной курицей за обе щёки. Марку я, видя моментально опустевшую тарелку, предлагаю добавку – и он немного смущённо соглашается.

– Не переживай, не объешь, – улыбаюсь, ставя перед ним вторую порцию.

Является и Малышка, которой, помимо её обычного корма, достаётся немного куриного мяса.

Дочка быстро начинает клевать носом – перенервничала, да ещё и наплакалась. Поэтому почти сразу после ужина я отправляю её умываться.

– Она сама всё делает? – Марк удивлённо следит за тем, как Катёна идёт в ванную.

– Вообще-то нет, – шепчу тихонько. – За ней нужно, конечно, следить, обычно я помогаю ей чистить зубы. Но сегодня не буду настаивать, она и так устала.

– А-а, – мужчина кивает и, отвернувшись, сдерживает зевок.

– Тебе тоже надо лечь пораньше. Идём, – встаю и прохожу во вторую комнату, где стоит небольшой полуторный диван, раскладывающийся в кровать.

– Ириш… то есть, Ирин, давай я поеду к себе, – Марк неловко отводит взгляд. – Ну что я, в самом деле, выселять тебя буду…

– Тебе Катёна говорила, чтобы ты оставался? – упираю руку в бок и прищуриваюсь, глядя на него.

– Да, говорила…

– Ты сказал, что останешься? – поднимаю брови.

– Конечно, неужели ты могла подумать, что я откажусь, это же…

– То есть ты пообещал, что останешься, а теперь скажешь ей, что поедешь к себе?

– Я… э-э-э… – Марк растерянно запускает руку в волосы.

– Так вот, урок первый, самый важный, – хмыкаю, доставая из шкафа чистый комплект белья. – Думай, что и как ты говоришь ребёнку. Если обещаешь что-то – держи слово! Я прекрасно высплюсь в детской на диване, – вручаю ему простыню и пододеяльник с наволочкой.

– Ирина, – его голос догоняет