Когда мы были осколками - Акация Блэк

Черт, я совсем забыла про Кельвина. Убираю телефон обратно в карман, пообещав себе, что отвечу ему потом, взвесив все за и против. Войдя в магазин, сразу направляюсь к холодильнику с мороженым. Беру сначала одну банку, потом еще две. Какого черта, раз уж мне суждено умереть, пусть это произойдет с банкой ванильного пломбира с пеканом в руках. Это будет тихая и сладкая смерть.

Крепко держа улов, прогуливаюсь по магазину в поисках кулинарного вдохновения, когда на меня кто-то налетает. Как в замедленной съемке, я смотрю, как моя компания на вечер летит на пол.

– Не-е-ет…

Рука с идеальным маникюром помогает мне собрать покупки.

– Простите, – просит она. – Я не смотрела, куда иду.

Ее ослепительная улыбка и неземная красота заставляют меня застыть на месте. Длинные черные волосы дивно сочетаются с загорелой кожей, а темные миндалевидные глаза придают ей опасный вид.

– Я принесу вам другую банку, эта помялась, – говорит она с легким испанским акцентом.

И эта атомная бомба уходит, не дожидаясь ответа. Когда она возвращается, я всматриваюсь в ее наряд, и у меня чуть челюсть не падает.

– Реа?

– Estoy aquí[16], – отзывается она.

Трудно не узнать этот хриплый голос, от которого по моим венам каждый раз разливается яд. К нам подходит Лиам, красивый как бог, в темных джинсах и обтягивающем мощный торс черном пуловере. Стоя рядом, они похожи на парочку из модного журнала. Долбаная Коко Шанель была права.

Он вздрагивает, заметив меня в компании своей подружки, а потом ожидаемо натягивает бесстрастную маску. Черт, они вместе. Лиам встречается с этой атомной бомбой, которая покорила и меня тоже и которую я теперь из принципа ненавижу.

– Я снова стала виновницей происшествия, – хихикает брюнетка и виснет на его локте.

– Коллинз.

– Дэвис.

Мы смеряем друг друга взглядами. Его неожиданное появление обезоруживает меня, но все же, игнорируя трепыхание в животе и не желая показывать, что умираю от ревности, я надеваю ту же маску холодности, что и он.

– Вы знакомы?

– Это моя сотрудница.

Позабавленная его ответом, я слегка наклоняю голову. Сотрудница? А почему не бывшая? Или не «девушка, которой я каждый вечер перед сном говорил, как люблю ее»? Или не бывшая лучшая подруга, которая… ладно. Значит, теперь я просто его сотрудница.

– У вас много общего, – добавляет он с ехидной улыбкой. – Вы обе ужасно неловкие. В прошлый раз мои брюки вымокли насквозь из-за стаканчика, который она на меня опрокинула. Пятно несколько дней не сходило.

Боже! Как он посмел? Ну хорошо.

– Будете знать, как проявлять такую твердость со своими сотрудниками. – Я смотрю на девушку. – Он настоящий тиран. И все же я надеюсь, что кофе вас не обжег, а то я люблю погорячее.

– О, я сразу почувствовал, как он был горяч. А вообще, знаете, хотелось бы его попробовать. Я обожаю сладкое. Правда, Реа?

– Ты такой сладкоежка, – щебечет она.

Да чтоб их всех, мне нужно бежать, пока я не придушила ее шнурками своих конверсов. А потом мой взгляд падает на покупки в его руках, и я выгибаю бровь. Хлеб, чеддер, острые читос.

– Сырные сэндвичи на гриле с острыми читос? – спрашиваю я глумливо.

– Как вы угадали? По-моему, это ужас какой-то, но он жить без них не может. Будь его воля, только их и ел бы целыми днями.

Даже то, как хорошо она знает его привычки, не стирает улыбку с моего лица. Тем более что он явно бесится. Теперь Лиам испепеляет меня взглядом, а я ликую, зная, что он не бросил старые привычки. Каждый укус напоминает ему обо мне.

– Ой, у вас тут что-то.

Реа пальцем показывает на мою макушку. Дальше события развиваются со скоростью улитки. Я запускаю руку в волосы и вытаскиваю из них что-то похожее на кусочек красного драже «Скитлс», а потом кладу это в рот. КЛАДУ. ЭТО. В РОТ. И осознаю, что только что сделала, когда она недоуменно хмурится, а Лиам подавляет смешок.

– Мы опаздываем, радость моя. А у Коллинз еще масса дел. Помыться, например.

Радость моя. Это обращение. Этот тон. В ушах снова начинает пульсировать. Этот козел прекрасно знает, что делает. Не сводя с меня глаз, он нежно целует ее в висок. Реа желает мне приятного вечера, и они уходят под ручку. Дрожа от гнева и стыда, я наконец отмираю.

– За что ты так меня ненавидишь? – вопрошаю я у неба.

Проходящая мимо женщина косится на меня с ужасом.

– Да, я говорю с потолком.

Она поспешно исчезает за стеллажом. Прихватив бутылку водки в надежде сделать так, чтобы сердце в груди билось не так больно, а в идеале и вовсе остановилось, отправляю сообщение Кельвину.

Я

Завтра вечером будет идеально.

Глава 11. Луна

♪ Animal – Zayde Wolf

Да, я согласилась на свидание с Кельвином, только чтобы отомстить.

Делает ли это меня плохим человеком? Все относительно.

Сделаю ли я все, чтобы отлично провести вечер? Конечно.

Хочется ли мне сделать куклу вуду, похожую на спутницу Лиама? Еще как.

Небрежно прислонившись к черной спортивной «Ауди», Кельвин не перестает улыбаться. Чем ближе я подхожу, тем ярче он светится и тем чаще бьется мое сердце. Луна, ты же уже общалась с другими человеческими существами. Говори, улыбайся, дыши. Это что, так сложно?

– Привет, Луна! Ты просто… – Разглядывая мой короткий черный комбинезон и лабутены, он руками изображает взрыв.

– Спасибо, ты тоже ничего.

Он просто пожимает плечами. Этот парень классически красив, тогда как красота Лиама опасна, смертоносна. Одним взглядом он способен поджечь каждую клеточку в теле. Нет, стоп. Не дай ему испортить это. Чем бы оно ни было.

– Нервничаешь?

– Не то чтобы. Просто боюсь, как бы ты не подумал, что между нами что-то большее.

– Нет, я знаю, что это просто свидание. Трэвис меня предупредил.

– Вот как? И что он тебе сказал?

– Сказал вести себя хорошо, а иначе он мне что-нибудь сломает… И добавил, что ты не веришь в любовь, потому что кто-то разбил тебе сердце.

– Вообще-то, мое сердце разбилось, когда я сама разбила его.

Заметка на будущее: не упоминать бывшего на свидании с другими парнями. Кельвин всю дорогу молчал и, что хуже, казался взвинченным.

– Тук-тук, – говорю я, чувствуя необходимость разрядить обстановку.

Он вздрагивает так, словно мой голос выдернул его из транса, и приглаживает рукой и без того идеально уложенные каштановые волосы. Затем на секунду переводит