Две измены. Стоп на любовь - Алиса Марсо

Зачем я сюда пришла? Чтобы что? Узнать, что мой босс развлекается после вечера? Ну вот, узнала. И что? Имеет право.

Доказать себе, что он такой же, как и все мужчины? Так Кравцов ничем мне не обязан.

Мотива поступку нет, адекватного объяснения, что я здесь делаю тоже.

Сгорая от стыда, быстро подхожу к двери, хватаюсь за ручку и громче нужного ею хлопаю.

Нечаянно. А выглядит так, словно я обиженка какая-то.

Несусь в номер, ругая себя, на чем свет стоит. Пелена опьянения слетает, а глупая реальность окончательно наносит удар по самолюбию.

Господи, Аня, ты сама себе беда на голову.

Карточка от двери срабатывает не сразу, руки подрагивают, а из груди рвется обида на саму себя.

Захлопываю дверь и приваливаюсь к ней. Хочу громко застонать, но стук с внешней стороны вынуждает напрячься.

Молчу. Никого не хочу видеть.

Стук становится громче.

— Анна Алексеевна, открывай, я видел, как ты зашла.

От голоса Кравцова хочется стать маленькой и незаметной.

Ну что я ему скажу, если сама себе не могу объяснить свой поступок?

— Аня, открывай!

По имени? Настолько помешала?

Ладно, просто извинюсь за то, что прервала на интересном месте, и думаю, на этом инцидент будет исчерпан.

Открываю дверь и вижу обманчиво-серьезное лицо Кравцова, но мелкие морщинки во внешних уголках глаз говорят о том, что ему смешно.

— Вам же хочется рассмеяться, зачем же сдерживаетесь?

— Чего в темноте сидишь?

— Не успела включить еще, — оглядываюсь.

В темноте лучше, не видно залитого краской лица.

Мужчина делает шаг в номер, а я по инерции отступаю. Клацает выключателем и смотрит пристально, прямо в глаза.

Не пойму, он одновременно и улыбается, и задумчив. Губы чуть растянуты в ухмылке, глаза прищурены, но сам взгляд говорит, что мысли его далеко не про «посмеяться».

— Ань, ты за мной следила, что ли? — щурит глаза, пытаясь прочесть мои эмоции на лице.

— Уходите, — прошу я.

— Чтобы спрятаться от разговора? — шаг в мою сторону, а я назад.

— Что вы хотите услышать? Приношу свои извинения, что помешала вам. Я не хотела. Не думала, что вы там, ну это, — держу оборону, стараясь не показывать, насколько мне сейчас неловко.

— А я думаю, хотела и именно так думала.

Кравцов не выдерживает, и уголок губ снова дергается в улыбке.

— Вам смешно?

— Немного.

— Хорошо, давайте все побыстрее прекратим. Посмейтесь надо мной и уходите к себе в номер.

— Аня, у меня нет желания над тобой смеяться.

— Анна Алексеевна, — поправляю я.

Кравцов дергает бровью.

— Нет. После того, что было пять минут назад — Аня.

Вот же упертый. Вздыхаю. Просто потешается надо мной. Ладно.

— Зачем тогда пришли? Вас Элен ждет, не нужно тратить на меня время.

— Аня, — еще один шаг ко мне. — Ты ревнуешь?

Даже искренне прыскаю со смеха.

— Нет, конечно! Денис Александрович, у меня нет по отношению к вам никаких симпатий. Мы просто работодатель и подчиненная. Все. И то, кратковременные.

— Тогда зачем пришла к Элен в номер?

— Вам так принципиально это знать?

— Интересно.

— Голова разболелась. Хотела таблетку попросить.

— Таблетку, значит. Да, аргумент.

— Все?

Стоит, наклонив голову набок, молчит, что-то выискивает в моих глазах, видимо, решает, хватит ли вопросов.

— Уходите, — прошу уже тише.

Делает последние два шага ко мне, но я не выдерживаю, срываюсь с места и лечу к двери.

— Ладно, выйду я!

Вот только мне не дают сделать и двух шагов. Кравцов одной рукой перехватывает меня за талию, рывком приподнимает и ставит на место.

От изумления пячусь назад, пока не упираюсь спиной в стену.

Мужчина подходит совсем близко, руками с двух сторон преграждает путь к отступлению и наклоняется к лицу.

— У нас ничего не было, и быть не могло, — говорит тихо, спокойно, с расстановкой каждого слова, а глазами прожигает во мне дыру.

— Не мое дело, — шепчу я, задыхаясь от его брутального запаха.

— Врешь. Ты снова врешь и снова очень неубедительно.

— Денис Александрович…

— Денис! Мы не на работе.

Теперь тон категоричный, и черт, он смотрит на мои губы.

По телу пробегает волна адреналина, ноги отказываются держать, а зрение сужается до точки на его расширенных зрачках.

— Я не вру. Мне нет до вас никакого дела, — продолжаю упрямиться еле слышно.

— Поэтому выглядела фурией, когда я вернулся, сменив рубашку? — осматривает каждый сантиметр моего лица, — поэтому так старательно флиртовала с французом? Скажи, Аня, раз тебе нет дела до меня, зачем пришла в номер к Элен? Что зацепило? Взрослая девочка, а ответить боишься.

Вспыхиваю. Я не боюсь. Флер слетает, упираюсь руками в массивную грудь и отталкиваю. Сил, конечно, недостаточно, но Кравцов поддается.

— Хотите знать, Денис Александрович, что зацепило? — специально подчеркиваю официальное обращение. — Меня зацепило, что вы в приказном тоне вытащили меня из дома, притащили сюда, за город, мотивируя это тем, что у нас неформальная встреча с вашими, между прочим, партнерами, а сами бросили на этого Алена. Я, как ваш переводчик, сопровождала вас, а не приехала, чтобы развлекать его. Мы должны были по этикету или любому другому правилу проводить встречу вместе. Если вам так хотелось приятно, — показываю пальцами кавычки, — провести вечер в компании девицы, которую привели, чтобы подложить под вас, так и нужно было приезжать самому. Я для чего здесь?

Кравцов меняется в лице, хмуро сводит к переносице густые брови и цедит.

— Мы здесь именно потому, что ты, Анна Алексеевна, утром привлекла внимание этого Алена, а как ты понимаешь по чертовому этикету, мы не могли не принять их приглашение. И злиться в данном случае должен был я, а не ты. Но я решил использовать эту ситуацию, чтобы как можно больше выведать