Тихий шепот - Нева Алтай

— Михаил, для себя я могу покупать оружие у кого захочу. — Он ухмыляется. — Но будет лучше, если Роман не узнает. Он, скорее всего, устроит скандал, ты же знаешь, какая королева драмы мой брат.

Я качаю головой.

— Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится.

— Позвоню. Дай мне знать, если передумаешь насчет танка.

Когда я возвращаюсь в машину, я звоню Сиси, потом Денису, а после этого отправляю сообщение Бьянке.

21:19 Михаил: «Я не знаю, когда вернусь, возможно, утром. Сиси приедет раньше, и поможет Лене собраться в садик. Денис отвезет тебя на урок балета после того, как посадит их. Я буду ждать тебя, когда ты закончишь. Только напишите мне адрес.»

После этого я звоню Роману, чтобы сообщить ему о Сергее, кладу телефон на приборную панель, завожу машину и ругаюсь. Единственное, что я ненавижу больше, чем деловые переговоры с нашими поставщиками, — это клубы.

Глава 10

В полдень, когда я выхожу из здания школы, Михаил уже ждет меня у своего огромного внедорожника. Он опирается на капот, скрестив руки перед грудью, и выглядит злым и сексуальным в своем черном костюме и очках-авиаторах. Его непринужденная поза говорит о том, что ему нет дела до всего на свете, но меня это не обманывает. Он знает обо всем, что происходит вокруг него. Я заметила, как он изучает обстановку каждый раз, когда куда-то прибывает, взвешивая все возможные угрозы поблизости. Как будто он все время ждет, что кто-то выскочит из кустов и начнет стрелять.

— Как прошел урок? — спрашивает он, когда я подхожу.

Я не собираюсь говорить с ним об успешном уроке или о том, что они попросили меня прийти еще раз на следующей неделе. Михаил кое-что должен мне с прошлой ночи, и я планирую это забрать. Я останавливаюсь перед ним, откидываю голову и смотрю на него суженными глазами.

— Что-то не так, Бьянка?

Я киваю. Несомненно. Я подманиваю его пальцем, прося его наклониться. Михаил опускает голову. Мне бы хотелось, чтобы на нем не было солнцезащитных очков, потому что даже без них его трудно прочесть. Я перевожу взгляд на его губы, все еще находящиеся в паре сантиметров от моих, и вижу, как они слегка изгибаются. Он берет меня за подбородок и в следующее мгновение прижимается своим ртом к моему.

В голодном, требовательном поцелуе нет ничего нежного. Он всегда так хорошо контролирует себя, но те несколько раз, когда его выдержка изменяла ему, заставили меня задуматься, что скрывается под его маской. Я не могу дождаться того момента, когда его контроль полностью рухнет.

Он отпускает мой подбородок, но не отстраняется.

— А сейчас? Все еще что-то не так?

Я ухмыляюсь и качаю головой. Он учится. Я кладу руку ему на лицо, но как только прикасаюсь пальцами к его правой щеке, он резко поднимает голову и отступает.

— Нам пора ехать, если мы хотим избежать пробок, — говорит он и открывает для меня пассажирскую дверь.

Мы уже на полпути к квартире, когда Михаил достает телефон и кому-то звонит. Он снова говорит по-русски, и единственные слова, которые я улавливаю, это «Ford Explorer». Человек на другом конце что-то говорит, а затем Михаил обрывает звонок.

— Мы сделаем небольшой крюк, — говорит он.

Мы едем в ровном темпе, едем около двадцати минут. Вскоре мы оставляем позади шум и суету городского движения, и зданий впереди шоссе становится все меньше. Мы едем куда-то за город. Неожиданно Михаил нажимает на педаль газа. Я хватаюсь за ручку двери и держусь так, как будто от этого зависит моя жизнь. Спидометр на приборной панели начинает быстро подниматься, достигая почти ста миль в час. Михаил смотрит в зеркало заднего вида и резко поворачивает направо, выезжая на узкую грунтовую дорогу. Я смотрю назад на черный Ford Explorer, который делает тот же поворот и набирает скорость за нами. Михаил продолжает ехать, сохраняя дистанцию еще двадцать минут, затем сворачивает на другую грунтовую дорогу, ведущую к виднеющемуся вдали заводу. Его телефон звонит один раз, затем останавливается.

— Возьми мой телефон, — говорит он. — Отправь сообщение Денису. Это номер, по которому я только что звонил.

Я беру телефон, нахожу звонок в журнале и открываю окно сообщения.

— Напиши... Мне нужен один из них живым.

Я напрягаюсь, на секунду замираю над клавиатурой, затем набираю сообщение и отправляю его.

— Теперь слушай меня внимательно, — говорит он, снова бросая взгляд на зеркало заднего вида. — Я припаркуюсь перед заводом. Ты запираешься, ложишься на пол и не выходишь из машины. Что бы ни случилось. Понятно?

Я киваю и пытаюсь сдержать панику, нарастающую во мне.

— Если все пойдет наперекосяк, ты заводишь машину и уезжаешь. Поедешь в центр города, припаркуешься где-нибудь в людном месте и будешь ждать. Кто-нибудь приедет за тобой как можно скорее. В машине есть GPS-навигатор.

И оставить его в глуши? Он что, спятил? Как он вернется?

— Solnyshko ты поняла, что я сказал?

Я не собираюсь его бросать, но сейчас не лучший момент сказать это, поэтому киваю.

— Хорошо.

Машина с визгом останавливается перед входом на фабрику. Михаил снимает солнцезащитные очки, лезет под сиденье и достает пистолет.

— Запрись.

Он выскакивает и захлопывает за собой дверь, а потом убегает.

Я забегаю в заброшенный завод, взвожу пистолет и встаю у разбитого окна, из которого открывается прямой вид на дорогу и въездные ворота. Автомобиль, который следовал за нами, проезжает через ворота мгновение спустя и останавливается примерно в пяти метрах от моей машины. В течение нескольких минут никто не выходит. Вероятно, они обсуждают, что делать. В конце концов, открывается задняя дверь, и оттуда выходит мужчина с пистолетом наготове. Он целится в заднее стекло моей машины и стреляет. Ничего не происходит, и он пытается еще три раза.

Это бронированная машина, кретин.

Я бросаю быстрый взгляд в сторону ворот. Где, мать его, Денис? Если я начну стрелять, они могут удрать отсюда, и мы их потеряем.

Открывается еще одна задняя дверь, и оттуда выходит лысый мужчина лет сорока с дробовиком. Черт. Не уверен, сколько выстрелов выдержит стекло, а рисковать жизнью Бьянки я не собираюсь. Прицеливаюсь в лысую голову парня, которая видна над дверью машины, и стреляю. Его голова дергается назад, и он падает на землю в тот же момент, когда я убиваю второго парня. Несколько