Алмаз - Кэти Хикман

По сигналу Франческо Керью вошел в комнату и попробовал взять Пола под локоть, но вино сделало свое дело, и хозяин грубо оттолкнул его.

— Ну пожалуйста, старый друг! Замолви за меня словечко!

Пиндар схватил его за руку. Контарини отшатнулся, но вдруг успокоился и спросил:

— Если увидишь алмаз, обещаешь пойти домой?

— Да.

— Слово чести? — с сомнением в голосе уточнил мужчина.

— Слово чести.

— И ты сдержишь обещание, как подобает человеку чести?

— Сдержу! Во имя Христа, чего тебе еще надо?

— Пойдем.

Франческо откинул бархатные драпировки и поманил Пола за собой. Керью пошел следом. Восьмиугольная комната без единого окна. Здесь любой бы потерял счет времени: яркий свет множества свечей отражался в зеркалах от пола до потолка на каждой стене. Казалось, они попали внутрь шкатулки, искусно украшенной драгоценными камнями.

В центре — стол, за которым сидели двое мужчин и женщина. Четвертый лежал на полу, завернувшись в плащ. Заснул, наверное. Стол и стулья были сделаны из темного, почти черного дерева и богато инкрустированы перламутром.

Хозяин стоял спиной к игрокам. Заметив Пола, обернулся и медленно кивнул. У стены застыл мужчина в маске. В отличие от главного зала, где царила полная тишина, здесь допускались разговоры, пусть и вполголоса.

— Смотри на Меммо, — прошептал на ухо Полу Франческо.

Тот достал из шкафчика крохотный сверток розового, расшитого серебром бархата, похожий на дамскую сумочку, открыл и аккуратно перевернул над раскрытой ладонью. Оттуда вывалился камень размером с кулак ребенка.

— Все-таки правда! — прошептал мужчина в маске.

— А вы чего ждали? Это настоящий Голубой Султан, — ответил кавалер.

Он взял камень двумя пальцами и поднял, чтобы все могли рассмотреть сокровище. Игра остановилась, повисла тишина. Камень сверкал в сиянии свечей, голубой огонь и голубой лед отражались в каждом зеркале на стенах. «Такая красота не может быть созданием нашего мира», — подумал Пол.

Человек в маске наклонился, чтобы поближе рассмотреть алмаз.

— На нем что-то написано.

— Гравировка. Говорят, на языке моголов.

— Знаете перевод?

— Куда уж мне? — с улыбкой ответил Меммо. — А знатоки древних наречий пока не заходили.

Хозяин уже собирался положить камень обратно в шкафчик, как вдруг от входа послышался голос Пиндара:

— Позвольте взглянуть поближе. — Торговец чувствовал, что в ушах шумит все сильнее.

Кавалер вопросительно посмотрел на него.

— Позвольте взглянуть, — повторил Пол.

Меммо секунду помедлил, потом вдруг расслабился и протянул купцу камень.

— Пожалуйста, синьор Пиндар. Редкая удача! Не знал, что вы ученый.

Пол взял алмаз. Кончики пальцев защекотало, словно бы прикоснулся к живому существу. Самоцвет подошел по руке, словно сшитая на заказ перчатка. Пиндар поднес камень к свече, как Меммо, полюбовался странным тусклым блеском. Рассмотрел причудливые грани. Одна из множества — чуть больше остальных. Крошечными буквами — гравировка, как и рассказывал Просперо.

Пиндар медленно разобрал надпись по слогам — волосы встали дыбом.

— Что там написано?

— А-аз ма ютлаб.

— Что это означает?

— «Желание сердца моего».

Камень выполнит самое заветное желание своего хозяина.

«Алмаз должен стать моим. Любой ценой», — понял Пол в ту же секунду.