По велению сердца - Киран Крамер

Бесцеремонно высадив брата на мостовую где-то в Мейфэре, Дункан понял, что его единственным желанием было видеть леди Маршу Шервуд. Поэтому он направил кучера к дому Дэвисов. По дороге, однако, он невольно задумался, не зная, что ему делать, когда он ее увидит? Но что-нибудь он сделает, это точно.

Да, он что-нибудь предпримет. Не может он просто стоять и смотреть, как — черт возьми! — она живет своей жизнью, будучи жертвой вероломства его брата.

А теперь и новое оскорбление в придачу к старой ране. Ее отлучили от школы. Конечно, это неспроста. При ее-то уме и компетентности, кто бы решился ее уволить?

Однако время отчаиваться из-за нанесенных ей ран уже миновало. Теперь он должен употребить свой дипломатический дар для того…

Для чего?

Для того чтобы ее завоевать. Вот оно как.

«Я на ней женюсь», — решил Дункан.

Он не заблуждался относительно того, легко ли будет убедить эту леди взять его в мужья. Но если Марша ответит согласием, ей больше незачем будет беспокоиться из-за собственной репутации. Она окажется в безопасности. Он исправит зло, которое ей причинили. Расставит все по местам.

Вскоре выяснилось, что он поехал не к тем Дэвисам — хозяев не было дома. Дункан тут же осознал ошибку, однако добрых полчаса было потеряно, пока он не добрался до дома тех Дэвисов, которые были ему нужны.

Когда Дункан был в квартале от нужного дома и уже закипал от злости на самого себя, он увидел, что по улице навстречу ему идет молодая женщина в накидке. Вид у нее был такой, будто вышла она по делу исключительной важности — государственной безопасности, не меньше.

Так могла ходить только одна женщина на свете — леди Марша Шервуд.

Его недовольство превратилось в ярость. Он ударил тростью о крышу кареты и высунулся в окно.

— Какого черта вы делаете на улице одна? — крикнул он ей.

Какое ему дело, что это Мейфэр, где респектабельные жители сидят по домам и скоро мирно отойдут ко сну? Лондон кишит убийцами.

Леди Марша взглянула на него — ее огромные глаза казались беззащитными. Сердце у Дункана подпрыгнуло, несмотря на всю его раздражительность. В этот момент ему стало ясно: чего бы там ни лишил ее Финн в своем преступном легкомыслии, эта женщина осталась по-прежнему чувствительной и ранимой. Умело скрывала свою уязвимость под маской деловитости, но вот, пожалуйста, — краткий миг истины.

Карета остановилась.

— Садитесь, прошу вас. — Ему очень хотелось выйти, схватить ее в охапку и самому посадить в карету. — Вам нельзя быть одной. Я отвезу вас, куда вам нужно.

— Разумеется, я не сяду к вам. В таком тоне можете приказывать своему брату, но не мне. Кроме того, мы окажемся наедине.

Она продолжала шагать. Руперту пришлось развернуть карету в противоположном направлении, чтобы следовать за ней.

— Я готов рискнуть, — сказал Дункан, когда снова поравнялся с Маршей.

Она ахнула от неожиданности, и ее рот округлился, превратившись в прекрасную букву «О».

— Можно подумать, я… — Она прикусила губу. — Вам не о чем беспокоиться. Вы-то неуязвимы.

А затем продолжила свой путь.

Он выпрыгнул из кареты.

— Надеюсь, вы не собираетесь опять меня преследовать? — спросила она, глядя прямо перед собой.

Схватив ее за локоть, Дункан заставил Маршу остановиться.

— Вы никуда не пойдете одна, — сказал он самым высокомерным тоном, на какой только был способен.

— У меня при себе кочерга, и я не побоюсь пустить ее в ход, — сообщила она тихо.

— А я не побоюсь схватить вас, перебросить через плечо и силой затолкать в карету, — сказал он. — К черту вашу кочергу!

Марша вздохнула.

— Мне нужно дойти до газового фонаря на углу. Дворецкий Дэвисов говорит, что тут ни разу ни на кого не нападали. Я смогу найти там наемный экипаж.