Испытание любовью - Мелани Милберн

Она ответила рукопожатием:

– Мир.

Следующие две недели Лили ежедневно занималась с Раулем в тренажерном зале. Она старалась сильно его не нагружать, так как видела, что он и так делает слишком много. Пару раз она заставала его в тренажерном зале за дополнительными упражнениями. С тех пор как с его руки сняли гипс, он каждый день занимался в бассейне, но Лили так и не осмелилась присоединиться к нему. Ее беспокоило то, что он слишком себя нагружает. Она не хотела уехать, оставив его в худшем состоянии, чем он был до этого. Оставить его… Каждый раз, когда она говорила себе эти слова, на душе у нее становилось тяжело. Ей приходилось напоминать себе о том, что это такая же работа, как и любая другая. Ей ни в коем случае нельзя привязываться к клиенту. Все, что от нее требуется, – помочь ему вернуть способность передвигаться, а затем уехать к другому человеку, нуждающемуся в ее услугах. Ей не следует вспоминать о его поцелуях и прикосновениях, надеяться на то, что он поцелует ее снова. После той ночи в бассейне она поддерживала в отношениях с ним вежливую дистанцию. Они обедали вместе всего несколько раз. Обычно он предпочитал есть в своем кабинете, за работой. Но она не могла не заметить, как во время разговоров с ней, его взгляд снова и снова задерживается на ее губах. Это было похоже на невольный импульс, который он был не в силах контролировать.

– Может, поужинаем сегодня? – предложил он во время одной из тренировок.

Она подняла брови:

– То есть вам сегодня не нужно заниматься документами или просматривать тысячи сообщений в электронной почте?

– Доминик сказала, вы едите в столовой в полном одиночестве.

– Мне не одиноко. – Лили знала, что ответила слишком быстро.

– Попрошу Доминик подготовить все для пикника.

Лили удивленно моргнула:

– Пикник?

– Вам не нравятся пикники?

– Нет. Конечно нет. Я люблю пикники. Просто я думала…

– Тогда встретимся внизу, у озера. Там, с западной стороны есть поляна. Если поднимется ветер, мы там будем как в укрытии.

Не хотите, чтобы я вас туда отвезла?

Рауль посмотрел на нее:

– Нет.

– Но как вы…

– У меня есть пути и средства.

У этих путей и средств было четыре ноги, а также грива, хвост и весьма своенравный характер. Лили сидела на клетчатом пледе, который Доминик упаковала вместе со всеми принадлежностями для пикника, и ждала Рауля. Неожиданно он подъехал к ней верхом на гнедом жеребце – том самом, которого она недавно видела в окно. Рауль вел под уздцы оседланную лошадь, и Лили узнала в ней Марди, которую ей показал Этьен. Сердце Лили замерло.

Что он делает в седле? Как он забрался на лошадь, и что будет, если он упадет?

Она вскочила, чуть не перевернув корзину для пикника.

– Вы в своем уме?

Жеребец фыркнул и начал пританцовывать, будто земля под его копытами неожиданно превратилась в раскаленные угли. Рауль нагнулся и начал что-то нежно шептать ей на ухо, чтобы успокоить лошадь. Кобыла вела себя спокойно, с интересом разглядывая багет, лежащий на скатерти.

– Я думал, вы любите лошадей.

– Это так. Но вам нельзя ездить верхом!

– Почему?

– Потому что вы можете упасть!

Я не упаду. – Он погладил гладкую шею жеребца. – Это великолепное решение. Меняю две больные ноги на четыре здоровые.

Лили с сомнением посмотрела на Рауля и его лошадь. Жеребец казался резким и темпераментным. Рауль играл с огнем, думая, что он снова может ездить верхом так, будто бы ничего не изменилось. Если он упадет, то может еще сильнее повредить спину. Неужели ему не достаточно проблем?

– Вы сумасшедший. Зачем искать неприятности на свою голову? Если вы упадете и сломаете себе обе ноги, то не бегите ко мне жаловаться. – Лили покраснела, поняв, что сказала глупость. – Фигурально выражаясь… конечно.

– Конечно. – Рауль с улыбкой протянул ей поводья. – Тогда поехали со мной и убедитесь, что я хороший мальчик.

Лили выразительно на него посмотрела:

– Вы и ваш жеребец совсем не похожи на хороших мальчиков.

Его глаза сверкнули.

– Он только кажется злым, внутри он нежный и ласковый.

После некоторых колебаний Лили взяла поводья. Прежде чем сесть в седло, она погладила Марди по плечу:

– Хорошая девочка. Стой спокойно. Вот так.

Ей удалось взобраться на лошадь с первого раза, хотя и не так грациозно, как хотелось бы.

– Хорошая посадка.

– Будем надеяться, – пробормотала она.

Ей потребовалось совсем немного времени, чтобы найти свой ритм. Кобыла была спокойная и тихая, с ровной и уверенной походкой. Другое дело жеребец Рауля. Он скакал и фыркал, но, казалось, у наездника не возникает никаких проблем с тем, чтобы удержаться в седле. Он выглядел очень довольным, расслабленным и счастливым. Улыбка делала его лицо моложе и беззаботнее, чем когда-либо. Глядя на Рауля, никто и никогда не подумал бы, что он не может ходить. В седле он выглядел просто великолепно: спортивный, сильный и невероятно красивый. Он – самый замечательный, порядочный и честный человек, которого она когда-либо встречала. Разве последние две недели это не доказывают? Он поддерживал в их отношениях вежливую дистанцию, уважая решение, которое Лили приняла той ночью в бассейне. Он не давил на нее, не заставлял рассказывать о своем прошлом. Он подарил ей пространство, которое позволило ей быть самой собой, помог ей почувствовать себя в безопасности. Ее сердце сжалось, когда она подумала о том, что, когда она закончит с ним работать, ей придется вернуться к своей обычной жизни в Лондоне, вернуться к своим клиенткам, к одиноким вечерам, к просмотру какой-нибудь чепухи по телевизору лишь для того, чтобы скоротать несколько часов до сна, вернуться к чтению книг, описывающих чувства и ощущения, которые она никогда не сможет испытать. Например, любовь. Лили закусила губу. А может, ей уже не нужны книги, что понять, что это такое? Разве она не чувствовала, что немного влюблена в Рауля? Конечно, это полное безумие. Сумасшествие. Он даже не посмотрел бы в сторону такой девушки, как она, если бы по воле случая они не оказались вместе в этом замке. Лили нашла в интернете фото его бывшей невесты, Клариссы Монкриф. Она была действительно красива – стройная длинноногая блондинка с белоснежной улыбкой. Глядя на этот снимок, Лили чувствовала себя маленьким серым мотыльком, встретившимся лицом к лицу с экзотической бабочкой. Да, Рауль пару раз поцеловал ее, но это совершенно ничего не значит. Почему это должно что-то означать? Он целовал сотни женщин. Возможно, он и переспал бы с ней, если бы она позволила, ведь он привык к интрижкам. До встречи с Клариссой он никогда не встречался с одной женщиной более шести или восьми недель. Его интерес к Лили, скорее всего, связан с тем, что они оказались в похожей ситуации, и ей лучше не забывать об этом.