Ставка на темную лошадку - Мишель Мартин

Каллен смотрел на танцующих родителей, и на него вдруг нахлынули воспоминания. Он видел себя восьмилетнего и родителей, весело подтрунивающих друг над другом. Еще ему вспомнилось, как мать с отцом обнимались на диване, когда ему было одиннадцать. В четырнадцать он уже прислушивался к их разговорам о политике, а однажды, когда ему исполнилось семнадцать, он видел, как они танцевали вдвоем во дворе под звездами. А еще он не мог забыть, как скорбели родители о гибели Тига, ему в то время было восемнадцать…

И вот он снова видит их, как они танцуют, а любовь и нежность переполняет их даже после тридцати трех прожитых вместе лет. Глядя на них, можно было понять, что такое счастливый брак. Это союз, который заключался для того, чтобы любить неустанно, трудиться и вместе переживать радости и печали. Вот его родители сумели выстоять в тяжелые времена, они прошли через все испытания и сохранили способность любить и быть счастливыми.

Может быть, и ему посчастливилось унаследовать такую способность? Каллен оглянулся, ища глазами Уитни, но увидел Саманту: живой огонь в обрамлении зеленого шифона. Очевидно, собеседница сказала ей что-то приятное, потому что она весело рассмеялась. Перед ним была женщина, которую он знал всю жизнь, и все же такой, как в этот вечер, он не видел ее никогда.

Небольшой оркестр на балконе снова заиграл. Большинство гостей осталось танцевать, но кое-кто решил заглянуть в столовую, некоторые вернулись в гостиную, а иным захотелось прогуляться по саду. Уитни потянула Ноэля в круг танцующих, сверкнув глазами в сторону Каллена. Их взгляды на мгновение встретились, и он понял, что Саманта оказалась права: Уитни действительно была готова рвать и метать.

– А теперь выясним, как продвигается наш план, – с улыбкой пробормотал Каллен.

Он подошел к родителям, которые разговаривали с Самантой, потягивая шампанское. Каллен поздравил мать и отца с юбилеем, поцеловал и пожелал им всего хорошего.

– Мы должны поблагодарить вас с Самантой, – сказал Кинан и весело подмигнул сыну. – Благодаря вам этот вечер запомнится надолго.

– Мне кажется, Уитни скоро сдастся, – лукаво поблескивая глазами, заговорила Лорел. – Если же нет, ты, мой дорогой, можешь объявить о своей помолвке с Самантой Фей Ларк. Думаю, никто не удивится – особенно после того спектакля, что вы здесь сегодня разыграли.

– У нас неплохо получилось, правда? – радостно спросила Саманта.

– Просто замечательно. Все только о вас и говорят, – ответила Лорел.

– Весь округ затаил дыхание и ждет, как Сэм и Уитни бросятся в драку из-за тебя, сынок! – добавил Кинан.

– Ах, женщины! – с шутливым пафосом воскликнул Каллен, прижимая руку к сердцу. – Как же они меня любят!

– Не обольщайся особенно и не воображай о себе слишком много, – охладила его восторги Саманта. – Любят они больше твои денежки, можешь не сомневаться.

– Я убит! Врача! – трагически простонал Каллен, делая вид, что вытаскивает пронзившую грудь стрелу.

Саманта расхохоталась.

– Слава нашему Грандиозному Плану! Давно мне не приходилось так веселиться. – Она с трудом перевела дух.

– А почему, кстати?

– Ну, ты же меня знаешь, – неопределенно пожала плечами Саманта, – я не люблю давать себе расслабляться…

– Это я знаю. – Каллен с удивлением уловил незримую перемену в настроении Саманты. – Вот мне бы и хотелось понять – почему?