Однажды майским утром - Хильда Никсон

— Вы, должно быть, ее слышали. Что не может быть счастья в доме, когда хороший человек в отлучке. Так вот, когда хорошая женщина в отлучке, в доме нет очарования! Дом есть дом, но ему нужны, по крайней мере, двое… мужчина и женщина.

— Муж и жена?

На мгновение воцарилась тишина.

— Если возможно, — весело ответил он. — Хотите к чаю пирожков или чего-нибудь посущественнее? Например, бутерброд?

Он поставил перед ней блюдо с пирожками.

— А когда вернется ваша мама? — спросила Кейт.

— Наверное, через день-другой. Бабушка уже поправляется. Она вообще-то не такая уж старая. Ей всего шестьдесят восемь! А что? — насмешливо спросил Ли. — Хотите испечь для меня что-нибудь?

В ее голове быстро возник резкий ответ: «Об этом вы можете попросить Милли или Джоанну Уэйнрайт!» И с той же быстротой мелькнула мысль, что это просто добродушная насмешка и обычное поддразнивание. Кейт рассердилась и небрежно ответила:

— Могла бы испечь.

— Неужели? — заинтересованно спросил Ли, со стуком бросив крышку заварочного чайника. — Иначе человек может умереть с голоду!

— И это только пойдет ему на пользу! — отрезала Кейт.

Его глаза смешно расширились.

— Кейт! Я не знал, что вы так жестоки! — Ли взял поднос. — Что ж, сегодня я в любом случае не умру с голоду. Ну, пойдемте в мой кабинет!

Кейт с пирожками последовала за ним, на мгновение представив себя хозяйкой дома.

— Сегодня я, с вашего позволения, буду за маму, — предложила она.

Его шутливое настроение передалось ей, и она была рада, что в своем легкомыслии начинает соответствовать ему.

— Прекрасно, — ответил он.

Она разлила чай и нарезала фруктовый пирог, с удовольствием играя роль хозяйки.

— И здесь вы работаете? — поинтересовалась Кейт.

— В основном, если меня не вызывают на консультации по каким-либо вопросам. Это мое рабочее место, мой офис.

— Понятно. — Она взглянула на наполовину исписанный листок бумаги в пишущей машинке. — И что же вы пишете сейчас? Очередную провокационную статью?

Кейт говорила весело, но, задав вопрос, тотчас же пожалела об этом. Лицо Ли посерьезнело.

— Не быть провокационным почти невозможно, — ответил он. — Все, что я пишу о прудах, не нравится местным бизнесменам. Я стараюсь защитить права обычных людей. Ведь почти не осталось свободных мест для пикника на берегу или рыбалки: все забито «плавучими дачами» и огромными катерами!

Кейт понимала, о каких катерах идет речь. Они походили на огромных неуклюжих белых китов, длина их достигала доброй половины ширины реки. Внутри они отражали последние представления о роскоши.

— Я бы хотел снова увидеть Бродленд тем оазисом безмятежной красоты, каким он был всегда.

— Вы хотите, чтобы проката лодок не было вовсе?

— Нет, конечно, я этого не хочу! Я считаю, что надо ограничить размеры судов и число катеров. В конечном счете строгий контроль пойдет на пользу всем. Разумеется, я бы запретил стоянки «плавучих дач» по берегам рек. Одна-две лодки еще туда-сюда, но эти длинные ряды «плавучих дач»…

— Ли, а вам не кажется, что вы несколько преувеличиваете? — тревожно произнесла она. — Что плохого в желании людей отдохнуть в уединенном месте? Их же надо где-то поселить!

Он помотал головой.

— Если вы не хотите испортить Бродленд окончательно, необходимо положить конец увеличению количества и размеров «плавучих дач», стоящих на якоре. Уже ходят слухи, что Бродленд переполнен, и многие предпочитают отдыхать в других местах. Слава богу, еще сохранена природа, и люди все же едут сюда, но скоро вам придется столкнуться с вандализмом, грохотом музыки и горами мусора.

Все, что он говорил, было совершенно справедливо. Кейт даже представила себе, насколько пригляднее был бы ее любимый Коксфутский пруд без «плавучих дач». Дикая, неповторимая красота рек и прудов действительно находится под угрозой уничтожения!

Ли посмотрел на ее взволнованное лицо.

— Простите, Кейт. Не надо принимать все так близко к сердцу. Все проходит. Каковы бы ни были ваши взгляды, а они, я не сомневаюсь, умеренны, вам, вашему отцу и Лансу придется нелегко с вашим бизнесом. — Он был добр и помнил об обязанностях хозяина.

— Я действительно не думаю, что отец хочет развивать бизнес. Став партнером мистера Фолкнера, он лишь думал обо мне! Ланс, естественно, понимает, что должен что-то делать с этой запущенной станцией, и, конечно, планирует отремонтировать лодки и прикупить еще. Но Ланс совсем не амбициозен, в отличие от Джима. Он больше думает об обычных весельных лодках, нежели о катерах.

Ли улыбнулся и похлопал ее по плечу, как ребенка, которого надо утешить и подбодрить.

— С вашей помощью и советами, я уверен, Ланс добьется успеха!

Кейт не ответила. Очевидно, он думает, что она собирается за Ланса замуж. И это его совсем не трогает! А почему это должно его трогать?

Кейт поставила свою чашку, собираясь уйти, но, подняв глаза, поймала на себе очень странный взгляд Ли.

— Что-то не так? — спросила Кейт.

Он быстро помотал головой:

— Нет, нет. Просто меня иногда посещают мрачные мысли.

Она встала.

— Спасибо за чай, но мне действительно пора.

— Пора? — вежливо переспросил Ли, встал вместе с ней и проводил ее до берега, где стояла «Эфирная», сказал что-то о погоде, но, отпустив носовой канат, неожиданно спросил: — Кейт, вы можете оказать мне услугу?

Кейт удивленно посмотрела на него.

— Ну конечно, если смогу.

— Сжальтесь надо мной и пообедайте со мной сегодня вечером! Вне дома, я имею в виду… если, конечно, Ланс не станет возражать.

Кейт не знала, что и ответить. Почему он ее об этом просит? «Сжальтесь надо мной» — это, разумеется, всего лишь фраза.

— Я думаю, что Ланс возражать не будет.

— Значит, пообедаете? Хорошо. Терпеть не могу обедать в одиночестве, и холостяцкая жизнь мне надоела! Я заеду за вами в семь, идет?

— Идет.

Он оттолкнул ее лодку, и «Эфирная» мягко заскользила к выходу из бухты. Кейт не знала, как относиться к приглашению Ли, но постепенно ею овладело возбуждение. Она увидит Ли, проведет с ним весь вечер!