Флирт или любовь? - Джулиана Стар

Но их объятия длились не долго. Буквально швырнув ее на кровать, он лег рядом. Изголодавшиеся друг без друга, они не были способны на медленные и нежные ласки. Ставшая ненужной одежда была мгновенно сброшена, и обнаженные, горячие тела сплелись. Кэролайн застонала, когда он вошел в нее. Она ногами обвила его бедра. И тела их, подчинившись бешеному ритму стучащих сердец, слились воедино…

Наконец они замерли в изнеможении, и мир вокруг стал приобретать реальные очертания. Роберт нахмурившись посмотрел ей в глаза.

— Ты в порядке? Я не сделал тебе больно? — тревожно спросил он, убирая влажные пряди с ее лица.

Но Кэролайн и не ждала от него нежности. Только дикая страсть могла утолить ее желание. Она улыбнулась, ласково проведя ладонью по его щеке.

— Нет, не волнуйся.

— Ты должна была меня остановить, — настаивал Роберт, еще больше хмурясь.

Кэролайн поцелуем разгладила морщинки на его лбу.

— Я не хотела, чтобы ты останавливался. Я хотела тебя таким, какой ты есть.

Со вздохом облегчения Роберт перевернулся на спину, по-прежнему прижимая ее к себе.

— Я никогда настолько не терял голову, — прошептал он ей на ухо.

— Знаешь, я рада, если это действительно так, — ответила Кэролайн, понимая, что никогда не забудет его слов.

— Ммм… — Он сладко зевнул. — У меня глаза слипаются.

— Тогда спи, — сказала Кэролайн, чувствуя, что сон подкрадывается и к ней.

— А ты не убежишь на этот раз?

Она мягко рассмеялась.

— Нет. Я буду рядом, когда ты проснешься. Обещаю.

Будь на то ее воля, Кэролайн навсегда осталась бы с ним. Услышав его мерное, сонное дыхание, она прошептала, зная, что не будет услышана:

— Я люблю тебя. — И тут же погрузилась в сон.

Через несколько часов Кэролайн пошевелилась и, протянув руку, ощутила пустоту на том месте, где должен быть Роберт. Открыв глаза, она недоуменно огляделась по сторонам. В блеклом утреннем свете она заметила его, сидящего в кресле около окна. Должно быть, он встал уже некоторое время назад, потому что успел надеть шелковый халат.

Кэролайн приподнялась на локте и обнаружила, что чем-то накрыта. Это Роберт позаботился, чтобы она не замерзла.

— Что ты там делаешь? Иди ко мне, — сонно позвала молодая женщина, протягивая руку.

— Ты принимаешь противозачаточные таблетки? — неожиданно резко спросил Роберт.

В его голосе не было ни тени нежности. И Кэролайн инстинктивно натянула на плечи покрывало, словно надеясь, что оно защитит ее.

— Нет, — честно ответила она, пытаясь понять, что в этом плохого. Кэролайн совсем не ожидала такого разговора после страсти, которую они испытали вместе.

— Дьявол! — выругался Роберт, вставая.

Он быстрым шагом прошелся по комнате, нервно проводя рукой по волосам. Похоже, его душил гнев.

Кэролайн прижала руку к сердцу, по-настоящему испугавшись его поведения.

— Роберт, что случилось? — мягко спросила она, надеясь получить разумное объяснение вместо эмоционального, но мало что ей говорящего восклицания.

Он резко развернулся к ней. И даже в сумрачном свете было видно, насколько хмур его взгляд.

— Я не предохранялся этой ночью. И тогда тоже. Я слишком хотел тебя, чтобы думать о чем-то еще, — проговорил Роберт жестко, и Кэролайн начала понимать, к чему он клонит.

Сама она, ослепленная любовью, тоже забыла обо всем на свете. Но сейчас вряд ли стоит говорить ему об этом.

— Понятно. Но не волнуйся. Я сомневаюсь, что могут быть… нежеланные последствия, — ответила она, с трудом сохраняя спокойствие.

Ее задела холодность, с которой Роберт говорил об их отношениях. В то время как она сходила с ума от страсти, его беспокоили возможные осложнения, способные нарушить привычное течение жизни.

Роберт засунул руки в карманы и снова принялся ходить по спальне.

— Но могут же. Что, если ты беременна уже сейчас? — нервно спросил он.

— Все, конечно, возможно, но вряд ли. Сейчас у меня только начало цикла, — объяснила она.

— Ну а если бы да? Что бы ты тогда сделала?

Застигнутая врасплох вопросом, Кэролайн беспомощно пожала плечами.

— То же, что и любая другая женщина, — ответила она и с удивлением заметила, что лицо его помрачнело еще больше.

— То есть избавилась, — произнес он ледяным тоном.

Кэролайн задохнулась от возмущения: она имела в виду как раз обратное!

— Нет! — воскликнула молодая женщина. — Боже, конечно же нет! Как ты мог предположить такое? Я бы никогда не стала убивать моего ребенка!

Роберт был поражен столь бурным протестом, однако жестко произнес:

— Ты была бы далеко не первой.

И Кэролайн мгновенно вспомнила свой разговор с Мартой. Злость угасла так же быстро, как родилась. Молодая женщина тяжело вздохнула.

— Я не такая, как ты думаешь. Если бы забеременела, я бы оставила ребенка. Полагаю, так поступит каждая женщина, если у нее есть выбор.

Он пристально посмотрел на нее, потом отошел к окну и, отодвинув занавески, выглянул на улицу. Кэролайн догадывалась, что в его душе происходит мучительная борьба, и беззвучно умоляла: доверься мне, скажи правду. Пожалуйста!

Услышал ли Роберт ее мысленную мольбу или нет, тем не менее он обернулся к ней. На лице его была написана такая боль, что у Кэролайн на глазах выступили слезы.

— Ты, наверное, считаешь, что я поднимаю скандал из-за ерунды. Но поверь, у меня есть на то причины. — Замолчав, он глубоко вдохнул, и она поняла, как тяжело ему говорить об этом, как тяжело раскрываться другому человеку. — Когда-то я был помолвлен с женщиной, которую любил, и думал, что она тоже меня любит. Но ей нужны были только мои деньги. А когда она узнала, что ждет от меня ребенка, то сделала аборт, — ровным тоном произнес он, но Кэролайн почти физически ощутила испытываемое им страдание.

— Мне очень жаль, — только и сказала она, зная, что ничем не может помочь.

— Я не могу допустить, чтобы история повторилась.

— Это понятно.

Вздохнув, он присел на край кровати и посмотрел на Кэролайн.

— Я всегда предохраняюсь, но, когда ты рядом, все другие мысли куда-то улетучиваются. И если ты все-таки забеременела, пообещай мне, что не избавишься от ребенка.

Она погладила его по щеке и заглянула в глаза, надеясь, что ее слезы не видны.

— Я уже сказала, что никогда бы не сделала этого. Но если тебе будет легче, я даю честное слово.

Роберт на секунду прикрыл веки, словно внутри него происходила страшная борьба.