Ты умеешь хранить секреты? - Софи Кинселла

Я глубоко вздыхаю, закрываю глаза, делаю несколько шагов и снова открываю глаза.

Какая-то толчея у стола Артемис, и ни следа Джека Харпера.

— Лично я считаю, что он собирается перепрофилировать компанию…

— Ходят слухи, что какой-то секретный проект…

— Он не сможет полностью централизовать функции маркетинга! — заявляет Артемис, пытаясь перекричать всех.

— Где Джек Харпер? — спрашиваю я как можно небрежнее.

— Ушел, — сообщает Ник, и я слабею от облегчения.

Убрался! Наконец-то!

— Он вернется?

— Вряд ли. Эмма, ты уже напечатала мне письма? Я отдал их три дня назад…

— Сейчас напечатаю, — весело обещаю я Нику. Садясь за стол, я чувствую себя легче воздушного шарика. Немедленно скидываю туфли, тянусь к бутылочке «Эвиана» и замираю.

На клавиатуре лежит сложенный листочек бумаги, на котором незнакомым почерком написано: «Эмме».

Я с недоумением оглядываю офис. Никто не смотрит на меня в ожидании, пока я схвачу записку. Мало того, похоже, никто ничего не замечает. Все слишком заняты обсуждением визита Джека Харпера.

Я медленно разворачиваю записку и смотрю на аккуратные черные буквы.

«Надеюсь, встреча была плодотворной. Я всегда считал, что цифры дарят мне самые захватывающие ощущения. Джек Харпер.»

Могло быть и хуже. Он мог посоветовать мне привести в порядок стол.

Но даже при всем при этом я весь день провожу как на иголках. Каждый раз, когда кто-то входит в отдел, меня трясет. А если за дверью ведутся громкие разговоры на тему: «Джек говорит, что, пожалуй, снова заглянет в отдел маркетинга», я серьезно подумываю отсидеться в туалете, пока он не уйдет.

Ровно в пять тридцать я встаю, не допечатав предложения, выключаю компьютер и хватаю пальто. Не стоит дожидаться, пока он снова появится. Почти слетаю по ступенькам и немного успокаиваюсь, только оказавшись по другую сторону больших стеклянных дверей.

Слава Богу, хоть поезда метро не опаздывают. Уже через двадцать минут я дома. Открываю дверь и слышу странные звуки, доносящиеся из комнаты Лиззи. Топот, глухие удары. Может, она двигает мебель?

— Лиззи! — окликаю я, входя на кухню. — Сегодня такое было, не поверишь!

Открываю холодильник, вынимаю бутылку «Эвиана» и прикладываю к горящему лбу. Чуть погодя открываю бутылку. Делаю несколько глотков, снова выхожу в прихожую и вижу, как дверь комнаты Лиззи открывается.

— Лиззи, — начинаю я, — что это, спрашивается, ты…

И тут я замолкаю. И открываю рот. Потому что это не Лиззи, а мужчина.

Мужчина! Высокий худой тип в сверхмодных черных брюках и очочках в стальной оправе.

— Ой, — бормочу я, хлопая глазами. — Э… привет.

— Эмма! — кричит Лиззи, влетая следом. На ней футболка и серые леггинсы, которых я раньше не видела. В руке стакан с водой. Вид самый что ни на есть растерянный. — Ты сегодня рано.

— Знаю. Я спешила.

— Это Жан-Поль, — представляет Лиззи. — Жан-Поль, моя соседка Эмма.

— Здравствуйте, Жан-Поль, — киваю я, дружески улыбаясь.

— Рад познакомиться, Эмма, — отвечает Жан-Поль с французским акцентом.

Господи, до чего же сексуален этот французский акцент. Ну просто ужасно.

— Мы с Жан-Полем… э… э… просматривали кое-какие материалы дела, — объясняет Лиззи.

— О, чудесно! — с энтузиазмом восклицаю я. — Просто чудесно!

Материалы дела. Ну да, конечно! Именно поэтому за стенкой топало целое стадо слонов!

Ох уж эта Лиззи! Такая темная лошадка! Вернее, тихий омут.

— Я должен идти, — говорит Жан-Поль, глядя на Лиззи.

— Я провожу, — возбужденно бормочет она, и парочка исчезает.

Я слышу, как они шепчутся на лестнице. Делаю еще несколько глотков «Эвиана» и тяжело падаю на диван. Все тело ноет от непривычного напряжения. Подумать только — целый день просидеть как на витрине! Это в самом деле вредно для здоровья! Интересно, как мне удастся выносить Джека Харпера целую неделю! Пожалуй, доза слишком велика, не находите?!

— Итак? — спрашиваю я, когда Лиззи появляется вновь. — Что происходит? Ты и Жан-Поль. И долго вы…

— Вовсе нет, — начинает Лиззи, краснея. — Вовсе нет… мы работали над делом. Вот и все.

— Ну да, конечно.

— Правда! Ничего не было.

— О'кей, — киваю я, вскидывая брови. — Если ты так говоришь…

Иногда Лиззи проявляет совершенно неуместную застенчивость. Она скрывает чувства, как устрица прячется в раковине. Как-нибудь я достану ее, и она во всем признается.

— Как прошел день? — спрашивает она и, опустившись на пол, тянется к журналу.

— Мой день… — Даже не знаю, с чего начать. — Мой день, — повторяю я наконец. — Мой день немного похож на кошмар.

— Правда? — ахает Лиззи.

— Нет, беру слова обратно. Это настоящий кошмар наяву.

— Что случилось? — Теперь Лиззи не до Жан-Поля. — Да рассказывай же!

Так и быть.

Я рассеянно приглаживаю волосы, гадая, с чего, черт возьми, начать.

— О'кей, помнишь тот ужасный полет из Шотландии, на прошлой неделе?

— Ну да! — оживляется Лиззи. — Еще Коннор тебя встречал, и все было так романтично!

— Да. Так вот… — Я откашливаюсь. — До этого… во время полета… там был один мужчина. Сидел рядом. А самолет действительно попал в болтанку. — Я кусаю губы. — Знаешь, я и вправду подумала, что мы погибнем и он последний человек, кого я вижу в жизни, и… я…

— О Господи! — Лиззи прикрывает рот ладонью. — Только не говори, что ты с ним перепихнулась!

— Хуже! Я выложила ему все свои секреты.

Я ожидаю, что Лиззи ужаснется, скажет что-то сочувственное, вроде «о нет», но она непонимающе смотрит на меня.

— Какие еще секреты?

— Мои. Ну, ты знаешь.

У Лиззи такой вид, будто я призналась, что у меня протез вместо ноги.

— У тебя есть секреты?

— Конечно! У каждого есть секреты.

— Только не у меня! — оскорбляется она. — Нет у меня никаких секретов.

— Еще как есть!

— И какие же?

— Ну… ну… — Я начинаю загибать пальцы. — Ты так и не сказала своему отцу, что потеряла ключ от гаража.

— Да это было сто лет назад! — пренебрежительно отмахивается Лиззи.

— Ты так и не сказача Саймону, что надеешься услышать от него предложение…

— Нет, — кивает Лиззи, краснея. — То есть, наверное…