Путешествие втроем - Пэнси Вейн

Испугавшись, что она вот-вот уйдет, Энн быстро проговорила:

– Извините меня за бестактность, я в самом деле не хотела вас задеть. Но только вы можете хоть как-то помочь. Вы уверены, что он не мог поехать к вашей матери? – спросила Энн.

– Мама живет в Америке, она давно замужем, у нее дети от второго брака, ее ничего не связывает с моим отцом. Ее первый брак был ужасной ошибкой. Отец не оправдал ее ожиданий. Вы понятия не имеете, какой это несносный человек, эгоист, который никогда не любил никого, кроме самого себя и своих азалий! – с жаром выговорила Люси. – Все деньги тратил на свою оранжерею, несмотря на то что у него была семья. И себе он во всем отказывал. Ходил всегда в старье. Мать и сбежала от него, а потом познакомилась с представителем одной американской фирмы, который работал в Англии. Два года назад они перебрались в Америку. Я уверена, что отец никак не мог поехать к ней.

Энн тихо вздохнула. Мистер Пайк не находил в своей семье сочувствия и понимания. Он и его жена, должно быть, были абсолютно разными людьми. Что же их заставило в свое время вступить в брак? Разумеется, жена Уолтера Пайка не любила его. В противном случае она приняла бы его таким, каков он есть. Впрочем, остановила себя Энн, твой собственный опыт в области брака равен нулю, дорогая моя.

– А друзья у вашего отца есть? – спросила она.

– Ничего не знаю о его нынешних друзьях, – сказала Люси, бросая взгляд на часы. – Был один из Уэльса, фермер. Представьте, его фамилия Боббин, а зовут Робин! Поэтому я и помню. В детстве мы ездили погостить на его свиноферму. После этой поездки отец стал уговаривать мать бросить все тут в Лондоне и перебраться в Уэльс, чтобы завести там собственную ферму. А маме тогда плохо сделалось от одного запаха свинарника. Эта его новая идея и стала последней каплей.

– А где именно в Уэльсе жил этот Боббин? – спросила Энн, внутренне подобравшись. Про какого-то Робина упоминала также и мисс Дженкинс…

– О Господи, откуда мне помнить! Мне тогда было лет двенадцать, – закатила глаза Люси. – Что-то такое на «Д»…

– Вы ездили туда на машине? – спросила Энн, пытаясь пробудить в дочери Пайка воспоминания.

– Н-нет, на поезде. На поезде до этого самого «Д», а оттуда на машине до фермы. Помню, что ехали вдоль какой-то реки. У этого Робина Боббина были два сына, жутко противные мальчишки, и отец хотел, чтобы я с ними играла… Ну все, мне пора идти, – сказала она, вставая. Энн поднялась тоже. – Эй, Пит, я тут, – помахала она рукой кому-то позади Энн. Девушка обернулась и увидела в дверях паба бритоголового парня с серьгой в ухе.

– Ну пока, – бросила ей на ходу Люси и радостно устремилась к парню, который тоже осклабился, увидев ее. В обнимку они вышли из заведения.

Спустя несколько секунд Энн последовала за ними, но перед этим зашла в дамскую комнату, где причесалась и подкрасила губы. Она уже представляла, как вернется в агентство и потрясет Ричарда результатами своего расследования. Почему-то она нисколько не сомневалась, что мистер Пайк отправился на Рождество в Уэльс. Интересно, чем занимается сейчас сам Ричард? Все еще обзванивает больницы?

Когда Энн вернулась в офис, была половина второго. Ричард в пальто стоял у стола – он, видимо, только что вошел.

– Узнали что-нибудь? – одновременно спросили они друг у друга.

– За эти два дня ни в больницы, ни в морги такой человек не поступал. Правда, пришлось съездить в один полицейский участок на опознание, – сказал Ричард. Энн содрогнулась. Как спокойно он говорит об этом. Энн вгляделась в его лицо, и ей показалось, что Ричард несколько бледен. Возможно, его спокойствие только напускное.

– Наверное, вам следует подкрепиться, – предложила она. – Может быть, стоит пойти в бистро?

Ричард быстро взглянул на нее.

– Я сам не видел тело, только предъявил фотографию, которую оставила мисс Дженкинс, – сказал он, и у Энн отлегло от сердца. Ей казалось, что человек, увидевший тело жертвы несчастного случая, долго не может прийти в себя. – Кстати, машина Пайка – старый «пежо» зеленого цвета – стоит в гараже.

– Может быть, он сел в такси, – предположила Энн. – И поехал на вокзал.

– На вокзал?

– Ну да, к своему другу Робину в Уэльс, помните?

И она пересказала ему разговор с дочерью Пайка в пабе. Ее тайные ожидания сбылись в полной мере – Ричард посмотрел на нее с восторгом, отчего у Энн бешено застучало сердце.

– Он действительно мог наведаться к старому другу! Что же, стоит убедиться, там он или нет. Завтра утром отправлюсь в Уэльс и постараюсь разыскать этого самого Робина Боббина. Фермеры обычно знают всех своих коллег в округе.

– Позвольте и мне поехать с вами! – выпалила Энн. – Меня очень увлекло это дело. Я хочу тоже принять в нем участие.

Прежде для нее, скромной и ненавязчивой по натуре, такая просьба была бы немыслима. Но за последние несколько часов с ней явно произошли какие-то перемены.

Ричард посмотрел на нее с выражением, от которого у Энн поджались пальцы на ногах.

– Я не решился бы вам предложить… но если вы согласитесь поехать со мной, я буду очень рад.

– Может, от меня будет какая-нибудь польза, – сказала Энн, стараясь казаться невозмутимой, но его слова внезапно переполнили ее душу невыразимой радостью.

– Вы просто прирожденный детектив, Энн Салливан. Нам лучше выехать завтра утром. Я заеду за вами в девять – вы успеете собраться?

– Конечно, я привыкла вставать рано, только… могу я взять с собой Глостера? Мне не с кем его оставить.

– Глостер непременно отправится с нами, – ответил Ричард, глядя ей в глаза, – Ничего другого я и представить себе не мог. А теперь и в самом деле пора перекусить. Здесь внизу есть неплохая болгарская закусочная. Как вы относитесь к болгарской кухне, Энн?

Ночью Энн не спала и ворочалась, мешая Глостеру, который то и дело просыпался и с сонным упреком смотрел на хозяйку. За обедом Ричард разбирал их предполагаемый маршрут, прикидывал, за какое время удастся достичь Уэльса, а Энн молчала и слушала. Ее охватило странное чувство. Она вдруг поняла, что больше всего на свете хочет поехать с этим человеком – в Уэльс или куда угодно. Он вселял в нее чувство уверенности, безопасности и, одновременно, тревоги.

Позднее, когда Энн вернулась домой, эта тревога усилилась. Она поняла, что, если бы Ричард отказался взять ее с собой, она испытала бы глубокое разочарование. Но что это значит – ей просто не хочется больше сидеть одной в квартире, она испытывает потребность в новых впечатлениях? Или же все дело именно в Ричарде Хоупе?

Вечер прошел в сборах. Ричард сказал, что поездка может продлиться до самого Рождества. Энн достала из глубин шкафа спортивную клетчатую сумку на длинном ремне, положила туда белье и ночную рубашку. Ехать она решила в своих любимых коричневых брюках и шоколадно-коричневом свитере с высоким воротом. Немного подумав, она положила в сумку также новый кашемировый джемпер цвета розовых камелий, который ей подарила миссис Катерленд, и черные бархатные брюки…